Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Происходил из знатной раввинской семьи — его прадедом был р. Авраам Раголер, брат Виленского Гаона. Родился в литовском городе Кейданах (Кедайняе).

Раби Меир-Михл Рабинович (5590-5662 /1830-1902/ гг.) — авторитетный законоучитель.

Происходил из знатной раввинской семьи — его прадедом был р. Авраам Раголер, брат Виленского Гаона.

Родился в литовском городе Кейданах (Кедайняе).

Учился ковенском мусар штибле (доме этики) под руководством р. Исраэля Салантера.

Р. Меир-Михл долго не решался принять предлагаемый ему пост раввина, опасаясь ответственности, связанной с вынесением алахических решений. И тогда р. Исраэль Салантер сказал ему: «Ты думаешь, что раввинами должны становиться те, которые не боятся? Именно потому что ты боишься ответственности, ты оптимально подходишь для раввинского поприща» (Тнуат амусар т.2 с. 369).

В возрасте около тридцати лет р. Меир-Михл возглавил общину маленького литовского городка Шата.

К своим раввинским обязанностям он относился с величайшей мерой ответственности. Однажды, в субботнюю ночь, к нему постучалась женщина, страдающая от зубной боли. Она спрашивала, разрешено ли ей воспользоваться болеутоляющим средством. Покопавшись в многочисленных кодексах, р. Меир-Михл вынужден был сообщить женщине, что в ее ситуации это запрещено. Но когда женщина ушла, он продолжил изучение вопроса, и глубокой ночью все-таки нашел возможность облегчить требование закона. Не зная, где живет женщина, р. Меир-Михл принялся бродить по темным улицам городка, пока, наконец, не услышал тяжелые вздохи и стоны, доносящиеся из одного дома. Он постучался в дверь, и ему открыла та самая женщина. Р. Меир-Михл с радостью разрешил ей воспользоваться лекарством (там же с. 371).

Во всех жизненных ситуациях он стремился следовать высоким этическим нормам, воспринятым в годы обучения у р. Исраэля Салантера. Однажды в Шате, в зимнюю ночь, он вернулся из дома учения очень поздно и обнаружил, что дверь дома заперта, а все домашние спят. Р. Меир-Михл понял, что если он постучит в дверь, то разбудит свою мать. Потоптавшись у порога, он решил вернуться в дом учения и провести остаток ночи там, но оказалось, что, пока он ходил домой, учащиеся его ешивы уже закончили заниматься и, запершись изнутри, улеглись спать на лавках, — и их будить он тоже не счел возможным. Остаток морозной ночи р. Меир-Михл провел на улице (Гдолей адорот).

Р. Меир-Михл был раввином Шата в течение двадцати лет — и, хотя ему предлагали раввинские «троны» в гораздо более крупных общинах, он предпочитал оставаться в спокойном и тихом месте, где имел возможность посвящать основную часть своего времени изучению Торы.

Перешагнув пятидесятилетний рубеж, он решил вообще отказаться от раввинского поприща и переехать в Вильно (Вильнюс), чтобы в этом крупнейшем духовном центре целиком посвятить себя занятиям Торой.

Но когда он оказался в Вильно, то выяснилось, что по своему уровню алахического мышления и эрудиции он является одним из самых авторитетных законоучителей своего поколения. И хотя он отказывался от любых официальных постов, мудрецы Вильно признали в нем высший духовный авторитет и обращались к нему для решения самых сложных и запутанных алахических проблем (Тнуат амусар т.2 с. 369).

Р. Меир-Михл Рабинович умер в 5662 /1902/ году.

Через год после его смерти, в 5663 /1903/ году, в виленской типографии вышел в свет двухтомный сборник его избранных сочинений, названный Амеир леолам («Светящий миру»). Наряду с алахическими исследованиями, в эту книгу включены и его толкования Пятикнижия и комментарий к ряду агадот (талмудических иносказаний). Во многих его статьях развиваются этические идеи р. Исраэля Салантера.

С разрешения издательства Швут Ами


Он родился еще в черте оседлости, учился в известных ешивах у великих наставников. Но из-за давления советской власти, в разгар сталинских репрессий, рав Моше Файнштейн был вынужден уехать в США. Уже там он и стал известен на весь еврейский мир благодаря своей преданности Торе, Б-гу и еврейскому народу. Читать дальше