Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Однако только лишь знания о том, что способно причинить вред, не всегда достаточно для спасения от греха, ведь к нему побуждает злое начало

Три источника спасения: свеча заповеди, свет Торы и увещевание Мусара

Талмуд проливает свет на стих Писания: «Ибо свеча — заповедь, и Тора — свет, и путь жизни — увещевание Мусара»[14].

«Это можно сравнить с человеком, идущим глубокой ночью в полной тьме. Он опасается колючек, ям, диких зверей, разбойников и не знает, по какому пути идти. Найдя горящий факел, он спасается от колючек и ям, но по-прежнему боится диких зверей и разбойников и не знает, по какому пути ему идти. Когда занялась заря, он спасается и от диких зверей, и от разбойников, но по-прежнему не знает, куда идти. А когда дошел до развилки дорог, то избавляется от всех опасностей» [15].

Объяснение этого высказывания Талмуда нам видится так: каждая заповедь Торы подобна свече, которая светит человеку и указывает на то, что может нанести вред душе. Если бы не Знание Торы, мы бы не могли понять, что хорошо для души, а что наносит ей ущерб, — ведь природа души нам неизвестна! Поэтому только соблюдение заповедей защищает человека от того, что может нанести урон его душе. Заповеди освещают путь, показывая, что там, куда он собирается ступить, — колючка. А на другом пути раскинута сеть, чтобы его поймать. Поэтому, исполняя заповеди, он спасает свою душу.

Однако только лишь знания о том, что способно причинить вред, не всегда достаточно для спасения от греха, ведь к нему побуждает злое начало. Хотя человек и знает, что недостойный поступок наносит ему ущерб, у него нет сил противостоять дурному побуждению. Природные склонности притягивают его к земле, и заставляют подчиниться вопреки внутреннему желанию. В этом и состоит смысл притчи наших мудрецов. Они уподобляют дурное побуждение диким зверям и разбойникам, которые нападают на человека и отнимают все, что ему дорого. Для спасения от них недостаточно лишь одного знания! Таковы же и дурные склонности: они заставляют человека поступать вопреки своему мнению и воле Творца, невзирая на его истинные желания и чувства.

Но изучение Торы освещает душу, придает знаниям основательность и силу, ослабляет дурное побуждение и учит, как смирить природные склонности и не следовать за ними. Всевышний сказал об этом: «Я сотворил дурное побуждение и даровал Тору как лекарство»[16]. Высший свет Торы освещает душу, проникая в ее глубины, заливает светом все ее уголки, изгоняя из них тьму и не позволяя злу в них проникнуть и укрепиться. Только так можно спастись от диких зверей и разбойников: они избегают света.

Разумеется, нельзя забывать, что опасность по-прежнему подстерегает нас со всех сторон. У дурного побуждения есть множество способов влияния, и если оно не сможет победить в открытом сражении, то будет подстерегать в засаде, чтобы неожиданно напасть и завладеть душой. Если даже человек обладает силой, позволяющей ему смирить свое дурное побуждение, — силой, основанной на ясном знании души, опирающемся на исполнение заповедей и изучение Торы, — все же это поможет только если он ясно видит перед собой грех — «колючку на пути» или «яму». Только тогда с помощью Торы возможно превозмочь дурное побуждение и избежать греха.

Однако злое начало с помощью ухищрений опутывает душу, вводит в заблуждение ум и чувства и представляет грех как заповедь. Так оно может сбить человека с пути Торы, если он «не знает, в каком направлении идти».

Только если человек начнет обдумывать свои шаги, взвешивать все свои мысли и чувства, анализировать их причины и следствия, продвигаясь от знаний о себе, которые открыты ему непосредственно, к все более и более глубоким корням, пока не достигнет источника и корня своих мыслей — сплетения своих путей, где его мысли зарождаются и расходятся в разных направлениях, — только тогда он узнает, каков источник его поступков и какое чувство привело их в движение. Тогда, озарив свою душу светом Торы и заповедей, он избежит греха и завершит свой земной путь в праведности.

Постоянная борьба сил сознания

Мы должны знать, что даже если человек удостоился высокой ступени духовности, он все равно не может быть уверен, что ему удастся на ней устоять. Необходимо постоянно оставаться бдительным, чтобы не попасть в сети дурного побуждения. И если не обдумывать свои пути, а устремляться за природными склонностями и наслаждениями этого мира, тяга к которым присуща даже самым великим людям, — то легко споткнуться и попасть в ловушку дурного побуждения.

Это разъясняет Талмуд:

«Когда заболел рабан Йоханан бен Закай, ученики пришли его навестить. Увидев их, он заплакал. Спросили ученики: Светоч Израиля, “Прочная опора”, “Мощный молот”, почему ты плачешь? На что он им ответил: “Если бы сейчас меня вели к царю из плоти и крови, который сегодня здесь, а завтра — в могиле, гнев которого не вечен, и который не способен заключить меня в темницу навечно и даже умертвить навечно, которого я могу умилостивить словами или подкупить деньгами, — я бы все равно плакал. Теперь же меня ведут к Царю царей, Всевышнему, благословлен Он, Который жив вечно, гнев Которого вечен, Который способен заключить меня в темницу навечно и умертвить навечно, Которого я не могу ни умилостивить словами, ни подкупить деньгами. Более того, передо мной два пути — один ведет в Ган Эден, а другой — в Геином, и я не знаю, по какому из них меня поведут. И как мне не плакать?”»[17].

На первый взгляд, никак невозможно понять слова рабана Йоханана «более того». Разумеется, если бы перед ним был только один путь, ведущий в Ган Эден, ему нечего было бы бояться и незачем плакать. Если бы он заранее знал, по какому из двух путей его поведут, у него не было бы причины беспокоиться из-за того, что в момент смерти перед человеком открываются два пути. Ведь о себе бы он точно знал, по какому именно пути его поведут!

Наш подход позволяет глубоко разъяснить слова рабана Йоханана бен Закая — удивительно логичные, исполненные Знания и глубокого понимания сил души. Всем известно, что существуют два пути: в Ган Эден и в Геином, и никто не может быть уверен в том, что ни разу не оступился и не сошел с пути жизни. Поэтому каждый должен пребывать в трепете: ведь его ведут на суд к Царю всех царей, Святому, благословен Он, и неизвестно, будет ли он оправдан. И все же для большинства людей это знание — всего лишь «общее представление», некое смутное понимание того, что на жизненном пути могут встретиться опасности. Такого знания совершенно недостаточно для истинной осторожности. Людям свойственно убеждать себя в том, что их поведение в целом и жизненные цели таковы, что все их пути и действия праведны и ведут в Ган Эден. Но если бы они прошли путями своей души от одной мысли к другой и от более низкого знания к более высокому, то проникли бы в сокрытые глубины и дошли до развилки, из которой расходятся все их мысли и поступки, и увидели, что перед ними два пути. Они поняли бы, что даже в источнике их мыслей, в самой глубинной сути души бушуют страсти и живо стремление к материальному. И тогда им будет нечем успокоить и обмануть себя, сказав: «Мир будет моей душе».

Поэтому рабан Йоханан добавил: «Более того, передо мной два пути» — именно передо мной, лично передо мной! Исследовав свою душу от одного уровня сознания к другому и добравшись до «развилки дорог», откуда черпают силу все мысли, он обнаружил, что оттуда ведут два пути. В его собственной душе происходит борьба стремлений, в ней жива тяга к материальным наслаждениям этого мира, которая присутствует во всех его поступках, даже самых возвышенных. Тогда рабан Йоханан увидел, что не в состоянии узнать и определить, сколь велика сила этих стремлений в его душе, какое из них одержит верх над другим и по какому пути его поведут.

Как же человек должен бояться вечно подстерегающей его опасности! Даже рабан Йоханан бен Закай, который был учителем всего Израиля, и все свои цели и служение посвящал освящению имени Всевышнего, все же не был уверен, что избежит Геинома. Ведь иногда дурное побуждение сбивает и запутывает настолько, что человеку начинает казаться, что он идет по пути жизни в Ган Эден, когда на самом деле он уже давно сошел с пути и приближается к преисподней. До полного очищения от всего, связанного с этим миром, к каждому поступку примешано зло, таящееся в глубине души, и не всегда можно определить, какая именно склонность превалирует и ведет за собой[18].

Дурное начало есть и у праведника

Все это — упрек тем, кто, обнаружив в праведнике какой-либо недостаток, отрицает его величие. Такие люди забывают или не хотят понимать, что у великих тоже есть дурное побуждение большой силы, и в их душах тоже происходит борьба склонностей[19]. Пока даже самый возвышенный человек облачен в материю, он не может достичь полного совершенства. Поэтому какое-то из материальных стремлений иногда одерживает временную победу, и даже праведник может совершить неуместный поступок, который на самом деле не отражает уровня его души.

И вот что еще вызывает изумление. Иногда человек, трепещущий перед Небесами, берется за некое дело во имя Небес и для этого может воспользоваться средствами, которые некоторым кажутся неподходящими. Они возмущаются и готовы испепелить его своим гневом. Но самое поразительное, что сами они, следуя «путями глупцов», часто используют те же самые средства. Когда речь идет об осуществлении их собственных нечестивых желаний, они без зазрения совести лукавят и лгут, и их сердца нисколько этому не противятся. Однако, когда поступок совершается ради Небес, они вдруг начинают возмущаться, считая, что ратуют за славу Б-га, и кричат во весь голос, что служащие Всевышнему оскверняют имя Небес. Это — тоже одна из уловок дурного побуждения, которое отвращает сердца людей от их Отца, Который на Небесах, и обманывает их, не позволяя задуматься о правильности своих путей.

Об этих людях пророк говорит: «Ты живешь среди лжи; из-за лжи отказываются они знать Меня — слово Б-га»[20]. Если не следовать прямому смыслу стиха, а толковать его метафорически[21], то пророк говорит о том, что, преследуя свои интересы, злодеи не брезгуют никакой неправдой и мерзостью. Но как только дело касается трепета перед Небесами и распространения Торы, те же самые люди становятся на удивление чувствительными и ревностно отстаивают славу Торы, отвергая использование подобных средств. «Из-за лжи отказываются они знать Меня» — злословят и упрекают трепещущих перед Всевышним. Когда они видят, что некто из служащих Б-гу прибегнул к не совсем подходящим средствам или непримиримо борется за свои убеждения ради Небес, — в тот же час они бросаются защищать свое мнение, почет и богатство «с избытком тщеславия и могущества» [22].

Из всего сказанного напрашивается неопровержимый вывод о том, сколь велика ответственность человека, и какое напряжение сил требуется от него, чтобы не снизить свой уровень и надлежащим образом служить своему Творцу.


[14]Мишлей 6:23.

[15]Сота 21а.

[16]Кидушин 30б.

[17]Брахот 28б.

[18]Замечание. Как известно, место в душе, которое занимают интересы этого мира, отнято у ценностей Грядущего мира. Стремление обустроиться в этом мире занимает место в душе человека только за счет разрушения разума. «Цор может быть отстроен только на развалинах Иерусалима» (Мегила 6а). Сколько места занимает в сердце человека страсть к соблазнам этого мира, столько же места отнимается от ценностей Грядущего мира. Это разъясняется в Ховот Алевавот. Наши мудрецы говорили об этом: «Прежде чем человек станет молиться о том, чтобы в него вошли слова Торы, ему нужно молиться о том, чтобы в его тело не входили еда и питье» (Тана Девей Элияу, гл. 26, приведено в Месилат Йешарим, гл. 13).

Поэтому рабан Йоханан сказал: «Более того, передо мной два пути». Он имел в виду: «Поскольку во мне самом есть и материальные склонности, и страсти, я ощущаю, что передо мной два пути». Когда человек взором своего разума проникнет в тайны своей души, он может усмотреть эти два пути в самом себе и с определенной степенью достоверности понять, принадлежит ли он к Грядущему миру. См. Шиурей Даат, «Освятить его, дабы он был Мне священником» и «Жизнь».

[19]См. Шиурей Даат, «Чем более велик человек, тем сильнее его дурное побуждение».

[20]Ирмеягу 9:5.

[21]Позже я встретил подобное понимание в книге Шемен Амор.

[22]Наш учитель не имеет в виду, упаси Б-г, что ради славы Торы допустимо лгать и обманывать. Напротив, на многих своих уроках он выступал против этого. Вот что он говорил, например, в Шиурей Даат, «Освятить его, дабы он был Мне священником»: «Ведь на самом деле сила зла и нечистоты может существовать в мире только потому, что питается силами добра, — это объясняется в святых книгах. Поэтому ужасно, когда в месте святости отводят пространство для лжи, создавая злу возможность питаться святостью и наполняться силой. С точки зрения окончательной цели, ради которой существует мир, когда святое здание строится на фундаменте лжи, может оказаться, что оно принесет в мир больше зла, чем добра, поскольку станет поддерживать и распространять в мире ложь». Здесь же наш учитель защищает тех, кто могут иногда, случайно, споткнуться и поступить не по закону и объясняет, почему не следует этому ужасаться. Кроме того, он обвиняет людей, которые сами постоянно следуют путями лжи, но при этом всегда готовы обвинить трепещущих перед Небесами, выискивая в них недостатки и доказывая, что средства, которыми они пользуются, недостаточно чисты и правильны. — Примечание редакции.

Редакция благодарит рава Хаима Бурштейна за любезное разрешение на публикацию


Светится лицо человека, который всегда радостен, от него исходит свет, здорово тело его, и старость не приходит к нему быстро, как сказано: «Радостное сердце освещает мир». Читать дальше