Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Глава 5

Теперь нам следует узнать, что во все знамения и чудеса, которые явил нам Всевышний при Исходе из Египта, мы непоколебимо верим, и заповедь предписывает нам вспоминать об Исходе из Египта днем и ночью, согласно сказанному: «Чтобы вспоминал ты день твоего Исхода из земли Египетской во все дни твоей жизни»[1]. Многие заповеди даны нам для того, чтобы мы, исполняя их, вспоминали об Исходе из Египта. Все они были предназначены для того, чтобы поддержать и укрепить в нас знание, которое уже содержит наш разум и истинность которого подтверждает, — знание об истинном существовании нашего благословенного Творца и Создателя, Господина всех людей, сотворившего Небеса и растянувшего их над землей, прочно установившего землю и все ее порождения, дающего душу народу, живущему на ней, и дух ходящим по ней, наблюдающего за всеми Своими творениями и воздающего каждому согласно его путям и поступкам, воздающего добром делающему добро и карающего наказанием совершающего зло. Наш разум постиг истинность всего этого, и именно это познание разума подвигло наших великих праотцов Авраама, Ицхака и Яакова служить благословенному Б-гу всем сердцем и всей душой, бежать перед Ним, «как конь бежит среди болот»… Чтобы подтвердить и укрепить эту истину, нам и были явлены все эти чудеса и знамения во время Исхода из Египта. Поэтому в молитве мы называем Всевышнего «наш Б-г и Б-г наших отцов». Он стал «нашим Б-гом» во время Исхода из Египта, когда мы увидели все великие чудеса. Сказано об этом в Торе: «Я — Б-г, твой Господь, Который вывел тебя из Египта, из дома рабства»[2]. Здесь Писание подчеркивает: «Я — твой Б-г» именно потому, что «вывел тебя из дома рабства», — то есть благодаря Исходу из Египта мы называем Его «нашим Б-гом». Но важно понять, что и без Исхода из Египта мы верили бы в благословенного Б-га — потому, что наш разум постиг Его существование. Поэтому мы произносим в молитве, что Он — еще и «Б-г наших отцов», которые служили Ему потому, что познали Его силой разума. И, для того чтобы Всевышний стал «нашим Б-гом», нам было бы достаточно одного того, что Он стал «Б-гом наших отцов», которые были известны во всем мире своей великой мудростью, великой праведностью, душевной чистотой и великой святостью, и все дни своей жизни трудились над постиженем истины, которую человеку следует постичь. Ради этого они отстранялись от всего мирского и суетного, обращаясь к Торе и мудрости, и стремились к достижению духовного совершенства, ибо все это — пути познания истины. И нам следует положиться на них, чтобы Б-г наших отцов стал и нашим Б-гом — не говоря уже о том, что мы тоже обладаем разумом и мудростью, чтобы познать благословенного Б-га и служить Ему всем сердцем и всей душой.

Глава 6

И вот что еще нам следует глубоко понять. Мы видим из Торы, что лжепророк может явить знак и знамение, которые могут сбыться. Но если так, в чем же различие между его знаком и знамением и теми знаками и знамениями, которые явил нам Всевышний во время Исхода из Египта? Мы ведь знаем, что Сам Б-г видит в них предмет гордости: «Или разве пытался бог… (некий другой) взять себе народ из среды народов испытаниями, знаками и знамениями…»[3] Как может быть, что Б-г усматривает основание для Своей славы в том, что способен совершить и лжепророк?! Поэтому мы сочли разъяснение этого различия важнейшим делом. И вот что мы скажем. Знак и знамение, которые способен явить лжепророк, — это «заурядные» чудеса, которые он совершает на наших глазах лишь для того, чтобы произвести на нас впечатление. Таковы знаки, которые явил перед народом Моше-рабейну, чтобы ему поверили: бросить посох на землю, чтобы он превратился в змея, взять немного воды и обратить ее в кровь, покрыть свою руку проказой и исцелить ее… Это были «заурядные» знаки, не оставившие никакого следа в мире. Но невозможно себе представить, чтобы лжепророк смог сотворить чудо, какое явил Моше-рабейну египтянам во время первой казни, когда вода превратилась в кровь. Тогда Б-г сказал Моше: «Скажи Аарону: возьми твой посох и простри руку над водами Египта, их реками, каналами, озерами, и над всем собранием их вод, и да будут они кровью. И будет кровь во всей земле Египетской: и в дереве, и в камне (в деревянных и каменных сосудах)…» «А рыба, которая была в Ниле, умерла, и стал Нил источать зловоние, и не могли египтяне пить воду из Нила, и была кровь во всей земле Египетской»[4]. Упаси нас Б-г поверить, что лжепророку будет дана власть совершить подобное: поразить таким страшным ударом целую страну! Такое лжепророку никогда не удастся. Об этом свидетельствует то, что Всевышний велел Моше сказать фараону: «Так сказал Б-г: этим ты узнаешь, что Я — Б-г». В Торе ясно сказано, что наказание кровью было надежным свидетельством сказанному в Писании: «Я — Б-г». А если бы лжепророк тоже был в состоянии совершить такое, невозможно было бы сказать: «Этим ты узнаешь, что Я — Б-г». А про наказание жабами сказано: «И воскишит Нил жабами, и поднимутся они, и войдут в твой дом, и твой спальный покой, и на твое ложе, и в дома рабов твоих, и к народу твоему, и в твои печи, и в твои квашни. И в тебя, и в твой народ, и во всех твоих рабов войдут жабы». Нанести такое великое поражение не по силам никому, кроме Него, благословенного. К тому же каждая египетская казнь начиналась и заканчивалась во время, заранее указанное Моше фараону. Слова Торы, обращенные к фараону, подчеркивают: «Чтобы знал ты, что нет подобного Б-гу, Господу нашему». О наказании вшами сказали египетские колдуны: «Это — перст Б-га». О наказании дикими зверями сказано: «Чтобы ты знал, что Я — Б-г на всей земле». При этом во время каждой казни Б-г отделял евреев от египтян. В связи с наказанием мором скота упомянуто Имя Б-га, — а ведь Тора не стала бы связывать его с чем-то, что способен исполнить и лжепророк. О наказании чесоткой сказано: «И ожесточил Б-г сердце фараона, и он не послушал их…» А ведь если бы человек не был в состоянии увидеть в этом Б-жественное знамение, не было бы необходимости отметить, что это Б-г «ожесточил сердце фараона». Но давайте посмотрим! О первом знаке, явленном Моше, когда посох Аарона превратился в змея, не сказано «и ты узнаешь», и не сказано также, что «Б-г ожесточил сердце фараона», а сказано лишь: «И сердце фараона ожесточилось», поскольку этот знак мудрецы фараона смогли продемонстрировать, как и Моше. Хотя между их знамениями была существенная разница: посох Аарона на самом деле превратился в змея, а они действовали «своими колдовскими чарами» и лишь смогли обмануть зрение, но не превратить на самом деле свои посохи в змей. О наказании градом сказано: «…Чтобы ты знал, что нет подобного Мне во всей земле», — и это тоже надежно свидетельствует о том, что лжепророк не в силах такое сотворить. А о наказании саранчой сказано больше, чем о всех других казнях: «…Чтобы ты рассказал своему сыну и сыну своего сына о том, как Я расправился с Египтом, и о Моих знаках, которые Я навел на них, и вы узнаете, что Я — Б-г». Этот стих обращает слова «и узнаете» не к фараону, а к Моше — ни в одной из предыдущих казней мы этого не находим. Хотя на самом деле эти слова относятся ко всем знакам, все же сказаны они именно в связи с этой казнью. О наказании тьмой сказано: «И ожесточил Б-г сердце фараона…» А о последнем наказании, гибели первенцев, сказано: «И Я пройду по земле Египетской в эту ночь, и Я уничтожу каждого первенца в земле Египетской, от человека до скота, и над всеми богами Египта совершу расправу, Я —Б-г». И так объясняют это наши мудрецы: «И Я пройду — Я, но не ангел; и Я убью — Я, но не высшие ангелы; совершу расправу — Я, но не посланец Мой; Я Б-г — это Я и никто другой». Ясно, что даже и подумать невозможно, что подобное может совершить лжепророк.

Именно этим отличаются Десять казней, которым Б-г подверг египтян, от всех знаков и знамений, которые способны явить лжепророки или которые они являли когда-либо в прошлом. Все эти десять казней были чрезвычайно великими знаками и знамениями и вместе с тем — великим и неизбежным наказанием для миллионов людей, сверхъестественными смертельными ударами. Они внушали невыносимый ужас и приносили тяжкие страдания. Об этом сказано: «Он послал на них пыл Своего гнева, ярость, негодование, бедствие и нашествие злых ангелов». Поэтому фараон должен был бы смириться перед Б-гом даже только из-за тяжести самих казней, без необходимости принимать в расчет знаки и знамения, и тем самым узнать истину. (См. комментарий Рамбана на Тору). Именно поэтому сказано об Исходе: «Разве пытался бог… (некий другой) знаками, знамениями, войной и сильной рукой», — все чудеса, сотворенные ради евреев в Египте, это не просто «знаки и знамения», а еще и «война и сильная рука», раскрытые на всей Египетской земле. Ничего подобного этим Десяти казням никогда не было и не будет. И обманщику не будет дано способности творить чудеса, подобные этим, — а только «заурядные» чудеса. И это — важная идея, которую нам необходимо постичь.

Глава 7

Итак, мы объяснили, что никогда не было и не будет чудес, подобных тем, что были совершены для наших отцов во время Исхода из Египта. Поэтому нам и была дарована заповедь «Дабы ты помнил день твоего Исхода из земли Египетской все дни твоей жизни»[5], и поэтому были даны заповеди тфиллин и освящения первенцев — чтобы они служили напоминанием о чудесах Исхода. И Тора содержит еще многие заповеди, данные в память об Исходе из Египта. А кроме чудес, там было еще и явление Шехины, Б-жественного присутствия. Пасхальная Агада повествует об этом: «И великий трепет — это раскрытие Шехины». А слова стиха: «Это — Б-г мой, и я буду служить перед Ним красиво». Наши мудрецы объясняют: «Даже служанка во время рассечения Красного моря видела то, чего не видел пророк Йехезкель, сын Бузи: они могли указать пальцем и сказать: “Это — мой Б-г”. А в благословениях перед чтением Шма мы произносим: “Твое царское величие увидели Твои сыновья, о Тот, Кто рассек море перед Моше! Это — Б-г мой!” — воскликнули они, и сказали: “Да будет Б-г царствовать вечно”. И еще сказано в Торе: “И увидел Израиль великую силу, которую Б-г явил над египтянами, и затрепетал народ перед Б-гом, и поверили в Б-га и в Моше, раба Его”.»

И вот, теперь я очень взволнован тем, что собираюсь дерзко высказать собственное мнение, невзирая на мнение Рамбама, благословенной памяти. Но, поскольку оно не связано с практическим законом, а является лишь толкованием, у нас есть право высказывать то, к чему нас приводит наш разум. И, согласно тому, что открывается нам в Торе нашего учителя Моше, для нас затруднительно принять в этом вопросе мнение нашего учителя Моше, сына Маймона, благословенной памяти. Я прочел в комментарии «Кесеф Мишнэ», что он рекомендует обратиться к «Сэфер Аикарим», где слова Рамбама получают прекрасное разъяснение, однако сейчас в моем распоряжении нет этой книги, и я не могу ее изучить.

Рамбам в законах «Основы Торы», пишет: «Сыновья Израиля поверили Моше-рабейну не из-за знамений, которые он показал. Ведь у того, кто верит из-за знамений, в сердце остается сомнение: может быть, этот знак явлен с помощью обращения к колдовству. На самом же деле все знаки, которые Моше показал в пустыне, он сделал согласно потребности, а не для того, чтобы доказать свое пророчество. Когда необходимо было утопить египтян, он рассек море, чтобы они в нем утонули. Когда нам нужно было пропитание, — спустил с Небес ман. Когда евреи стали испытывать жажду, он рассек для них скалу. Когда собрание Кораха стало оспаривать его власть, их поглотила земля. И то же самое относится ко всем остальным знамениям. Благодаря чему же народ поверил в Моше? Благодаря Синайскому Откровению… А откуда известно, что только Синайское Откровение является доказательством несомненной истинности пророчества Моше? Из слов Торы: “Вот, Я приду к тебе в густом облаке, чтобы услышал народ, как Я говорю с тобой, и поверил в тебя навечно”[6]. Это означает, что до тех пор евреи не верили ему полной верой, способной сохраниться навечно, а только такой верой, которая оставляет место для сомнений и колебаний». Все слова Рамбама слаще меда, возвышенны и сияют, подобно драгоценным камням, и увлекают своей сладостью сердце и душу. Но здесь я вынужден дерзко выступить против нашего великого учителя и сказать, что наше мнение идет вразрез с его словами. Он пишет, что всех знаков и знамений, которые явил нам Всевышний при Исходе из Египта, было недостаточно для того, чтобы поверить в пророчество Моше. Совершенная вера могла возникнуть только во время Синайского Откровения. Причину же он видит в том, что любые знамения оставляют место для размышлений и сомнений: не сделаны ли они с помощью колдовства? Так вот, согласно тому, что мы разъяснили в предыдущей главе, упаси Б-г говорить так о чудесах и знамениях, которые Б-г явил нам при Исходе из земли Египетской, и упаси Б-г сравнивать египетские чудеса с другими знаками и знамениями, которые может явить и лжепророк. В прошлой главе мы достаточно ясно разъяснили, что эти чудеса не имеют никакого подобия и не могут вызвать сомнения, и нет ни у колдуна, ни у лжепророка ни сил, ни возможности явить чудеса, подобные чудесам Исхода из Египта.

И вот, книга Торы Моше-рабейну перед нашими глазами — и она явно опровергает мнение нашего великого учителя Рамбама. Мы достаточно ясно разъяснили в предыдущей главе все приведенные нами стихи из Торы и доказали с их помощью, что чудес, явленных во время Исхода из Египта, было достаточно для того, чтобы поверить в пророчество Моше-рабейну. А о рассечении Красного моря прямо сказано: «И поверили в Б-га и в Моше, Его раба»[7]. И заповеди тфиллин и освящения первенцев даны только в связи с Исходом — еще до дарования Торы. И заповедь, требующая «помнить день твоего Исхода из земли Египетской», тоже сформулирована до Синайского Откровения. И стих: «Разве пытался бог (другой)… взять себе народ из среды народов испытаниями, знаками, знамениями, войной, сильной рукой и великими страхами»[8], — тоже говорит именно об Исходе из Египта, о событиях, предшествовавших Синайскому Откровению. И заповедь жертвы Песах, за неисполнение которой назначено наказание «карет» — отсечение души, и заповедь мацы, за нарушение которой, то есть за хамец в Песах, тоже назначен «карет», и вообще все заповеди праздника Песах, — все они даны лишь в память об Исходе из Египта, без связи с Синайским Откровением. Каждый еврейский праздник является напоминанием об Исходе. Но как можно было бы нас обязать исполнять все заповеди в память об Исходе из Египта, если бы не на этом в первую очередь основывалась наша вера? Поэтому упаси нас Б-г принять мнение Рамбама в том виде, как мы его понимаем, если только он не имел в виду нечто иное. Возможно, «Сэфер Аикарим» откроет нам новый смысл его слов. На самом деле следует хорошо запомнить, что слова, сказанные Всевышним Моше: «…И в тебя поверят навечно», — относятся только к идее получения Торы. Действительно, для того, чтобы мы приняли Тору и соблюдали ее все свои дни на земле, отдавая за нее наши жизни, как сказано: «И возлюби Господа, Б-га твоего всем твоим сердцем и всей твоей душой…»[9], — трудясь над ней днями и ночами и занимаясь только ею, — для этого было недостаточно чудес и знамений Исхода из Египта. Они одни не могли придать нам достаточно сил и решимости для этого. Вот только для соблюдения Торы было необходимо Синайское Откровение, было нужно, чтобы «с Небес дал Он тебе слышать Свой голос, чтобы научить тебя, и на земле показал тебе Свой великий огонь, и Его слова ты слышал из среды огня». Ведь, как мы уже сказали, необходимо осознать, что знаки и знамения не были в состоянии наделить нас необходимой для этого крепостью духа и решимостью, чтобы трудиться над Торой, постоянно жертвовать ради нее жизнью и оставить ради нее все притягательные мирские удовольствия. Только об этом сказал Б-г: «И в тебя поверят навечно». И это доказывает само слово «навечно» — оно может относиться только к принятию Торы, которая должна сохраниться у нас навсегда. Но для всех остальных аспектов веры, кроме веры, необходимой для принятия Торы, — то есть для того, чтобы поверить в Б-га, трепетать перед Ним и служить Ему, поверить в истинность пророчества, в пророчество Моше и в то, что Моше сделал все по слову Б-га, — другими словами, «поверить в Б-га и в Моше, Его раба», — для всего этого было достаточно чудес, совершенных при Исходе из Египта. И упаси нас Б-г думать, что после знамений и чудес Исхода могли остаться хоть какие-то сомнения.

И для получения Торы чудес Исхода из Египта тоже было достаточно. Однако Всевышний знал, какую силу и какую мощь необходимо нам обрести, чтобы исполнять Тору, и знал, что одни лишь чудеса не смогут придать нам требуемой силы духа и решимости. На маленьком грузовике невозможно перевезти большой и тяжелый груз, для этого потребуется грузовик побольше. Так и здесь: Всевышний увидел, что «грузовик» Исхода недостаточно силен, чтобы везти на себе ношу Торы, — для этого необходим более мощный «грузовик» Синайского Откровения.

Кроме того, принятие на себя заповедей Торы и способность жить ими — это совершенно разные вопросы. Мы ведь знаем, что случилось с Корахом и его общиной: даже после Синайского Откровения он стал оспаривать одно из речений Моше. Он сказал: «Все мы святы», — и наши мудрецы объяснили: «Все мы слышали с горы Синай слова: “Я — Господь, ваш Б-г”, — и почему вы вознеслись…» Отсюда мы можем вывести, сколько силы и мощи необходимо, чтобы принять слова, произнесенные человеком, даже если его надежность подтверждена всеми возможными знамениями, а тем более, если их принимают не на одно поколение, а навечно. Это невероятно трудно — вечно исполнять заповеди Торы Моше, жертвуя собой ради них, только на основании однажды явленных знаков и знамений. Ведь дурное побуждение возражало бы нам: «Действительно, все, что он совершил, истинно, и он пророк Б-га, — но его Тора не во всем истинна, кое-что он мог добавить и от себя ради исправления народа». Ведь именно так думал Корах об одном из речений Моше! Для этого нам и было необходимо Синайское Откровение, а вовсе не для веры в Моше. Итак, мы полагаем, что наши слова совершенно справедливы и оспорить их невозможно.


[1] Дварим 16:3.

[2] Шмот 20:2.

[3] Дварим 4:24.

[4] Шмот, гл. 7.

[5] Дварим 16:3.

[6] Шмот 19:9.

[7] Шмот 14:31.

[8] Дварим 4:34.

[9] Дварим 6:5.


Закон — подарить по одному подарку минимум двум бедным. Следует дать деньги или еду. Лучше всего, чтобы бедный мог использовать эти деньги на покупку еды для Пурима или мог использовать для Пурима саму еду. Читать дальше