Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Глава начинается знаменитым стихом: «Смотри, я полагаю пред вами сегодня благословение и проклятие» (Дварим, 11:26). Моше излагает народу свыше пятидесяти заповедей, многие из которых связаны с пребыванием евреев на Святой Земле. Глава еще раз напоминает о видах животных, которые разрешены и которые запрещены евреям в пищу, и о законах шхиты (забоя скота). Среди прочего сказано: евреи не должны допускать, чтобы люди, живущие с ними рядом, бедствовали. Им надо помочь всем, чем можно, - это обязанность.

Служение Б-гу вознаграждается в Стране Израиля особенно щедро, а измена Всевышнему карается исключительно сурово. Населенный евреями город, который целиком сошел с пути истинного и стал служить иным божествам, должен быть полностью уничтожен, со всеми его жителями, скотом и имуществом. Перед исполнением этого страшного приговора велено – «дознай и расследуй и расспроси хорошо» (чтобы осуждение не оказалось ложным – 13:15), а после исполнения – «да не пристанет к твоей руке ничего от обреченного» (все имущество города и его жителей уничтожь, не бери себе ничего – 13:17-18). Последний стих после «да не пристанет к твоей руке ничего от обреченного» продолжает: «чтобы обратился Г-сподь от палящего гнева Своего и явил теб е милосердие, и умилосердился бы над тобой…»

Таков контекст, в котором мы встречаем два выражения, звучащие почти тождественно: «явил тебе милосердие» и «умилосердился над тобой». Не касаясь самой ситуации, рассмотрим два эти выражения, чтобы понять разницу между ними, потому что это, безусловно, не повтор.

Говорят мудрецы: «явил тебе милосердие» следует понимать как «дал тебе качество «милосердие», наделил тебя способностью сострадать, жалеть, сочувствовать». К такому человеку, человеку милосердному, Б-г будет относиться милосердно («умилосердился над тобой»). Тому, кто сострадает творениям [Б-га], сострадают Небеса, – говорят мудрецы.

В трактате «Таанит» (лист 25) анализируется такой эпизод. Евреи молились о дожде в трудный засушливый период. Встал на молитву раби Элиэзер. Он прочел двадцать четыре молитвы, но дождь не пошел. Вышел вперед раби Акива, сказал: «Отец наш, Царь наш, нет у нас Царя, кроме Тебя. Отец наш, Царь наш, ради Себя пожалей нас» – и пошел дождь. Сочли мудрецы, что, по-видимому, раби Акива в глазах Небес – человек более значительный и праведный, чем раби Элиэзер, при том, заметьте, что раби Акива был учеником раби Элиэзера. Но Голос с Небес возразил им, что это не так. Один не больше другого. Но раби Акива – человек уступчивый, а раби Элиэзер – человек строгий. – Не понимаю, – говорил по этому поводу раби Исроэль Салантер. – Если раби Акива более уступчив, чем раби Элиэзер, значит мудрецы судили правильно, он действительно выше. Важны ведь не только знания, но и душевные качества. Почему же сказано, что это не так?

Отвечая на свой же вопрос, раби Салантер ссылается на анализ в Талмуде принципов поведения двух таких великих мудрецов, как Гилель и Шамай. Гилель всегда и во всем уступал другим, его невозможно было рассердить, он никогда не раздражался и не гневался. Шамай был строг и требователен как к себе, так и к другим. И дело не в том, что такова была их природная данность. Они были великие люди, умели работать над своими душевными качествами и вполне в состоянии были изменить в себе то, что считали необходимым изменить. Их позиции различались принципиально. Шамай считал, что достоинство Торы не позволяет снисходительно относиться к ошибкам и слабостям в соблюдении ее законов, а Гилель считал, что к людям надо относиться со всей возможной бережностью.

Если мудрец, т.е. человек, достигший уровня, который дает ему право принимать решения по принципиальным вопросам Торы, поступает в соответствии со своими принципами, он получает в Будущем мире награду за то, что шел именно этим, а не другим путем Торы. Это, разумеется, касается и школ Шамая и Гилеля. Впоследствии, когда мудрецами было принято решение, что отныне алахá (законы еврейского поведения) следует школе Гилеля, всякое иное поведение стало уже отклонением от алахической нормы. Но до этого принципы Гилеля и Шамая имели перед Небесами равный вес.

Раби Элиэзер, на молитву которого о дожде Небеса не ответили дождем, разделял мнение Шамая. Раби Акива разделял мнение Гилеля. Каждый из них был последователен в своих принципах и поступках, следовательно, в смысле праведности не превосходил другого. То, что небеса ответили дождем на просьбу раби Акивы, не было наградой за его праведность. Просто в отношении милосердия Б-г «откликается эхом» на поведение человека. Раби Элиэзер считал главным правосудие, а по законам суда дождь, по-видимому, евреям не полагался – не заслужили. Раби Акива считал главным милосердие – и Б-г «откликнулся» милосердием, дал дождь не по закону, а по милости. Мы знаем и другие эпизоды, явственно подтверждающие эту удивительную особенность системы «мера за меру», по которой Б-г управляет нашим миром. Например, такой. Рабейну а-кадош раби Иеуда а-Наси, председатель Санедрина, просил у Б-га испытаний, чтобы пострадать для пользы мира. Просьба его была выполнена, но не прямо, а через принцип «мера за меру». Как-то на улице к раби подбежал теленок, которого вели на убой. Теленок забрался под полу его одежды и заплакал. Но раби сказал ему: Иди. Ты для этого создан. Сказали на Небесах: он не жалеет, не пожалеем его. И послали раби болезни.

Рабейну а-кадош болел тринадцать лет. В эти годы ни разу не приходилось евреям особо просить Б-га о дожде.

Однажды служанка убирала дом раби Иеуды а-Наси. Она обнаружила где-то в углу или в норке новорожденных крысят и хотела их выкинуть. Раби увидел это и сказал: Оставь, не трогай их, Б-г жалеет всех. Сказали на Небесах: он жалеет, и его пожалеем. И раби Иеуде а-Наси было послано исцеление.

Слова, сказанные раби теленку, не были преступлением. Раби был прав. Болезнь, постигшая раби, не была наказанием. Просто здесь опять мы видим действие одной из основных линий принципа мера – за меру: ты жалеешь – тебя жалеют. Ты сострадаешь – тебе Свыше сострадают.

Так что, как видите, получается, что наше отношение к людям определяет нашу судьбу.


В Торе сказано об обязанности жениться. Но что говорит Тора о многоженстве? Чтобы получить правильное представление об этой области, необходимо учесть, что на протяжении истории еврейского народа взгляд подход к этому вопросу не оставался статичным. Читать дальше