Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Если человек дает, даже не рассчитывая получить что-либо взамен, но твердо знает, что отдача — это получение, то одно это знание превращает отдачу в получение.»Рав Йосеф-Юзл Горовиц, саба из Новардока, из книги «Уровень человека»
На протяжении многих веков к нашей великой скорби мы остаемся без Храма и без многих заповедей, которые будет возможно исполнять только тогда, когда возобновится храмовое служение. В изучении таких заповедей есть особенная важность

О празднике Шавуот в Торе сказано следующее: «А в день первых плодов нового урожая, когда доставите приношение новое Г-споду, во время (окончания счета) недель ваших священное собрание будет у вас» (Бэмидбар 28:26). Комментируя этот стих, Раши пишет, что праздник Шавуот назван в Торе «днем первых плодов» в честь приношения двух хлебов, выпеченных из муки нового урожая пшеницы, являющихся первым продуктом растительного происхождения, изготовленным из плодов нового урожая, который приносили в Храм. В комментарии к Талмуду («Менахот», 84б) Раши примерно также комментирует и два других стиха Торы, в которых говорится о празднике Шавуот: «И праздник жатвы первых плодов труда твоего…» (Шмот 23:16) и «Праздник Шавуот устраивай себе во время начала жатвы пшеницы» (Шмот 34:22). Однако в комментариях на Тору тот же стих из книги Шмот (23:16), а в комментариях к трактату «Санэдрин» (11б) тот же стих из книги Бэмидбар (28:26) Раши объясняет иначе. Он пишет, что название праздника «Приношения первых плодов» связано с заповедью бикурим — заповедью приношения в Храм первых плодов нового урожая из семи видов, которыми славится Земля Израиля. Рав Нафтали Цви Иеуда Берлин (Нацив из Воложина) пишет, что Тора представляет нам три разные причины, по которым этот день является особо святым: «в день первых плодов нового урожая» — заповедь о бикурим; «приношение новое Г-споду» — заповедь о штэй а-лэхем; «в день (завершение счета) недель ваших» — завершение заповеди отсчета омера («А-Эмек Давар», Бэмидбар 28:26).

На протяжении многих веков к нашей великой скорби мы остаемся без Храма и без многих заповедей, которые будет возможно исполнять только тогда, когда возобновится храмовое служение. В изучении таких заповедей есть особенная важность. Во-первых, знакомясь с заповедями, связанными с храмовым служением, мы усиливаем нашу связь с Храмом, живо представляя себе, как эти заповеди исполнялись до того, как он был разрушен, и, с Б-жьей помощью, будут продолжать исполняться после его возрождения в скорости, в наши дни. Во-вторых, не имея возможность исполнить заповедь активным действием, мы должны стараться учить ее законы и духовное наполнение, и в определенной мере это зачтется нам как исполнение этой заповеди.

В прошлом мы рассказывали о некоторых таких заповедях: о заповеди приношение омера, о заповеди акель. В преддверии праздника Шавуот мы предлагаем Вашему вниманию краткое знакомство с еще двумя заповедями, которые исполняли во времена Храма — заповеди приношения двух хлебов — штэй а-лэхем и заповедь приношения первых плодов нового урожая — бикурим.

Заповедь о штэй а-лэхем

Для описания заповеди штэй а-лэхем[1] в основном были использованы следующие источники: трактат «Менахот» Вавилонского Талмуда, Рамбам («Йад а-Хазака», глава 8-ая из раздела «Алахот Тмидим вэ-Мусафим») и книга «А-Хинух» (заповедь 307-ая).

Штэй а-лэхем выпекали из нового урожая пшеницы, выросшей именно в Земле Израиля. Если для выпечки штэй а-лэхем использовали муку, полученную из пшеницы старого урожая, постфактум хлеба так же считались пригодными для приношения в Храм. До того, как в праздник Шавуот не исполнят заповедь о двух хлебах, в Храм не жертвовали никакие другие приношения, в состав которых входила пшеница, масло или вино, изготовленные из плодов нового урожая.

Каким образом приготовляли хлеба? Собирали три сэа пшеницы нового урожая, что в современных мерах объема эквивалентно 43.2 литра (по другим мнениям — 24.87 литров). Зерна многократно (триста раз) терли и тщательно (пятьсот раз) молотили. Это делали для того, чтобы зерна полностью очистить от их оболочки. Очищенное зерно мелко перемалывали и просеивали раз за разом в двенадцати ситах, некоторые из которых были с крупными отверстиями, а некоторые — с мелкими. От муки, предназначенной для выпечки хлебов, отделяли халу, но трумот вэ-маасрот — части, причитающиеся коэнам и левитам, а так же остальные десятины — не отделяли. Из тщательно просеянной тончащей муки брали часть объемом в иссарон, что в современных мерах объема эквивалентно 4320 см³ (по другим мнениям — 2489 см³) для того, чтобы из нее замесить один из хлебов, а затем брали такой же объем муки для того, чтобы из нее отдельно замесить второй хлеб.

Шштэй а-лэхем выпекали из квасного теста, для замеса которого пользовались специально приготовленной закваской высокого качества. После того, как замешанным по отдельности двум хлебам придавали нужную форму, их заносили на освященную территорию Храма (азара) и по отдельности выпекали в храмовых печах. Согласно некоторым мнением, хлеба можно было при желании выпекать вместе («Таарат а-Кодэш»; «Хазон Иш», «Кодшим», пункт 26-ой). Каждый из хлебов имел форму параллелепипеда длиной в семь тфахим (кулаков), что в современных мерах длины эквивалентно 67.2 см (по другим мнениям — 56 см), шириной в четыре тэфаха, что эквивалентно 38.4 см (по другим мнениям — 32 см) и высотой в четыре эцба (пальца), что эквивалентно 9.6 см (по другим мнениям —8 см).

Все действия по приготовлению штэй а-лэхем, которые запрещены в субботу, выключая замес и выпекание, совершали до наступления праздника. Хлеба до времени приношения оставляли в горячих печах, чтобы они не остыли (комментарий «Тосафот» к трактату «Хагига» 26б). В годы, когда Шавуот начинался сразу после субботы, хлеба выпекали до наступления субботы, и они ждали своего часа на протяжении всей субботы и ночи Шавуота, пока не наступало время исполнения заповеди приношения двух хлебов после утреннего служения.

Помимо постоянных каждодневных жертвоприношений (тамид), в Шавуот устраивались дополнительные праздничные жертвоприношения (мусаф), включающие в себя: в качестве жертвы всесожжения двух быков, одного барана и семь овец и в качестве грехоочистительной жертвы — одного козла. Помимо этого приносились специальные жертвы, связанные с заповедью о штэй а-лэхем, включающие в себя: в качестве жертвы всесожжения одного быка, двух баранов и семь овец, в качестве грехоочистительной жертвы — одного козла и в качестве мирных жертвоприношений — двух овец. Эти две овцы мирных жертвоприношений коэн должен был дважды возносить вместе с хлебами — один раз пока они были живы, а второй раз после того, как их зарезали и разделили на части. В первом случае коэн поднимал двух живых овец вместе с двумя хлебами и перемещал их в воздухе в направлении четырех сторон света, а также вверх и вниз. После того, как овец резали, очищали и разделяли на отдельные части, коэн клал на ладони грудинки и по одной верхней части задней правой ноги каждой овцы и вместе с двумя хлебами возносил их и перемещал в воздухе так же, как и в первый раз: вправо-влево-вперед-назад-вверх-вниз. Затем на жертвеннике воскуряли внутренние органы овец, а их мясо и два хлеба передавали коэнам. Причем один из двух хлебов причитался коэну-гадолю (первосвященнику), а второй — всем остальным коэнам, несущим служение в Храме («Йома», 17б). Мясо овец и хлеба коэны должны были успеть съесть до полуночи и исключительно на территории Храма во внутренней его части, то есть за стенами азары.

Заповедь приношения бикурим

Для описания заповеди приношения бикурим в основном были использованы следующие источники: трактат «Бикурим» (Мишна и Иерусалимский Талмуд), Рамбам («Йад а-Хазака», с 2-ой по 4-ую главы из раздела «Алахот Бикурим Им Шар Матнот Кеуна шэ-бэ-Гвулин») и книга «А-Хинух» (заповедь 91-ая).

После приношения в Храме штэй а-лэхем наступало время исполнения еще одной заповеди, связанной с плодами нового урожаем земли Израиля — заповедь приношения бикурим. В Торе об этой заповеди сказано так: «Первые плоды нового урожая земли твоей приноси в дом Г-спода, Б-га твоего» (Шмот 23:19).

Заповедь приношения бикурим, так же, как и заповедь о штэй а-лэхем, является заповедью, которую исполняли раз в году и которая могла быть исполнена только во времена Храма. Если кто-то решит отделить бикурим до того времени, пока не построен Храм, эти плоды не будут считаться бикурим («Хазон Иш», «Зраим», ликутим, глава 68-ая, пункт 4-ый).

В отношении бикурим существуют две повелительные заповеди и одна запрещающая. Первая из повелительных заповедей заключалась в том, чтобы каждый еврей, владеющий наделом земли в Стране Израиля, отделил от выросших на принадлежащем ему наделе земли первые плоды нового урожая семи видов, которыми славится Святая Земля и принес их в Храм. Вторая повелительная заповедь обязывает его, придя в Храм, прочитать «Видуй (или Микра) Бикурим» — специальный текст, связанный с приношением первых плодов нового урожая. Запрещающая заповедь: не есть плоды, имеющие статус бикурим всякому, кто не принадлежит к династии коэнов, а так же самому коэну, если не соблюдаются одно из условий, которые будут приведены ниже.

Три заповеди, связанные с бикурим были обязаны исполнять мужчины, начиная с двенадцати лет, включая коэнов, левитов и геров. Женщины (начиная с одиннадцати лет) и рабы были обязаны принести бикурим, но от заповеди читать «Видуй Бикурим» они были освобождены.

Время исполнения заповеди приношения бикурим начиналось после приношения двух хлебов, когда уже было разрешено приносить в Храм пожертвования растительного происхождения из плодов нового урожая. Отделить бикурим могли и до Шавуота, но принести их в Храм могли только после приношения двух хлебов. В сам праздник Шавуот бикурим не приносили, чтобы не смешивать радость исполнения заповеди приношения бикурим с радостью празднования Шавуота («Игрот Мошэ», часть 8-ая, раздел «Кодшим вэ-Таарот», пункт 1-ый).

Те, кто успевали принести бикурим до окончания праздника Суккот, исполняли заповедь наилучшим образом и удостаивались исполнить вторую повелительную заповедь — прочитать «Видуй бикурим». Тот, кто до окончания Суккота не успел принести бикурим, должен был принести их позже, но, уже не читая «Видуй бикурим». После Хануки человек терял возможность исполнить заповедь приношения бикурим.

В субботу и праздники бикурим не отделяли и не приносили в Храм.

Согласно некоторым мнениям, обязанность приносить бикурим распространялась также и на седьмые и юбилейные годы, в которые хозяева полей и садов были обязаны объявить плоды, выросшие в них, всеобщим достоянием («Ор Самеах», глава 9-ая из раздела «Алахот Маасэр Шени», закон 2-ой).

Бикурим отделяли от плодов нового урожая, еще до того, как от них отделили трумот (коэнские части) и маасрот (десятины) («Трумот», глава 3-тья, мишна 7-ая). Изначально их отделяли перед тем, как употреблять плоды нового урожая в пищу. Однако, в отличие от плодов, от которых не отделили трумот и маасрот, которые запрещены, пока от них не отделят трумот и маасрот, запрета как такового есть плоды нового урожая или торговать ими до отделения от них бикурим, не было. От плодов, отделенных в качестве бикурим не отделяли трумот и маасрот.

Бикурим приносили исключительно из семи видов плодов, которыми славится Земля Израиля: пшеницы, ячменя, маслин, винограда, инжира фиников и гранатов. От полбы, ячменя и овса не было обязанности отделять бикурим, хотя они и являются разновидностью пшеницы и ржи.

По Торе бикурим были обязаны приносить только из плодов, которые выросли в пределах Земли Израиля, но согласно специальному постановлению мудрецов их должны были приносить также из плодов, выросших в Сирии, Оге и Сихоне (правобережье Иордана).

В заповеди приношения бикурим были обязаны только те, кто владел наделом земли, на котором выросли плоды. В вопросе о том, как определяется принадлежность земли тому или иному лицу в отношении законов о бикурим существует масса частностей, которые необходимо будет каждому отдельно выяснить, когда заповедь приношения бикурим вновь будет активно исполняться. От плодов, выросших в частном владении, были обязаны отделить бикурим, даже если они выросли «сами», то есть без того, чтобы их специально сажали и за ними ухаживали. От плодов, выросших на земельном участке, принадлежащим сразу нескольким лицам, также были обязаны отделять бикурим. От плодов, выросших в кадке или в горшке, не было обязанности отделять бикурим.

Для того чтобы отличить плоды, которые начали поспевать первыми, от тех, которые поспели несколько позже, хозяева в самом начале их созревания повязывали на них красную ленточку, а потом, во время сбора урожая, откладывали их отдельно с тем, чтобы принести в Храм в качестве бикурим. Перед тем, как повязать ленточку, хозяева произносили специальное благословление: «Благословен Ты Г-сподь, Б-г наш, Царь вселенной, Который освятил нас заповедями Своими и заповедовал нам отделить бикурим». Повязывая красную ленточку, хозяева провозглашали, что эти плоды будут принесены в качестве бикурим. После того, как плоды окончательно поспевали и их снимали с дерева или скашивали, хозяева вторично провозглашали, что это — бикурим. С того момента, как плоды были провозглашены бикурим, их было запрещено есть всем, кто не являлся коэном и даже коэну, если не было соблюдено хотя бы одно их условий, о которых будет рассказано ниже.

Тора не определила минимальное количество плодов, необходимое для исполнения заповеди приношения бикурим («Пеа», глава 1-ая, мишна 1-ая). Однако мудрецы установили минимальную меру: одна шестидесятая всех плодов, которые находятся на поле или в саду к началу созревания первых плодов нового урожая. Максимальное количество плодов, которые человек мог принести в качестве бикурим, неограниченно: хоть весь урожай («Бикурим», глава 2-ая, мишна 4-ая). После того как человек отделил плоды для исполнения заповеди бикурим, он мог дополнительно прибавить к ним любое количество плодов, и они тоже получали статус бикурим.

В качестве бикурим следовало выбрать лучшие из первых плодов нового урожая.

Принеся первые плоды урожая одного года, человек не мог исполнить заповедь приношения бикурим другого года. Принадлежность плодов, растущих на дереве: маслин, винограда, инжира, фиников и граната к тому или иному году устанавливается по пятнадцатому числу месяца Шват. Плоды, завязь которых образовалась до пятнадцатого Швата, принадлежат к одному году, а те, завязь которых образовалась уже после пятнадцатого Швата, — к другому. Образование завязи, согласно некоторым мнениям — это треть созревания плода. Согласно другим мнениям, это этап, когда после опадания цветков начинает быть виден плод. Принадлежность пшеницы и ржи к тому или иному году устанавливается по Рош а-Шана, то есть по первому числу месяца Тишрэй. Пшеница и рожь, которые успели созреть на треть до первого Тишрэя, относятся к прошлому году, а те, треть созревания которых произошла позже первого Тишрэя, относятся уже к новому году

В качестве бикурим приносили именно плоды, но не продукты, изготовленные из них. Исключение составляли оливки и виноград, которые было разрешено приносить как в виде плодов, так и в виде изготовленных из них масла и вина («Трумот» глава 11-ая, мишна 3-тья).

Святость бикурим невозможно было перевести на монеты, поэтому в Храм приносили именно плоды. Из близлежащих к Иерусалиму мест приносили свежие плоды, а те, кто приходили издалека, вместо винограда приносили изюм, а вместо свежего инжира — сушеный, так как свежий виноград и инжир не могли храниться долгое время в условиях пути и теплого время года.

Изначально каждый из семи видов плодов, которыми славится Земля Израиля, следовало положить в отдельную корзинку, но заповедь считается исполненной, даже если все виды клали в одну общую корзину. В таком случае один вид плодов отделяли от другого, перекладывая их листьями или соломой. При этом строго придерживались определенного порядка: рожь, пшеница, оливки, финики, гранаты и инжир, между которыми клали листья или солому. Инжир сверху по кругу обрамляли виноградными гроздьями, не простилая между инжиром и виноградом листья или солому.

Зажиточные люди клали бикурим в золотые или серебряные сундучки, а менее имущие люди клали их в корзины, сплетенные из очищенных от коры ветвей ивы. Но и богачи, и бедняки старались максимально украсить плоды, демонстрируя этим свою любовь к Творцу и Его заповедям.

Тот, кто изначально отделял бикурим с намерением, что он сам доставит их в Храм, не имел права отправить их с посыльным. Однако если хозяин плодов отделял их с тем, чтобы отправить в Храм с посыльным, ему было разрешено передать через посланника.

Плоды, которые приносили в Храм в качестве бикурим, должны были быть ритуально чистыми. Если они становились ритуально нечистыми, их сжигали и вместо них отделяли другие, ритуально чистые, плоды. Также в случае, когда плоды портились, похищались или терялись, вместо них отделяли другие плоды и приносили их в Храм.

Паломничество в Иерусалим для приношения бикурим, как правило, не совершали поодиночке, хотя тот, кто по какой-либо причине не мог принести бикурим в Храм вместе с другими, мог это сделать в одиночку. Массовость исполнения заповеди объясняется тем, что, чем больше у царя подданных, тем больше его величие. Во времена Храма вся Земля Израиля была поделена на двадцать четыре области в соответствии с двадцатью четырьмя сменами коэнов, которые поочередно несли храмовую службу. Все жители каждый такой области собирались вместе в городе, где проживал их руководитель. В этот город они приходили уже с корзинами, наполненными бикурим. Поскольку бикурим должны были быть сохранены в ритуальной чистоте, паломники ночевали на центральной городской площади под открытым небом, так как в крытых помещениях труднее осуществить контроль над тем, чтобы плоды оставались ритуально чистыми. Рано утром специально назначенный для этого член общины будил всех призывом: «Вставайте и поднимемся в Сион к Г-споду, Б-гу нашему» (Йирмийау 31:5). Перед процессией вели быка, рога которого были покрыты золотом и на голове которого красовался венок из оливковых ветвей. Весь путь до Иерусалима сопровождался игрой флейты.

Поход в Иерусалим паломники осуществляли в светлое время суток: первую треть дня находились в пути, вторую треть дня отдыхали, последнюю треть дня снова проводили в дороге, а ночью спали. По дороге в Иерусалим паломники провозглашали: «Радовался я, когда сказали мне: в дом Г-сподень пойдем!» («Тэилим» 122:2). Пока процессия не добралась до Иерусалима, бережно закутанные корзины с бикурим находились на повозках. Подойдя к Иерусалиму, паломники отправляли посыльных осведомить жителей Иерусалима о своем прибытии. Здесь они раскутывали корзины с бикурим и украшали их. Из Иерусалима им навстречу выходила почетная делегация, состоящая из руководителей коэнских и левитских смен, казначеев Храма и других важных жителей города. Число членов делегации было пропорционально количеству паломников, составляющих ту или иную процессию.

Войдя в Иерусалим, паломники, принесшие бикурим, произносили: «Стоят ноги наши во вратах твоих, Иерусалим!» (там же, 122:3). Пока они шли по кварталам Иерусалима, все мастеровые и ремесленники вставали в их честь со словами: «Братья наши, жители такого-то места, заходите с миром!» Флейта играла до того времени, пока процессия не достигала Храмовой горы. Взойдя на Храмовую гору, они говорили: «Слава Всевышнему! Восхваляйте Б-га в святилище Его, восхваляйте Его в небосводе мощи Его!» (там же, 150:1). Затем каждый брал на плечи корзину с бикурим, поднимался в Храм и заходил в его внутреннее святое помещение (азара). Бикурим не приносили в Храм в ночное время. Находясь во внутреннем помещении Храма, каждый восклицал: «Всякая душа да восхвалит Г-спода! Слава Всевышнему!» (там же, 150:6), а левиты пели: «Превозношу я Тебя, Г-сподь мой, ибо Ты возвысил меня и не дал моим врагам насмехаться надо мной» (там же, 30:2). Держа корзину на плече, каждый паломник начинал читать «Видуй бикурим», как это сказано в Торе (Дварим 26:2-10): «И возьмешь из всех плодов земли твоей, которую Г-сподь, Б-г твой, дает тебе, и положишь в корзину, и пойдешь в то место, которое изберет Г-сподь, Б-г твой, чтобы прибывало там Имя Его». И придешь к коэну, который будет в те дни, и скажешь ему: «Заявляю я сегодня Г-споду, Б-гу твоему, что пришел я в землю, которую поклялся Г-сподь отцам нашим дать нам». После этих слов паломник спускал корзину с плеча и, держа ее снизу, он вместе с коэном на весу делал движения вправо-влево-вперед-назад-вверх-вниз, при этом продолжая читать «Видуй бикурим»: «Арамейцем-скитальцем был отец мой и спустился в Египет, и жил там малочисленной семьей, и стал там народом великим, сильным и большим. И зло делали нам египтяне и издевались над нами и заставляли делать тяжелую работу. И возопили мы к Г-споду, Б-гу отцов наших, и услышал Г-сподь голос наш, и увидел мучения наши и тяжелый труд наш, и притеснение наше. И вывел нас Г-сподь из Египта рукой сильной и мышцей распростертой, и страхом великим, и знамениями, и чудесами. И привел нас в место это и дал нам землю эту, землю, текущую молоком и медом. И вот теперь принес я первые плоды земли, которую дал Ты мне Г-сподь мой!»

«Видуй бикурим» должен был быть прочитан исключительно на святом языке («Сота», глава 7-ая, мишна 2-ая). Для того чтобы не смущать тех, кто не мог прочитать «Видуй бикурим», мудрецы назначали специального человека, который должен был читать «Видуй бикурим» для каждого паломника отдельно.

После завершения чтения «Видуй бикурим», хозяин передавал корзину с бикуримкоэну, кланялся Всевышнему и выходил. Коэн относил корзину к жертвеннику и ставил ее с южной стороны его юго-западного угла. Приношение первых плодов сопровождалось приношением голубей и горлиц в качестве жертвы всесожжения. Клетки с птицами подвешивали к корзине с плодами и вместе с бикурим передавали коэнам, несущим службу в ту смену, в которую были принесены плоды. Ивовые корзинки коэн оставлял себе, а золотые и серебряные сундучки он возвращал хозяевам. Перед тем, как есть бикурим, коэн произносил специальное благословление: «Благословен Ты Г-сподь, Б-г наш, Царь вселенной, Который освятил нас святостью Аарона и заповедал нам вкушать бикурим».

Выше упоминалось, что помимо того, что существует строгий запрет есть бикурим любому, кто не принадлежит к династии коэнов, для того, чтобы самому коэну было разрешено есть бикурим, должны были исполниться некоторые условия. Коэн не имел права есть бикурим за пределами Иерусалима. Ему было запрещено есть плоды, если они были ритуально нечисты. Коэну, находящемуся в состоянии ритуальной нечистоты, было запрещено есть бикурим. Коэну было запрещено есть бикурим до того, как хозяин, завершит церемонию приношения бикурим и коэн поставит корзину с бикурим около жертвенника. Коэну в статусе онэна, то есть, если у него скончался один из семи самых близких родственников и тело усопшего еще не успели предать земле, было запрещено есть бикурим.

Приношение бикурим в Храм сопровождалась песней левитов и приношением мирных жертв. После того, как паломники завершали церемонию приношения бикурим и мирных жертв, они обязательно должны были остаться в Иерусалиме хотя бы до следующего утра.

Автор книги «Хинух» пишет, что основная цель заповедей штэй а-лэхем и приношения бикурим дать человеку задуматься о великом милосердии, которые Всевышний изливает на свои творения, даруя им жизнь, пропитание и благополучие. Читая «Видуй бикурим», каждый вспоминал о том, как Творец спас нас от рук Лавана, вывел из египетского рабства и дал нам землю, текущую молокам и медом. Согласно мировоззрению иудаизма, воспитание в себе чувства благодарности является одной из важнейших целей духовного роста человека. Рав Элияу Элиэзэр Дэсслер пишет, что только благодарный человек в Грядущем мире сможет почувствовать в полной мере безграничное неземное удовольствие от света Творца. Ибо только тому, кто в состоянии оценить великую плату за проделанную в этом мире работу, может открыться милосердие Всевышнего, что и несет то самое безграничное неземное удовольствие Его света («Михтав ми-Элияу», том 3-тий, страницы 101-102). Этот урок мы можем извлечь, изучая заповеди, связанные с штэй а-лэхем и с бикурим, и наполнившись чувством великой благодарности к Творцу, мы сможем приблизить те дни, когда мы сможем вновь исполнять все заповеди Торы.

 


[1] Исходя из того, что в словосочетании штэй а-лэхем Писание используют числительное в женском роде, можно заключить, что это одно из тех мест Письменный Торы, где слово лэхем — «хлеб» — используется в женском роде. Подобно тому, как мы это встречаем в книге Ваикра (23:17) и в книге пророка Шмуэля (1; 10:4). Хотя иногда Тора пишет о хлебе, как о предмете мужского рода: Бэмидбар (4:7), «Шмуэль» (1; 17:17); «Йешайау» (28:28); «Теилим» (104:15); «Мишлей» (9:17), а, по мнению автора комментария «Тосафот» к трактату «Менахот» (94а), также в книге пророка Йешайау (51:14).


Глава повествует о перипетиях в жизни праотца Яакова: о знаменитой «лестнице в небо» — пророческом сне Яакова, о его встрече с Рахель, пребывании Яакова в доме Лавана, женитьбе и рождении детей, будущих прародителей колен Израилевых. Читать дальше

Недельная глава Ваеце

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Очерки по недельной главе Торы»

По материалам газеты «Исток»

Избранные комментарии на недельную главу Ваеце

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Б-г находится вместе с нами. Яаков почувствовал это, увидив сон о лестнице, ведущей в небо. Этот мир полон соблазнов, но следует помнить, что присутствие Творца помогает справиться с ними.

Все, что произошло между Яаковом и Эсавом, произошло затем между потомками Эсава и потомками Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

События, произошедшие с Яаковом и Эсавом, служат предысторией всего того, что переживали их потомки. Многовековое противодействие присутствует и в наши дни.

Четыре жены Яакова

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

От четырех жен Яакова произошли двенадцать колен. Это не случайное стечение обстоятельств, а воля Б-га.