Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Если человек вспомнит о том, что после смерти его ожидает Небесный суд, будет ли он продолжать грешить?

Две вещи приводят человека к смирению: привычка и размышления.

Привычка состоит в том, что человек понемногу приучает себя к скромности упомянутым ранее путем: садиться на наименее почетном месте, идти в задних рядах, носить скромную одежду, то есть приличную, но не роскошную. Вместе с привычкой к такому поведению смирение постепенно входит в сердце человека и глубоко укореняется в нем. Ведь, поскольку человеку по природе его свойственно заноситься и зазнаваться, ему очень тяжело вырвать эту склонность с корнем, если он посредством «внешних», доступных ему действий[1] мало-помалу не внедрит смирение во внутренние, малодоступные [сознательному вмешательству] сферы, — подобно тому, как мы объясняли, говоря о расторопности. Об этом же говорили наши мудрецы (Брахот 17а): «Человек всегда должен быть хитер в Б-гобоязненности», то есть обязан искать способы и приемы борьбы с природными склонностями, пока не победит их.

Самые разные мысли и рассуждения полезны и необходимы для приобретения смирения. Сказал раби Акива бен Меалалель (Авот 3:1): «Знай, откуда ты пришел, — из мерзкой капли. И куда ты идешь — в место праха, гниения и червей. И перед кем тебе предстоит держать суд и отчет — перед Царем Царей, Святым, благословен Он». Все это отрицает гордыню и помогает смирению. Ведь если человек видит низменность своей материальной природы и недостойность своего происхождения, то у него нет причин для зазнайства, а только — для стыда и униженности. Он подобен свинопасу, который сделался царем; всякий раз, когда он вспоминает свое прошлое, чувствует, что ему нечем гордиться.

А если [к тому же человек] подумает, что после всего своего величия вернется в прах и станет пищей червям, то тем более склонит свою гордыню и забудет ощущение собственной значительности. Ведь чего стоят все блага, которыми он пользуется, и все его величие, если конец его столь непригляден?

И если в дальнейших своих размышлениях вообразит себе человек ту минуту, когда он предстанет перед Небесным Судом, минуту, когда увидит себя перед Царем Царей — Святым, благословен Он, святым и чистым абсолютной святостью и чистотой, среди святых, служащих могуществу Его[2], могучих силой, исполняющих Его волю, лишенных всякого изъяна, — а он стоит перед ними, скверный, низкий и стыдящийся самого себя, нечистый и мерзкий делами своими. Поднимет ли он голову?! Откроет ли рот?! И когда спросят его: «Где твои уста? Где же те гордость и почет, которые облекали тебя в том мире?» Что он ответит? Что возразит на обвинение? Несомненно, что если только на одно мгновение разум человека вообразит все это в виде истинной и ясной картины, то оставит его всякая гордыня и больше к нему не вернется.

Другой [повод для размышлений] — это резкие перемены, которые несет с собой время. Богатый легко становится бедным, властитель — рабом, а важный человек — ничтожным. И если с такой легкостью человек может прийти к состоянию, презираемому им сегодня, то может ли быть заносчивым его сердце из-за [сегодняшнего высокого] положения, которое столь непрочно? Сколько всяких болезней могут (не дай Б-г!) прийти к человеку, и ему придется собственными устами умолять других людей о помощи и поддержке, о том, чтобы они хоть немного облегчили его участь! Сколько неприятностей (не дай Б-г!) подстерегают человека, и он будет вынужден ради своего спасения искать сочувствия у многих из тех, кого он [прежде] из презрения даже не приветствовал! Подобные вещи мы видим ежедневно своими глазами, и одного этого достаточно, чтобы вырвать из сердца человека гордыню и облечь его в смирение и скромность.

А если человек еще станет размышлять о своих обязанностях перед Создателем, о том, насколько он пренебрегает ими и насколько он ленив, то, несомненно, он устыдится и оставит свою гордость, как это мы находим в словах пророка (Ирмеяу 31:17): «Слышал Я, Эфраим плачет…»[3], — «Ибо после обращения[4] моего раскаялся я, и когда осознал [грехи свои], колотил себя по бедру, устыдился и был посрамлен… [в своих глазах]».

Но больше всего следует размышлять о слабости человеческого разума, о его склонности к ошибкам и самообману, о том, что он всегда ближе к ошибке, чем к истинному знанию. Человек обязан постоянно бояться этой опасности, искать возможности учиться у других и услышать совет, дабы не споткнуться, как сказали наши мудрецы (Авот 4:1): «Кто мудр? Тот, кто учится у каждого человека». Еще сказано (Притчи 12:15): «…слушающий советы — мудр».

Лишает качества смирения пресыщение благами этого мира, как об этом прямо сказано в Торе (Дварим 8:12, 14): «Чтобы не случилось так, что наешься, и пресытишься… и занесешься в сердце своем». Поэтому благочестивые считают, что человеку полезно иногда помучить себя, дабы усмирить гордыню, которая побеждает только в пресыщении, как сказали наши мудрецы (Брахот 32а): «Лев бесится не от корзины с соломой, а от корзины с мясом».

Но главное, что лишает [смирения], — это глупость и недостаток истинных знаний, ибо видим мы, что самая большая гордыня — у самых больших глупцов, и наши учителя сказали (Шабат 33а, Кидушин 49б): «Признак гордыни — бедность Торой», и еще (Зоар, Балак 193:2): «Признак невежды — похвальба». Еще сказали (Баба меция 85б): «[Одна] монета в сосуде гремит: “Киш! Киш!”» [5], и также (Берешит Раба): «Спросили у неплодовых деревьев: почему ваш голос слышен? Те ответили: хорошо бы, чтобы наш голос был слышен, чтобы нас запомнили!» [6]. И мы знаем, что Моше, избраннейший из всех людей, был самым смиренным человеком [на всей земле] (см. Бемидбар 12:3).

Еще лишает человека смирения дружба с льстецами или принятие их услуг, ведь они крадут сердце человека своей лестью: ради того, чтобы что-то получить от него, они восхваляют и превозносят его, раздувая его достоинства до последней степени и добавляя ему то, чего у него нет вовсе. Бывает даже, что его истинные качества прямо противоположны тому, за что его восхваляют. Ведь, в конце концов, разум человека слаб, и природа его немощна и легко поддается соблазну, тем более в том, к чему она склонна. Поэтому, когда он слышит подобные речи, исходящие из уст тех, кому он доверяет, они проникают в него словно яд, он попадает в сети гордыни и гибнет.

Перед нами история [царя Иудеи] Йоаша, который делал добро «все дни, пока направлял его Йеояда а-Коэн, учитель его» (Диврей а-ямим-II 24:2). После смерти Йеояды пришли рабы его [Йоаша] и стали льстить ему и прославлять его, до такой степени, что уподобили его Б-гу, и тогда царь [Йоаш] послушался их (там 24:17). Мы ясно видим, что большинство князей и царей или вообще всех сильных мира сего, на какой бы [духовной] ступени они ни находились, спотыкаются и портятся из-за лести своих прислужников. Поэтому всякий дальновидный и умный человек должен быть осторожен и внимателен к поведению тех, кого он хочет приблизить к себе или сделать советником, или назначить управляющим своим домом, — еще более осторожным и внимательным, чем в еде и питье. Ибо еда и питье могут повредить только его телу, а друзья и слуги могут уничтожить его душу, все его достояние и достоинство. Царь Давид, мир ему, сказал об этом: (Псалмы 101:6-7): «…идущий путями непорочности — будет служить Мне. Не сядет в доме Моем двуличный…». И нет большего блага для человека, чем найти искренних друзей, которые раскрыли бы ему глаза в том, в чем он слеп, и наставляли бы его с любовью, спасая от всякого зла. Ведь то, что человек не может увидеть сам, поскольку не видит своих недостатков, друзья увидят и поймут, предостерегут его и впредь он будет осторожен. Об этом сказано (Притчи 24:6): «…и спасение — во множестве советующих»[7].


[1] Т.е. человек не может одним усилием воли полностью вырвать гордыню из сердца, однако соответствующими поступками он может помочь тем усилиям, которые делает в своей душе, постепенно ломая свою гордость и не идя у нее на поводу, и это понемногу оказывает воздействие.

[2] Ангелов.

[3] «Слышал Я…» — слова Всевышнего; «плачет» — перевод согласно объяснению Радака.

[4] «После обращения…» — плач Эфраима. «Обращение» — отказ от греха, прекращение дурных поступков.

[5] Т.е, когда там всего одна монета, она издает много шума, в отличие от полного сосуда (Раши, там).

[6] Т.е. тот, кто не способен оставить след своими истинными достоинствами, тот пытается оставить память о себе хотя бы шумом, который он производит.

[7] См. там, Мальбим.

Редакция благодарит рава Лейба Александра Саврасова за любезно предоставленный материал


До 40 лет он служил пастухом и не только не изучал Тору, но и не умел читать. Но затем стал великим мудрецом, духовным лидером наставником поколения. Читать дальше

Раби Элиэзер бен Орканос

Рав Александр Кац,
из цикла «Еврейские мудрецы»

Раби Элиэзер Агадоль – один из выдающихся мудрецов Израиля всех времен.

Предопределение и свободная воля

Акива Татц,
из цикла «Маска Вселенной»

Б-г абсолютен и безупречен во всех смыслах, — это аксиома и один из фундаментальных принципов Торы. Поскольку Он не подвластен времени, Ему известно будущее. Поэтому, если Б-г знает о намерении человека совершить то или иное действие, можно ли говорить, что человек поступает так по свободному выбору? По логике вещей, он вынужден совершить его, поскольку Творец знал об этом действии еще до его осуществления — никакого другого варианта просто нет. Человеку может казаться, что он выбирает между вариантами, но в действительности существует лишь одна возможность и у человека нет никакой свободной воли.

От Синая до наших дней. Эпоха Танаев

Рав Моше Пантелят,
из цикла «От Синая до наших дней»

Передача Устной Торы от Гилеля до раби Йегуды Анаси.

«Сфират аомер» — счет омера

Рав Исроэль-Меир Лау

В чем состоит предназначение «Сфират аомер»? Что это вообще такое — омер? Что отличает период «Сфират аомер» от прочих времен года?