Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
В целом, человека приводит к осторожности изучение Торы, и так говорит раби Пинхас в начале барайты (Авода зара 20б): «Тора приводит к осторожности».

О ПУТЯХ ПРИОБРЕТЕНИЯ ОСТОРОЖНОСТИ

В целом, человека приводит к осторожности изучение Торы, и так говорит раби Пинхас в начале барайты (Авода зара 20б): «Тора приводит к осторожности». Но особенно содействуют в этом размышления о важности служения, являющегося нашей обязанностью, и о глубине ответственности за него. И все сказанное достигается посредством глубокого изучения событий, описываемых в наших святых книгах, и изречений мудрецов, помогающих уразумению всего, о чем шла речь выше[1].

И найдутся в таких размышлениях побудительные мотивы разных уровней: для людей с совершенным разумом, для тех, кто меньше их, и для всего множества народа.

Для обладателей совершенного разума побуждением станет ясность в том, что совершенство — единственное, что достойно их устремлений, и нет ничего иного. И нет большего зла, чем недостаток совершенства и отдаление от него. И когда это станет ясным для них, как и то, что средствами достижения желаемого являются праведные дела и добрые качества, — тогда, несомненно, люди, желающие совершенства, не согласятся уже ограничить эти средства или допустить в них послабления[2]. Ибо ясно им теперь, что если использовать меньше средств или если те будут слабыми, не используемыми во всю мощь, то истинного совершенства не достичь. Эти люди потеряют то, что недовложили в своем старании, и останутся несовершенными. А для них это тяжелое страдание и огромный недостаток. Поэтому они пойдут по пути умножения применяемых средств[3] и устрожения во всех их деталях, и не перестанут беспокоиться, как бы не упустить нечто из того, что приведет их к желанному совершенству. Именно это сказал царь Шломо, мир ему (Притчи 28:14): «Счастлив человек, который постоянно боится», и объяснили мудрецы, благословенна их память (Брахот 60а): «Это написано о словах Торы»[4].

Высшим достижением здесь мы называем «боязнь греха». Это — одна из достойнейших ступеней; тот, кто достиг ее, постоянно боится и переживает, как бы не нашлось у него даже следа греха, препятствующего достижению совершенства, к которому он обязан стремиться, и об этом образно сказали наши мудрецы (Баба батра 75а): «Учат, что [в будущем мире] каждый “обжигается”, [глядя на] шатер друга своего»[5]. Это не зависть, которая может быть только у неразумных, как будет, с Б-жьей помощью, объяснено далее; это значит, что человек [в том мире] увидит в себе недостаток совершенства — такого совершенства, какого он тоже мог бы достичь, как достиг его другой[6]. Понимая все это, человек с совершенным разумом, безусловно, не преминет быть осторожным в своих поступках.

У людей менее совершенных побудительные мотивы соответствуют их разумению и связаны с почетом, которого они жаждут. Ведь всякому, в ком есть вера, очевидно, что различия в положении людей в мире истины, каковым является будущий мир, определяются только их делами. Там может возвыситься только тот, кто сделал больше других, а тот, кто сделал меньше, окажется внизу. Если так, то разве сможет человек закрыть глаза на свои поступки или недостаточно стараться их исправить? Если потом, когда искривленное им уже невозможно исправить, он неизбежно будет страдать? Есть среди глупцов, ищущих легкой жизни, такие, что скажут: «Зачем так утомлять себя благочестием и воздержанием? Нам вполне достаточно не оказаться среди злодеев, осужденных на пребывание в аду! Мы не станем проталкиваться в самый центр Ган Эдена [рая], ведь даже если наша доля там и не будет велика, малая доля нам обеспечена! Этого хватит, и мы не станем утяжелять свою ношу ради большего!» Зададим им, однако, такой вопрос: смогут ли они с той же легкостью терпеть в этом, преходящем мире, видя, что равный им занимает более почетное и высокое место и правит ими? Тем более, если это будет один из тех, кто служил им, или из бедняков, презираемых и низких в их глазах… Смогут ли они не огорчаться, и не закипит ли их кровь? Ответ ясен. Мы своими глазами видим, какие усилия прикладывает человек, чтобы возвысится над кем только можно и занять место среди наиболее достойных; такова она — ревность человека к ближнему![7] И когда человек видит, как кто-то другой возвышается, а он остается внизу, он неизбежно страдает, и сердце его замирает в груди… И ясно, что если человеку так тяжело унижение перед другими в воображаемых, ложных достоинствах, унижение в которых внешнее, а возвышение — ложь и пустота, то как же он сможет терпеть, увидев себя ниже тех, кто сегодня унижен перед ним? И это в том месте, где величие истинно и достоинство вечно! И хотя сегодня [в нашем мире] человек, не зная ни будущего мира, ни его ценности, не относится к нему серьезно, — в грядущем ему предстоит узнать все, к своему стыду и боли. И очевидно, что боль эта будет великой и вечной. Как мы видим, их [глупцов] самоуспокоенность, которой они желают облегчить себе строгость служения, — это не истина, а обман, которым соблазняет их дурное начало.

Узри они истину, этому соблазну просто не было бы места. Но поскольку они ее не ищут, а по собственной воле идут ошибочным путем, соблазн не оставит их до тех пор, пока не будет поздно, так как не будет уже у них возможности исправить испорченное. И об этом сказал царь Шломо, мир ему (Коэлет 9:10): «Все, что руки твои в силах сделать, делай! Ибо нет дел, расчетов, знаний и мудрости в мире мертвых, куда ты идешь».

Это значит, что то, чего человек не сделает вовремя, когда Создатель дает силу рукам его [это сила связана с выбором, данным ему на все дни жизни его, когда он свободен в своем выборе и обязан исполнять заповеди[8]], он уже не сможет сделать в могиле, в мире мертвых, когда той силы уже не будет в его руках. Ведь тот, кто не обогатил себя добрыми делами в жизни, не сможет их делать потом. А у того, кто не задумывался о своих поступках, тогда уже не будет возможности задуматься. И тот, кто не приобрел мудрости в этом мире, не станет мудрецом в могиле. И именно это сказано (там): «…нет дел, расчетов, знаний и мудрости в мире мертвых, куда ты идешь».

А вот побудительный мотив для всего множества народа связан собственно с наградой и наказанием. Он [заключается] в том, что человек видит глубину ответственности, из-за которой и в самом деле следует дрожать и трепетать постоянно. Кто сможет выстоять в день суда, кто окажется праведным перед Создателем этого мира, взгляд которого «прощупывает» каждую вещь, малую и большую?! И так сказали мудрецы, благословенна их память (Хагига 5б): «“И пересказывает [напоминает] человеку его разговор” (Амос 4:13), — даже несерьезный разговор между мужем и женой напоминают человеку в день суда».

Еще сказали (Йевамот 121б): «“А вокруг Него — ураганный ветер”,[9] — это учит нас тому, что Святой, благословен Он, взыскивает с любящих Его даже за грехи толщиной в волос»[10].

И Авраам, любимый Создателем настолько, что даже Писание говорит о нем (Йешаяу 41:8): «Авраам, любимец мой», не избежал суда за легкие оплошности. За то, что спросил (Берешит 15:8): «…как я узнаю, [что унаследую ее]?»[11], сказал ему Святой, благословен Он: «Клянусь, узнаешь, что пришельцами будут твои потомки…»[12] (Берешит Раба, гл. 44). А за то, что заключил союз с Авимелехом без приказа Всевышнего, сказал ему Святой, благословен Он: «Клянусь, что отсрочу радость твоих детей [строительство Храма] на семь поколений» (там 54:4).

Яаков. За то, что разгневался на Рахель из-за ее слов (Берешит 30:1): «Дай мне сыновей!», сказал ему Святой, благословен Он: «Так ли отвечают тем, кто в беде? Клянусь, твои сыновья будут стоять перед ее сыном!» (там 71:7). А когда он спрятал свою дочь Дину в сундук [накануне встречи с Эсавом], то, хотя намерения его, несомненно, были хорошими, тем не менее, поскольку таким образом он отказал брату в милосердии, сказал ему Святой, благословен Он: «Ведь сказано: “Тому, кто отказывает другому в милосердии…” (Иов 6:14), —Ты не хотел выдать ее [замуж] за обрезанного, [из-за этого] она будет отдана необрезанному; ты не хотел отдать ее разрешенным образом, [из-за этого] она [будет] отдана [на поругание] запрещенным образом!»[13] (Берешит Раба 80:24).

Йосеф. За то, что он сказал виночерпию фараона: «Если вспомнишь обо мне… [и если упомянешь обо мне фараону]…» (Берешит 40:14), были добавлены ему два года [заключения в тюрьме] (Берешит Раба 89:3). А за то, что забальзамировал тело своего отца без разрешения Всевышнего, или, по другому мнению, за то, что слышал [от братьев] слова «…раб твой, наш отец…» и промолчал, он умер раньше своих братьев (там 100:4).

Давид. За то, что он назвал слова Торы «напевом», был наказан, когда совершил [по воле Небес] ошибку в истории с Узой[14], и была омрачена его радость (Сота 35а). Михаль [жена Давида], пеняла ему, за то, что танцевал на глазах народа перед Ковчегом[15], и была наказана тем, что не было у нее детей до самой смерти[16] (Шмуэль-II 6:23).

Хизкияу. За то, что он показал посланцам вавилонского царя свою сокровищницу, его сыновьям было суждено оказаться евнухами во дворце вавилонского царя (Млахим-II 20:18). И есть еще множество подобных историй.

В первой главе трактата Хагига (5а) сказано: «Раби Йоханан, всякий раз, когда доходил до этого стиха, плакал: “И поставлю вас перед судом, и буду скорым свидетелем о колдунах, развратниках, клятвопреступниках и обманывающих наемных работников” (Малахи 3:5), — разве есть исправление рабу, если даже легкие [проступки] его расцениваются как тяжелые?» Здесь, конечно, не имеются в виду одинаковые наказания [за разные по тяжести проступки], ведь Всевышний платит мерой за меру. Однако, когда взвешиваются все наши дела, то легкие [проступки] принимаются в расчет так же, как и тяжелые. Ведь тяжелые [проступки] не заслоняют собой легких, и судья не забудет о легких так же, как не забывает о тяжелых. Он расследует и рассмотрит их все, в равной степени, дабы оценить каждый из них, а затем наказать за каждый соответственно тому, что он собой представляет. И об этом сказал царь Шломо, мир ему (Коэлет 12:14): «Поскольку все дела Всесильный приведет на суд, все скрытое — как доброе, так и злое». Так же, как Святой, благословен Он, не оставляет забытым ни одно доброе дело, каким бы малым оно ни было, так Он не оставит без суда и порицания любое дурное дело, как бы мало оно ни было. А чтобы искоренить из желающих соблазниться сердец мысль о том, что Всевышний, благословен Он, не приведет в суде незначительные проступки и не взыщет за них, напомним правило (Баба кама 50а): «Всякий кто говорит, что Святой, благословен Он, уступчив [оставляет без наказания], — простится [с жизнью] из-за грехов». И еще сказано (Хагига 16а): «Если говорит тебе дурное начало: согреши, а Святой, благословен Он, простит, — не слушай его!»

Эта мысль проста и очевидна, ведь Всевышний — Б-г истины, и об этом сказал Моше, мир ему (Дварим 32:4): «Твердыня; совершенны Его деяния, все пути Его — правосудие, верен Всесильный и нет в Нем несправедливости». Ведь Святой, благословен Он, желает правосудия, и если бы Он закрыл глаза на вину, то это было бы таким же нарушением правосудия, как если бы Он забыл заслугу. Поэтому, раз уж Он пожелал правосудия, Он должен воздавать каждому человеку с абсолютной точностью, согласно качествам его и по плодам дел его, как добрых, так и злых. Это и значит: «…верен Всесильный и нет в Нем несправедливости, справедлив и праведен Он», как объяснили мудрецы (Таанит 11а): «[Справедлив] к праведным и злодеям, ибо такова мера, которой Он судит все, и за каждый грех Он наказывает, и невозможно избежать этого».

А если скажешь: если так, в чем же смысл милосердия? Если суд в любом случае должен быть точен во всех деталях? Ответ таков: безусловно, именно милосердие позволяет существовать миру, который просто не смог бы устоять без него. И, тем не менее, это не делает суд ущербным, и вот почему. По всей строгости закона грешник должен бы быть наказан сразу после совершения греха, без малейшей задержки, в безудержном гневе, как этого заслуживает тот, кто преступает волю Создателя, благословенно имя Его, и не было бы возможности исправить совершенного. И в самом деле, как поправит человек то, что искривил, когда грех уже совершен? Тот, кто убил или предавался разврату, разве сможет это исправить? Разве сможет он стереть то, что совершил? Однако именно качество милосердия позволяет осуществить все, о чем сейчас говорилось как о невозможном. Грешнику будет дано время, и он не исчезнет с земли сразу после совершения греха. Само наказание [даже когда оно наступает] не доводит грешника «до полного уничтожения». А возможность раскаяния дана человеку так, что она несет в себе абсолютное добро, когда искоренение желания засчитывается как искоренение поступка. Если кающийся осознает свой грех и признается в нем, размышляет о заключенном в нем зле, сожалеет о грехе в полной мере, с первого его момента[17] [подобно сожалению о принятом обете, когда человек совершенно переосмысливает принятое на себя[18]], страстно желая, чтобы этого поступка никогда не было, и его сердце страдает от происшедшего, и в будущем он оставляет этот грех, избегая его всеми силами, — тогда искоренение желание засчитывается как искоренение поступка [подобно искоренению обета], и грех полностью искупается. Это то, что сказано в Писании (Йешаяу 6:7): «…[будет удалено от тебя] твое преступление и грех будет искуплен». Другими словами, преступление буквально исчезает из бытия и искореняется тем, что человек переосмысливает свой поступок и сожалеет о том, что произошло в прошлом.

И это, несомненно, милосердие, которое не совпадает с буквальными требованиями строгого суда. Однако это милосердие не отменяет суда совершенно, ведь в нем самом есть некий аспект суда, — вместо желания согрешить и удовольствия от греха приходят равные по силе сожаление и страдание. Так же и отсрочка наказания — это не уступка грешнику [и не безнаказанность], а лишь проявление терпения в некоторой мере с тем, чтобы дать возможность исправиться. И то же самое свойственно всем остальным проявлениям милосердия, как-то: «Сын создает заслуги отцу» (Сангедрин 104а), или «Часть души — как вся душа» (Коэлет Раба 7:27), упоминаемые нашими мудрецами. Все это — пути милосердия: засчитать малое как большое, — но не как полное противоречие суду и его отрицание, ведь для каждого из этих путей есть веская причина, чтобы с ним считаться. Однако просто уступать [грешнику] без всяких последствий, или закрывать глаза на его преступления — это полное противоречие суду, поскольку тогда просто нет ни закона, ни справедливого суда, а это невозможно. И если грешник не воспользуется одним из упомянутых путей для спасения, то, несомненно, качество суда не пропадет втуне. И так сказали мудрецы [о Его суде]: «Сдерживающий гнев, но взыскивающий свое» (Иерусалимский Талмуд, Таанит 2:1).

Из сказанного следует, что у человека, который хочет «раскрыть свои глаза», нет никаких оснований поддаваться соблазну и не быть крайне осторожным в поступках, до самой последней мелочи.

И когда задумается человек обо всем, о чем здесь говорилось, это, несомненно, приведет его к обретению качества осторожности, если только есть в нем разумная душа.


[1] О важности служения и глубине ответственности.

[2] «Ограничить» — значит не полностью использовать их «арсенал», т.е. исполнять не все заповеди, исправлять не все качества. «Допустить в них послабления» — использовать не в полную силу, т.е. исполнять заповеди кое-как, а исправляя качества — не доводить эту работу до конца.

[3] Т.е. праведных дел и усилий по исправлению качеств.

[4] Другими словами, царь Шломо хотел сказать, что счастлива доля человека, который всегда боится нарушить закон Торы.

[5] «Обжигается», видя его долю в будущем мире.

[6] Таким образом, высокое положение другого является постоянным упреком человеку, коль скоро и он мог бы достичь того же.

[7] «И видел я, что всякий труд и всякое умение в работе — [только от] взаимной зависти» (Коэлет 4:4).

[8] См. «Даат твунот», стр. 170: «И еще мы должны знать, что, несмотря на то, что народ Израиля со своей стороны уже готов служить Всевышнему, и уже действует по своей воле, без принуждения, как мы уже объяснили, — сила, позволяющая им достичь в этой работе результата, дана им только из рук Всевышнего. Это то, что получил Израиль в момент дарования Торы, и что постоянно поддерживается и обновляется в каждом еврее… Человек, которому заповедано, обладает силой, предоставленной Всевышним, совершать необходимые исправления в Творении…»

[9] Здесь есть ремез (намек): на Святом языке написание слова «ураган» (символизирующий на языке пророков наказание, которое обрушивает на людей Всевышний) отличается от написания слова «волос» всего одной буквой (самехсин), и при чтении разницы практически нет. Кроме того, в приведенном стихе слово «ураган» написано «неправильно», т.е. с буквой син (это допустимо, хотя и является исключением из правила). И хотя из контекста ясно, что речь идет об «урагане», намек на слово «волос» очевиден. Этот намек и объясняют мудрецы, говоря: верша свой суд, Всевышний взыскивает с праведника даже за грехи толщиной в волос.

[10] Т.е. отклонения от Его воли.

[11] Когда сказал ему Всевышний: «Я — Г-сподь, который вывел тебя из Ура Халдейского, чтобы дать тебе землю эту в наследие», спросил Авраам: «…как я узнаю, что унаследую ее?» (Берешит 15:7-8), и это выглядит как проявление недоверия, как будто Авраам просит подтверждения обещанию Всевышнего.

[12] Там, стих 13: «Узнаешь, что пришельцами будут твои потомки в чужой земле и поработят их там…»

[13] Яаков спрятал свою дочь Дину от брата Эсава, поскольку тот был злодеем. И хотя, в общем, Яаков был прав, ему не простилось, что он отказал брату в милосердии (Яаков не взял в расчет соображение, что женитьба на его праведной дочери может исправить Эсава). Согласно мидрашу, история с насилием над Диной (Берешит гл. 34) была наказанием за эту ошибку.

[14] Когда царь Давид возвращал Ковчег Завета, который плиштим ранее захватили на войне, а затем вернули, то его везли на телеге (Шмуэль-II, гл. 6), и в этом состояла ошибка Давида, т.к. сказано в Торе, что Ковчег левиты должны были нести на руках. В дороге одному из левитов (это был Уза) показалось, что Ковчег падает с телеги. Он протянул руку, чтобы поддержать Ковчег, и был наказан смертью за неверие (о Ковчеге сказано, что он сам «нес несущих его», т.е. не нуждался в помощи человека). Давид был косвенно виноват в этом.

[15] Она считала, что не пристало царю вести себя как простолюдин на глазах народа, даже, если этим он оказывает почет Всевышнему.

[16] Т.е. она умерла при родах (см. у Радака).

[17] Т.е., сожалеет о том, что ему пришло в голову согрешить.

[18] Речь идет об отмене обета (недера). Для того, что бы это произошло, человек должен сожалеть о самом факте принятия на себя обета, т.е. сожалеть о своем изначальном обещании.

Редакция благодарит рава Лейба Александра Саврасова за любезно предоставленный материал


Написано в Торе (Ваикра, 23): «В сукках живите семь дней; каждый коренной житель в Израиле должен жить в суках, дабы знали ваши поколения, что в суках поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из Египта». Читать дальше

Строительство сукки

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Как строить и украшать сукку? Законы и обычаи.

Законы нахождения в Сукке

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Избранные главы из «Кицур Шулхан Арух»»

Когда и как нужно находиться в Сукке (праздничном шалаше), чтобы выполнить заповедь? При каких условиях необходимо говорить при исполнении этой заповеди специальное благословение?

Под кровом Всевышнего

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Б-гобоязненный человек позаботится, чтобы за его столом каждый день сидел бедняк; он будет относиться к нему так, словно это один из праотцев, и подаст ему лучшие блюда, как подал бы их небесным гостям.

Кицур Шульхан Арух 135. Законы нахождения в Сукке

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Кицур Шульхан Арух»

Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух