Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Должен человек посвятить себя изучению тех премудростей, которые дадут ему представление о его Владыке настолько, насколько возможно это понять и постичь»Рамбам, Мишнэ Тора, Законы раскаяния 10, 6
Если человек видит нарождающееся и заботится о своем уходе из нижнего мира, то это свидетельствует о том, что его сердце хранит образы мудрости

Мне приятны твои слова, и я вижу, что величие семьи, в которой ты удостоился родиться и получить воспитание, укоренилось в тебе, и ты можешь этим гордиться. Счастлив ты, что твое ухо внемлет Учению, ведь это большая редкость в наше время. Обладающий даром слушать и воспринимать слова Торы должен пребывать в радости, ибо мудрейший из людей — царь Шломо — увенчал обладателя чуткого уха короной мудрости: «Ухо, внемлющее увещеванию жизни, пребывает среди мудрых»[51]. И царь Давид видел достоинство в том же: «уши Ты открыл мне…»[52] Так и ты развивай свое восприятие все больше и больше, как сказано в «Шма Исраэль!»[53] — первой заповеди, которую каждое утро исполняет избранный народ. Как Писание пробуждает слух, открывая его источники, и, как кристально чистый родник, изливает свои воды, так и чтение «Шма Исраэль» озаряет душу, тело и все его органы светом мудрости, если человек принимает на себя царство Небес и исполнение заповедей, хорошо понимая, что лишь это приносит истинное наслаждение даже мельчайшим частичкам его естества.

Мудрость не оценить критериями нижнего мира, по законам которого пустые сосуды могут что-то вместить, а в наполненные уже ничего нельзя добавить[54]. Нижнему из миров свойственно состояние, при котором за наполнением следует опустошение. Если человек не испытывает чувства голода, это означает, что он болен. Но не такова мудрость: сосуд, наполненный ею, может вместить в себя еще больше знания, а пустой сосуд ни на что не способен. Люди, которые не жаждут мудрости, никогда не воспримут ее, и даже если ее слова и доносятся до их ушей, они их не замечают, остаются к ним безразличны и равнодушны. Получается, что мудрость ведет к существованию, а наслаждения этого мира — к опустошению: например, когда пища переваривается и усваивается, организм вновь начинает испытывать чувство голода, то есть временное наличие сразу же сменяется отсутствием. Получается, что основа влечения к еде — отсутствие, а суть желания мудрости — наличие. И это — верный признак вечности мудрости; стремление человека к знанию объясняется тем, что оно бесконечно, как все вечное.

Из этого наделенный разумом с легкостью поймет, что знание для мудреца несравненно желаннее, чем наслаждения для сластолюбца. Ведь в отличие от мудрости соблазны этого мира подобны решету: его никак невозможно наполнить.

Вернемся же к высказыванию мудрецов Мишны: «Кто мудрец? — Видящий нарождающееся»[55]. В юности я удивлялся: неужели мудростью достойно называться понимание того, как следует поступать, чтобы в дальнейшем не пришлось раскаиваться? — Мне это казалось очевидным. Но потом я понял: в этом и состоит истинная мудрость. Прежде мне не было понятно, что имеют в виду наши мудрецы в своем изречении: «Чему подобен учащийся в старости? — Стертой бумаге, на которой пишут чернилами»[56]. Я плохо понимал смысл этой метафоры, пока не осознал: мудрость обретается только тогда, когда воспринятые образы запечатляются на скрижалях сердца. А если оно всецело заполнено отображениями нижнего мира, то невозможно внести в него образы мудрости, поскольку нельзя примирить полные противоположности: нижний мир ущербен, а мудрость совершенна, и они несовместимы, как огонь и вода. Поэтому, если человек желает постичь мудрость, вначале он должен освободить свое сердце от образов нижнего мира, и лишь затем в нем появится место для истинного знания, — и тогда станет возможно запечатлеть в нем образы мудрости. Поэтому Мишна говорит, что обучение старика подобно «письму чернилами на стертой бумаге». Мишна учит нас, что вначале необходимо устранить отображения нижнего мира, и только тогда, возможно, в сердце проникнут образы мудрости, но все равно — лишь как чернила на стертой бумаге. И это очевидно.

Получается, что если человек видит нарождающееся и заботится о своем уходе из нижнего мира, то это свидетельствует о том, что его сердце хранит образы мудрости, и он хорошо понимает, что она основана на совершенном существовании и обещает вечное удовольствие. Поэтому он радуется, постигая мудрость, даже если она отделена от него завесой материи. Он представляет радость своего существования в виде чистого разума, и это — ни с чем не сравнимое наслаждение. Он видит нарождающееся, понимает, что самое ужасное страдание — это сожаление, когда уже ничто не может помочь. И это — крайняя точка, испытание для мудрости, как мы уже писали: «Сущность мудрости — раскаяние и добрые дела»[57]. И хорошо это пойми. Да дарует нам Милосердный удел среди мудрецов, заботящихся о грядущем[58].


[51] Мишлей 15:31.

[52] Теилим 40:7.

[53] Дварим 6:4.

[54] См. Брахот 40а.

[55] Авот 2:9, Тамид 32а.

[56] Авот 4:20.

[57] Брахот 17а.

[58] «Изучение Торы освещает душу, придает знанию основательность и силу, ослабляет дурное побуждение и учит как смирить природные склонности и не следовать за ними. Всевышний сказал об этом: “Я сотворил дурное побуждение и даровал Тору как лекарство” (Кидушин 30б). Высший свет Торы освещает душу, проникая в ее глубины, заливает светом все ее уголки, изгоняя из них тьму и не позволяя злу в них проникнуть и укрепиться. Только так можно спастись от диких зверей и разбойников: они избегают света». (Маариль Блох, Уроки Знания, гл. «На всех твоих путях знай Его»).

Редакция благодарит рава Хаима Бурштейна за любезное разрешение на публикацию


Продолжается пересказ речи Моше, которую он произнес перед смертью и которой посвящена последняя книга Торы. В этой главе пророк предупреждает евреев о необходимости соблюдать заповеди, повторяет получение Десяти Заповедей на горе Синай и предрекает будущее Изгнание народа из Земли Израиля. В этой же главе приведена первая часть молитвы Шма Исраэль. Читать дальше