Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Человек рождается дикарем, а в природе дикарства заложено предположение, что “я всего добился сам”. Когда же человек выражает свою признательность Всевышнему, тем самым он признает, что нет у него ничего от себя.

После того как мы выяснили, что произнесение славословий и восхвалений перед молитвой есть «угождение для последующей просьбы», нам становится понятен закон: «Молиться нужно путем мольбы, как нищий, просящий у дверей дома» (Шульхан арух, Орах Хаим 98:3). «И насколько должен человек в этом остерегаться, — ведь есть несколько законоучителей, которые считают, что в противном случае следует молитву повторить… И еще мне кажется очевидным, что даже по их мнению это обязательное условие только в Авот — первом благословении молитвы Шмоне эсре, а в остальных — только желательное. Ведь, по их мнению, основная причина — из-за намерения (каваны) (А кавана обязательно должна быть именно в первом благословении)» (Биур алаха, там же). Интонация мольбы, просьбы и угождения является одним из важнейших аспектов правильного сердечного намерения (каваны) в первом благословении Шмоне эсре — благословении Авот.

То же самое сказано и о внутреннем намерении при чтении благодарений после молитвы: «В молитве нужно иметь в виду только интенцию мольбы, а не интенцию благодарения. Тот же, кто имеет в виду признание, как будто никогда не молился» (раби Хаим из Воложина). Поскольку он не проводит никакого разделения между различными частями молитвы, можно понять, что он говорит обо всей молитве, а не только о благословениях благодарности.

Разберем этот вопрос более подробно. Благодарность, признание в молитве (הודאה, одаа) — это не просто славословие и восхваление. Оно подобно признанию в суде; это выражение абсолютного чувства обязанности Творцу за все даруемые Им блага, признание человека, что все его существование, и все, что у него есть — от воли Творца. Вот как объясняет это во всех подробностях раби Ицхак Гутнер: «В строении слов Святого языка в один и тот же постоялый двор попали два понятия (слово הודאה имеет два значения): признательность как выражение благодарности и признание мнения второй стороны. Оба эти понятия выражаются в Святом языке одним словом הודאה (собственно, как и в русском: признательность и признание)… Объяснение этой синонимичности в том, что в свойствах души человека заложено стремление быть самостоятельным, не прибегая к помощи другого. И когда человек выражает признательность товарищу, он тем самым признает, что на этот раз он не преуспел и был вынужден воспользоваться добротой товарища. Таким образом, глубокий душевный корень всякой признательности — это признание. И тем более это справедливо по отношению ко Всевышнему. Человек рождается дикарем, а в природе дикарства заложено предположение, что “я всего добился сам”. Когда же человек выражает свою признательность Всевышнему, тем самым он признает, что нет у него ничего от себя» (Ханука 2).

Данная признательность — один из аспектов служения Творцу. Поскольку только человек, находящийся в нижних мирах, обладает свободой выбора и возможностью отрицать своего Творца, его признательность считается признанием. Ведь признание может относиться только к тому, что человек может отрицать или признавать.

Теперь мы можем лучше понять слова Рамбана: «Цель всех заповедей — чтобы мы верили в нашего Б-га и были признательны Ему за то, что Он сотворил нас. И в этом замысел создания, и нет у нас другого смысла в первоначальном создании. Нет у Всевышнего желания в низших мирах, кроме одного: чтобы знал человек и благодарил своего Б-га за то, что сотворил его. А замысел вознесения голоса в молитвах, и замысел домов собрания и заслуга общественной молитвы в том, чтобы у людей было место, где они собираются и благодарят Б-га за то, что Он сотворил их и поддерживает их существование. И они объявят об этом во всеуслышание и скажут перед Ним: Мы — Твои творения!» (конец раздела Бо).

В этой признательности и признании, которыми заканчивается молитва (Модим анахну лах), есть указание на то, что Творец есть цель всего творения, и к Нему оно возвращается и в Нем аннулируется. Вот в чем смысл поклона самоотречения, который присутствует в этом благословении. Этим признанием молящийся выражает понимание того, что все его просьбы в молитве — не для удовлетворения его потребностей, но для реализации желания Творца воздать благо. Как объясняет Маараль: «То, что Всевышний обеспечивает нужды человека, это не потому что этот человек считается кем-то, но исключительно для Творца Самого, — ведь Он — его начало и цель. И все — ради Творца, и с этой стороны будет правильно, чтобы Всевышний удовлетворял человеку все его потребности» (Нетив аАвода 12).

Тем самым, как прославление перед молитвой, так и признание после нее, присоединяются к самой молитве. Как говорит Маараль: «Сказали: пусть человек сначала вознесет славословия Всевышнему, а потом помолится. Ведь суть молитвы в том, что у мира есть Причина, а человек есть следствие этой Причины. Тем самым он приносит восхваления Всевышнему, что Он — его причина, и эта причина — его начало… Потому установили три первые благословения в молитве как прославление, и три последние — как восхваление Всевышнему, говоря, что Он — Первопричина, Он — начало и цель человека».

«Всевышний есть его первопричина»: это признание выражает статус молящегося как следствие Причины, чье существование и реальность полностью зависят от Творца. Человек «уговаривает» Его этими славословиями, чтобы Он ниспослал на него благо, дабы восполнить его недостатки и потребности. «И Он — его цель»: тем самым молящийся говорит, что все его просьбы и мольбы — для нужд Всевышнего, для исполнения воли Творца, и он отрекается от своих желаний и от самого своего существования ради Творца.

*

Благословение и молитва

Нет никакой необходимости объяснять отношение благословения к молитве, поскольку их суть — одна. Благословение есть основная составляющая молитвы. Их сущность — просьба о привлечении изобилия блага и жизни от Творца. Их результат — привнесение благодати и благословений от Источника благословений, Жизни миров.

Желание и стремление нижних вод, которое является основой привлечения благословения — это важнейший принцип молитвы: «В молитве главное — страсть и желание молиться и умолять, как сказали Мудрецы (Авот 2): “Не делай свою молитву постоянной, но просьбой о милосердии и мольбой…” И от этого есть удовольствие Всевышнему… от желания сотворенных молиться… в этом — Его желание» (р. Цадок аКоэн).

Но в благословениях молитвы сокрыта сущность, которой нет в остальных благословениях. Это молитвенное служение для приближения человека и всего мироздания к Творцу, разновидность жертвоприношения, как подробно объясняется выше в размышлении «Молитвы установлены в соответствии с ежедневными жертвоприношениями». Тем самым мы сможем уразуметь, на нашем уровне, простой смысл слов Рая Меэмна (части книги Зоар), как объяснил их Нефеш аХаим: «…и см. в Рая Меэмна, начало раздела Экев, что в этом заключается различие между благословениями на заповеди и различные удовольствия и благословениями молитвы. Ведь благословения на заповеди, на еду и т.д. — это привлечение изобилия и благодати, опустить благо сверху вниз. Но благословения в молитве — это само исправление миров и их поднятие и связывание каждого мира с миром над ним» (ч.2, гл. 14, в примечании).