Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Умный знает границы разума. Глупец думает, что знает всё»Учителя еврейской этики
В «Мире Торы» № 46 была опубликована статья рава Исроэля Баренбаума «О сути запрета лашон ара», рассматривающая некоторые аспекты законов о злословии. Поскольку обсуждение этой темы имеет большое практическое значение, я хочу немного подробнее объяснить подход Хафец Хаима к законам, связанным с этим запретом. Важно отметить, что вся статья разбирает случаи, когда слова не были произнесены напрямую (в лицо пострадавшему), а их высказали другим людям, через которых информация дошла до адресата, и, таким образом, вред его репутации был нанесен косвенно. Перевод — Рав Шломо Юдасин

По мнению Хафец Хаима, запрет злословия и сплетен затрагивает не только законы отношений между человеком и Творцом, но и область взаимоотношений между людьми, поэтому даже в том случае, когда человеку был причинен материальный или моральный ущерб, у говорящего есть доля ответственности за случившееся, и на нем лежит обязанность просить прощения у пострадавшего. По этой причине Хафец Хаим считает, что запрещено распространять информацию, если есть сомнения в том, принесет ли она пользу или, наоборот, приведет лишь к ненависти и страданиям.

В своей статье рав Баренбаум выдвигает идею, что Рамбам и Аграз2 придерживались иного мнения, нежели Хафец Хаим, считая, что не нужно просить прощения за слова, которые не были сказаны напрямую, несмотря на причиненный ущерб, ведь в этом случае нарушение касается только области запретов между человеком и Творцом, и за негативные последствия, к которым привели его слова, человек несет ответственность перед Небесами, но не перед людьми.

Я допускаю, что существует несколько подходов к пониманию сути законов «лашон ара». В этой статье я буду заниматься исследованием, касающимся исключительно установления практического закона3. Мнение Хафец Хаима в этом вопросе является основополагающим и, насколько мне известно, общепринятым. В частности, Хазон Иш в своем собрании писем4 (часть 2.41) ставит законодательные труды Хафец Хаима в один ряд с трудами раби Йосефа Каро и рава Авраама Гомбинера и сравнивает их постановления с постановлениями Большого Санэдрина — Верховного Суда Торы. Поэтому ниже я займусь объяснением позиции Хафец Хаима по данному вопросу и постараюсь выяснить, есть ли прямое противоречие этому мнению в законодательных сводах Рамбама и Аграза5.

Разберем постановление Хафец Хаима, в котором он утверждает, что человек несет ответственность за последствия, к которым привели его слова, даже если он говорил в отсутствие самого пострадавшего.

Прежде всего, нужно понять, к какой области законов Торы относится запрет злословия. Неоспорим тот факт, что нет связи между злословием и законами имущественных ущербов, поскольку эти законы касаются только тех случаев, когда ущерб был причинен напрямую через физическое действие, что обязывает к материальной ответственности, а злословие, как правило, причиняет ущерб косвенным путем, поэтому злословящий не несет материальной ответственности за него. Но при этом из сказанного выше вовсе не обязательно должен следовать вывод о правомерности определения злословия как запрета, лежащего только в области этических норм, которые регламентируют поведение человека и относятся исключительно к области тех законов, которыми регулируются отношения человека с Творцом.

Прямой «срединный путь» объяснения гласит, что запрет злословия относится к сфере законов Торы, касающихся человеческих взаимоотношений, но не связанных с материальной ответственностью. Эта сфера законов, с одной стороны, отличается по своим правилам от основных законов имущественных ущербов, но, с другой стороны, очень понятна людям, как минимум на теоретическом уровне, поскольку основана на общечеловеческих моральных и этических принципах.

Проанализируем саму суть запретов «лашон ара» и «рехилут»6, а также основные возможные последствия их нарушения. Злословие — это любая негативная информация, которая позорит того, о ком она сообщает. Сплетней могут быть даже нейтральные слова, которые при определенных обстоятельствах приводят к раздору и ненависти между людьми. Люди, которые злословят или распространяют сплетни, фактически порождают или усиливают ненависть и презрение к человеку, о котором они говорят.

Можно определить три основных вида ущерба, которые возможны вследствие злословия и сплетен:

1) Злословие может оскорбить и унизить человека, даже привести к денежному ущербу, если, например, негативная информация дошла до его работодателя, и тот в порыве гнева уволил своего подчиненного. Несмотря на то, что, как это было сказано выше, у пострадавшего нет возможности заставить злословящего нести материальную ответственность, тем не менее, по мнению Хафец Хаима, у него есть полное право призвать нарушителя к моральной ответственности, ведь именно «лашон ара» приводит к неприятным последствиям. Таким образом, у злословящего есть некая «доля» в причиненном ущербе, что и обязывает его, согласно Хафец Хаиму, просить прощения у пострадавшего. Мне представляется, что этот вид ответственности за слова связан с более общим запретом, чем злословие, и относится к общей моральной ответственности людей, в рамках которой им запрещено причинять друг другу ущерб даже косвенным образом7.

2) Любое злословие влечет за собой уменьшение или даже исчезновение чувства уважения и любви к человеку со стороны его близких и знакомых, что вызывает плохое отношение к нему.

3) Очень часто степень личной ответственности злословящего в самом ущербе, нанесенном его словами, совсем невелика. Например, если в цепочке передачи нелицеприятных данных было много людей, каждый из которых добавил чтото по собственной инициативе, тем самым увеличив негативный эффект, и, соответственно, вред. В таком случае связь первоисточника информации с самим ущербом как таковым существенно уменьшается, ведь каждый из участников процесса злословия также держит ответ перед пострадавшим. То, что на самом деле причиняет боль человеку, который является объектом «лашон ара» — это направленное против него зло, облеченное в слова. В злословии он видит несправедливость по отношению к себе, которая причиняет ему огромную боль, и его протест направлен непосредственно против «лашон ара», проникшего в сердца людей.

Таким образом, мы ясно видим, чтов общественном сознании произносящий «лашон ара» воспринимается как человек, совершивший нарушение по отношению к другому человеку, а не только как нарушивший запрет из области отношений между человеком и Творцом. И с точки зрения законов Торы, запрет злословия тоже относится к сфере, связанной со взаимоотношениями людей, а не только к запретам из области отношений между человеком и Творцом.

Вместе с тем, важно отметить, что запрет злословия — не только моральная норма в рамках полноценных социальных отношений. Это важный закон Торы, имеющий отношение ко всем евреям и обязывающий исправлять последствия сказанных слов (например, просить прощения). Запрет «лашон ара» и исправление последствий злословия — такая же обязанность, как и исполнение всех остальных заповедей Торы.

Однако можно задать вопрос:

— Почему запрет злословия обязывает отвечать за его нарушение перед пострадавшим при косвенном ущербе? Ведь непосредственно сам ущерб нанесли другие люди, обладающие свободой выбора и, таким образом, несущие полную ответственность за содеянное! Если бы они, в свою очередь, не совершили нарушения, продолжив цепочку злословия, то никакого ущерба не было бы!

Ответ очень прост. Если следовать логике вопроса, то получается, что человек, который позорит отсутствующего товарища перед целым залом людей, не нарушает запрета злословия, ведь, по закону Торы, каждый из присутствующих должен немедленно убежать из зала, заткнуть уши руками или, как минимум, искренне не верить ни одному услышанному слову. И произнося «лашон ара» в пустой комнате, человек тоже не нарушает запрета злословить.

Таким образом, очевидно, что Тора, зная человеческую природу и особенную склонность к распространению негативной информации и неуважению других людей, накладывает долю ответственности за последствия слов на самого злословящего, ведь в момент произнесения «лашон ара» ему было совершенно понятно, что эти данные, скорее всего, распространятся. (Кроме того, он, как минимум, хочет, чтобы слушатель поверил всему сказанному).

По моему мнению, именно эта идея и является основным источником постановления Хафец Хаима о том, что злословящий несет ответственность перед другими людьми за последствия своих слов8.

Приведу несколько доказательств этой идеи, которые я успел обнаружить на данный момент.

По мнению рабейну Йоны, злословящий обязан просить прощения у тех, кому нанес ущерб даже косвенным образом9 («Шаарей Тшува» 3.207).

По мнению Раши (Дварим 27:24), слова Торы «Проклят бьющий ближнего сокрыто» относятся к запрету злословия. Из контекста видно, что речь идет именно о злословии, которое причиняет ущерб лишь косвенно, поскольку сама Тора называет злословящего «бьющим ближнего», очевид

но, что он несет ответственность за последствия своих слов.

Но и при углубленном прочтении слов Рамбама («Илхот Деот» 7.12) можно увидеть, что он, скорее всего, тоже придерживался данного мнения. Говоря о запрете сплетен, он подчеркивает его строгость и пишет: «Несмотря на то, что он (сплетник) говорит правду, он разрушает мир» и там же: «Запрет этот очень строг, и он может быть причиной убиения многих душ Израиля, поэтому рядом с ним (с местом, где в Торе записан запрет сплетничать) находятся слова: “Не будешь ты стоять на крови ближнего (стих, говорящий о причастности к убийству)”. Исходя из этих слов, трудно поверить, что, по мнению Рамбама, запрет сплетен не относится к запретам по отношению к другим людям, и злословящий не несет никакой ответственности10

Теперь необходимо ответить на те вопросы по поводу мнения Хафец Хаима, которые задал рав Баренбаум в «Мире Торы» №3 (46), основываясь на мнении Рамбама и автора «Шулхан Арух аРав».

1) В законодательных сводах Рамбама, «Шулхан Арух аРав» и Талмуде мы видим четкое разделение между законами «лашон ара» и законами материальных ущербов и денежных взаимоотношений. Например, законы «лашон ара» Рамбам поместил в книгу «Илхот Деот», никак не связанную с областью материальных ущербов. Но на основе того, что мы сказали, это ясно, ведь, на самом деле, «лашон ара» не относится к законам материальных взаимоотношений, а является законом, входящим в категорию правил, регулирующих нравственные взаимоотношения людей. Но пока остается непонятным, почему запрет «онаат дварим»11 в Талмуде, у Рамбама и в «Шулхан Арух аРав» отделен от «лашон ара» и помещен в те разделы, где речь идет о денежных отношениях. Важно заметить, что «онаат дварим» подобно «лашон ара» не налагает на человека материальную ответственность за ущерб, причиненный его словами.

Чтобы найти ответ, необходимо выяснить, в чем состоит принципиальная разница между «онаат дварим» и «лашон ара». Вот пример «онаат дварим». Человек встречает на улице техника по установке и сервисному обслуживанию стиральных машин, который ищет место для подработки, и посылает его к своему соседу по лестничной клетке, заранее зная, что у того нет сейчас стиральной машины, причем этот факт его сильно удручает. В результате сказанные слова причиняют душевную боль и технику, и соседу. Данный случай не относится к нарушению запрета злословить или сплетничать, поскольку слова, как таковые, никого не оскорбили, не опозорили и не спровоцировали ненависть, как это происходит в случае нарушения запретов «лашон ара» и «рехилут». Этот случай относится к «онаат дварим», поскольку произнесенные слова причинили боль и страдания людям.

Теперь мы можем увидеть две основные причины, из-за которых у Рамбама и в кодексе «Шулхан Арух аРав» запреты «лашон ара» и «онаат дварим» были разъединены и помещены в совершенно разные разделы. Запрет «онаат дварим» по своей сути очень похож на материальное действие человека, которое напрямую причиняет боль другому, но вместо прямого физического воздействия здесь используется сила слов. Даже в вышеприведенном примере, когда слова ранили не сразу, а только через некоторое время, все равно мы видим, что «онаат дварим» — слова, направленные на причинение боли и страдания12.

Поскольку по своей сути и форме «онаат дварим» походит на прямое физическое действие, которое наносит ущерб другому, становится понятным отношение этого запрета именно к сфере законов, говорящих о материальных ущербах. «Лашон ара» и «рехилут», в свою очередь, не связаны напрямую с ущербом, который может произойти изза них, поскольку информация передавалась через третье лицо, которое уже по собственной инициативе причинило ущерб тому, о ком говорил злословящий или сплетничающий. Таким образом, «лашон ара» и «рехилут» совсем не похожи на прямое физическое действие человека, причиняющее вред другому13.

Но есть еще одно более глубокое и принципиальное различие между этими двумя видами запретов. Поскольку в «онаат дварим» слова напрямую ранят людей, то основная вина человека, нарушившего этот запрет, в самой боли и страданиях, причиненных другим.

В запрете «лашон ара» и «рехилут» основная вина нарушителя состоит в той ненависти, которую он вызвал у слушателей по отношению к объекту злословия и сплетен, а не в косвенной причастности к ущербу, произошедшему изза его слов. Ведь во время разговора вовсе не очевидно, что слова серьезно заденут героя обсуждения. Намерение говорящего — поделиться информацией с другими и произвести на них то или иное впечатление. Таким образом, нарушение, совершаемое злословящим или сплетником, связано с его плохими качествами, которые прорываются наружу и плохо влияют на других людей. Поэтому Рамбам поместил законы злословия и сплетен в книгу «Илхот Деот», в основном посвященную исправлению плохих душевных качеств и обсуждению правильной модели поведения. Но, тем не менее, из всего вышесказанного очевидно, что злословящий и сплетничающий также несет долю ответственности перед другими людьми за негативные последствия его слов, и приведенный выше вопрос никак не противоречит данному утверждению.

2) По мнению Рамбама, говорящий «лашон ара» в шуточной форме не нарушает запрет Торы — он виновен лишь в нарушении запрета мудрецов, который называется «авак лашон ара» («пыль злословия»)14. Несомненно, что для человека, который пострадал изза чьейто неудачной шутки, нет большой разницы, было злословие произнесено в шутку или серьезно. Почему же в таком случае Рамбам считает, что здесь не нарушается запрет злословия по Торе и, таким образом, освобождает человека от ответственности за причиненный ими ущерб?

На основе вышесказанного можно дать ответ и на этот вопрос. Тора накладывает долю ответственности на говорящего «лашон ара» за ушерб, к которому привели его слова, несмотря на то, что непосредственно ущерб причинил не лично рассказавший «лашон ара» первым, а другой человек, обладающий свободой выбора и несущий полную ответственность за свои действия. Этот принцип основан на том, что Тора знает человеческую природу, а также на том, что негативная информация, как правило, очень быстро распространяется. Таким образом, с точки зрения Торы, злословящий как будто своими руками вкладывает плохие мысли в сердца людей. На мой взгляд, мнение Рамбама состоит в том, что данное положение Торы верно лишь тогда, когда злословие произнесено в утвердительной, серьезной форме, поскольку в этом случае сказанное обладает большей силой внушения и есть большая ве роятность, что слова будут восприняты всерьез. Но злословие, сказанное в форме шутки, не воспринимается всерьез, поскольку слушатели понимают, что произнесший его просто хотел пошутить, и не более того. По мнению Рамбама, такой человек сообщил людям негативную информацию, однако не заботится о том, чтобы она произвела на них глубокое впечатление, и лишь тот, кто, услышав произнесенное в шутку злословие, решил отнестись к этой информации серьезно, поверил ей и передал услышанное дальше, нарушает запрет Торы о злословии15. Таким образом, в этом вопросе мы не находим противоречия между позициями Рамбама и Хафец Хаима.

Подведем итог всему сказанному. Постановления Хафец Хаима о запретах «лашон ара» и «рехилут» относятся к области законов, регулирующих взаимоотношения людей — «бен адам лехаверо». На злословящем лежит доля ответственности за последствия его слов, и в том случае, если его слова привели к ущербу, он обязан просить прощения у пострадавшего. Это постановление Хафец Хаима основано на простой и очевидной идее, приведенной выше, и подкрепляется словами рабейну Йоны и Раши, а Талмуд и законодательный кодекс Рамбама не противоречат ему.

Теперь разберем вкратце случай, когда существует сомнение, принесет ли сказанная информация пользу или же останется абсолютно бесполезной. Негативная информация, которая сказана для пользы, не является нарушением. Определяющим фактором тут является не только само намерение говорящего, но и та ситуация, в которой он находится. Ему необходима уверенность, что этот вид информации в такой ситуации в подавляющем большинстве случаев приносит настоящую пользу для слушателя. Даже если конкретный случай станет исключением из правил, и сказанное не принесет пользы, говорящий все равно не нарушит запрет «лашон ара», ведь его слова имели четкую форму полезной информации. Но в том случае, когда есть серьезное сомнение, будет ли польза от сказанного, понятно, что только добрых намерений недостаточно. Ведь, как было сказано выше, у человека есть доля ответственности за возможные плохие последствия, которые могут быть спровоцированы его словами. Кроме этого, бесполезная информация о третьем лице приведет слушателя к нарушению запрета «лашон ара». Но и с точки зрения законов поведения и хороших качеств человека так же совершенно не правильно ради сомнительной пользы одного пренебрегать возможным ущербом другого. Есть множество тонкостей в этом вопросе, поэтому в конкретной жизненной ситуации необходимо получить совет компетентного раввина, объяснив ему все подробности. Но общее правило в таком спорном случае: «Софек деорайта лехумра» — «Спорная ситуация в вопросе нарушения законов Торы обязывает устрожить». Кроме того, по мнению Хафец Хаима, в случае, когда человек хочет поделиться негативной информацией с другим ради его пользы, ему надо прежде узнать у других людей или открыто спросить у будущего слушателя, насколько он заинтересован в его данных, будут ли они понастоящему полезны. Поскольку в большинстве жизненных случаев это можно сделать, получается, что данный вопрос вообще не очень актуален. То, что человек ленится или стесняется спросить, не освобождает его от выполнения данного условия.

В заключение мне хочется привести пример, который поможет лучше понять правильный подход к изучению законов «лашон ара». Очень часто люди, начиная изучать эту тему, чувствуют, как рамки дозволенного сужаются, резко уменьшая их жизненное пространство. Это вызывает беспокойство и сожаление. Подобные чувства испытывает путник, которому хорошо объяснили, куда запрещено идти, но не сказали, куда ведет путь, который ему предстоит проделать. Задача каждого еврея состоит в том, чтобы увеличивать добро в этом мире. Говоря хорошие слова, человек сеет добро и любовь в сердцах других людей, что помогает раскрыть в этом мире любовь Творца к каждому человеку.


1 «Лашон ара» — злословие. Есть запрет говорить и слушать «лашон ара» — информацию, порочащую другого человека и ведущую к моральному или материальному ущербу.

2 Аграз — аГаон рав Залман (раби Шнеур Залман из Ляд, Алтер Ребе) — первый адмор Хабада, автор книг «Шулхан Арух аРав» и «Тания».

3 Таким образом, в этой статье я не вхожу в прямую полемику с позицией рава Баренбаума.

4 Хазон Иш — великий мудрец Торы, один из глав прошлого поколения.

5 Именно такой подход является единственно верным в области установления практического закона, ведь даже если мы найдем другой путь объяснения изучаемого вопроса, все равно без очень весомых доказательств в свою пользу мы не можем спорить с алахическими авторитетами.

6 «Рехилут» — сплетни. Это запрет Торы, согласно которому нельзя сообщать комулибо то, что другие сказали против него или совершили против него.

7 Если рассматривается только материальный ущерб, то пострадавшему нет никакой разницы, что именно сказал злословящий. Его интересует на данной стадии лишь причастность говорящего к самому ущербу. Получается, что в этом аспекте нет запрета злословия и сплетен. (После этого утверждения отпадает вопрос, заданный равом Баренбаумом и основанный на мнении автора «Шулхан Арух аРав». Приведено в «Мире Торы» №3 (46), стр. 30.)

8 Простота и очевидность этой идеи и являются ответом на вопрос, почему данная тема не находит прямого упоминания в Талмуде и трудах Рамбама.

9 Это доказательство приводит сам Хафец Хаим. Он считает, что книга «Шаарей Тшува» написана в полном соответствии с законодательными постановлениями самого рабейну Йоны. Кроме этого, из самого контекста у рабейну Йоны ясно видно, что речь идет о законе Торы.

10 В случае воровства или причинения денежного ущерба Рамбам не говорит об обязанности просить прощения. Это связанно с тем, что обязанность нарушителя состоит в том, чтобы полностью возместить весь денежный ущерб, который он причинил, и после платежа на нарушителе более нет никакой вины перед пострадавшим. В случае злословия способом исправления последствий является просьба о прощении.

11 «Онаат дварим» — слова, сказанные напрямую другому человеку и принившие ему страдания.

12 Но в основном «онаат дварим» мы встречаем в случае, когда неприятные слова были сказаны напрямую (в лицо) другому человеку, и в таком случае данное подобие еще более очевидно.

13 Если же человек сказал «лашон ара» в глаза и тем самым напрямую обидел собеседника, то кроме запрета злословия он нарушает также заповедь «онаат дварим».

14 У Рамбама упоминаются еще несколько видов ситуаций, попадающих под запрет «пыль злословия», но для ясности мы будем разбирать только этот пример, поскольку принцип здесь тот же самый.

15 Хафец Хаим приводит мнение Рамбана и рабейну Йоны, и также считает еще ряд ахароним (мудрецов последних поколений): злословие в форме шутки тоже запрещено Торой. По их мнению, «пылью злословия» считается даже совершенно нейтральная информация, если ее можно понять двояко. Таким образом, тот, кто предпочел отнестись к этой информации негативно, сам является первоисточником плохих мыслей о другом человеке.

Из журнала Мир Торы


Недельная глава «Лех Леха» начинается с того, что Всевышний приказывает нашему праотцу Аврааму оставить родину и пойти в Кнаан («И сказал Г‑сподь Авраму: иди из земли твоей…»). Читать дальше

Десять знаков того, что Авраам достиг уровня разумной души

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Уровень Авраама идеально соответствовал уровню разумной человеческой души. Подтверждением этому являются поступки праотца, упомянутые в Торе.

Мидраш рассказывает. Недельная глава Лех Леха 2

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Сборник мидрашей о недельной главе Торы

Лот, дочери и сыновья. Недельная глава Лех Леха

р. Ури Калюжный

Лот не был праведником, мягко говоря. Он поселился в Сдоме, столице грешников. Почему же Всевышний решил спасти его от участи других горожан? И почему Лот так неадекватно повел себя после спасения?

Избранные комментарии на недельную главу «Лех Леха»

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Творец обещает Аврааму сделать его потомство «великим народом». Натуральный ход событий препятствует этому, чтобы народы мира поняли — евреи обязаны своим благополучием только лишь Всевышнему.