Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Так же, как в дереве основное это плод, так и для человека главное не толкование, а действие. Человек может называться праведником только вследствие выполнения заповедей, и на нём стоит мир»Виленский Гаон, Эвен Шлема 5, 6
Изучение Торы является повелевающей заповедью. Для какого именно труда сотворен человек?

А теперь приступим к объяснению сказанного в Писании: «И поддерживать будут завет Мой» (Йешаяу, 56:4; см. «Предисловие автора»). Сначала поговорим немного о величии обязанности изучения Торы, а затем уже перейдем к основному предмету нашего повествования. И хотя мы уже говорили на эту тему в книге Шмират а-лашон, Шаар а-Тора, тем не менее, я намереваюсь прежде всего добавить несколько слов к сказанному там.

Известно, что само по себе изучение Торы — это повелевающая заповедь ее, как сказано: «Изучайте их (уставы и законы Торы) и тщательно исполняйте их» (Дварим, 5:1). Человек был сотворен главным образом лишь ради того, чтобы трудиться над Торой, как объясняют наши мудрецы (Сангедрин, 99б): «Всякий человек создан, чтобы трудиться, как сказано: “Человек для трудов рожден” (Иов, 5:7), — но не ясно, создан ли он для того, чтобы трудиться устами, или для физического труда. Но поскольку сказано: “Труженик трудится (над Торой, согласно Раши там в Гемаре) — она (Тора) трудится для него[1], ибо принуждает он уста свои”[2] (Мишлей, 16:26), — тем самым говорит Писание, что человек создан, чтобы трудиться устами. Но все еще неясно: для трудов над Торой он сотворен — или чтобы трудиться речами? Поскольку сказано: “Не отойдет эта книга Торы от уст твоих” (Йеошуа, 1:8), — тем самым сообщает нам Писание, что для трудов над Торой он создан». Все вышесказанное трудно понять: разве можно было бы подумать, что человек сотворен для физического труда? В таком случае можно было не творить его вообще — и не нужно было бы ему трудиться для поддержания своей жизни! И как можно подумать, что он сотворен для будничного разговора? Однако в действительности наши мудрецы сказали истину. Вначале сказали, что человек создан, чтобы трудиться во славу Г-спода, и за этот труд дано ему будет великое благо в грядущем, ибо он преодолел свою природу[3]. А после этого спросили: должен ли он трудиться устами во славу Г-спода — или же утруждать себя работой (исполняемой телом), а именно — исполнением заповедей? И привели доказательство, что человек был сотворен, чтобы трудиться устами. Далее было у них сомнение: устами, произнося слова Торы, или же имеется в виду просто речь, связанная с исполнением заповеди? Здесь они привели доказательство, что главное, для чего человек был сотворен, — это Тора; и только потому, что он находится здесь, в мире действия, он обязан исполнять то, что изучает[4], а также обсуждать вещи, связанные с заповедью, — ради ее исполнения.

Повелительная заповедь изучения Торы исполняется всякий раз с каждым изучаемым словом; так писал Виленский гаон в книге Шнот Элияу со ссылкой на Иерусалимский Талмуд (Пеа, 1:1)[5], и на основе этого он объясняет стих из Мишлей (19:4): «Богатство прибавляет много друзей…». Смысл состоит здесь в следующем: благодаря тому, что человек богат Торой, у него есть много любящих его на Небесах — потому, что каждым словом Торы, которое изучает, он исполняет отдельную повелительную заповедь, — а ведь из каждой заповеди рождается один защитник, как сказано в Пиркей авот (4:11): [«Каждый, кто исполняет одну заповедь, приобретает себе одного защитника»]. Таким же образом я объяснил сказанное в Писании: «Чтобы дать удел любящим Меня — есть у Меня (им награда) и т. д.» (Мишлей, 8:21). Может показаться непонятным: ведь очевидно, что если человек достиг таких духовных высот, что назван любящим Г-спода, то у Г-спода найдется, что дать им в удел! Дело здесь в следующем: «любящими Меня» Писание называет людей, постоянно занимающихся Торой Г-спода, как говорит об этом мидраш Сифри (гл. Ваэтханан, 33): через изучение Торы человек достигает любви к Г-споду. Само собой разумеется, награда этих людей благодаря их приверженности Торе возрастает беспредельно, поскольку с каждым изучаемым словом человек исполняет заповедь, из которой рождается святой ангел. Но ведь человек в процессе своей учебы может каждый день исполнить заповедь много тысяч раз! Как же возможно, чтобы существовала такая огромная награда за достижение высокой духовной ступени? В ответ на это Писание сообщает нам*1, что у Святого Творца действительно есть, что дать в награду любящим Его за достижение той высокой ступени. [Как известно, Творец бесконечен, и нет никаких границ могуществу и возможностям Его, и нет для Него ничего непосильного, — и потому нет ничего удивительного в величии Его награды].

Человек должен прикладывать большие усилия, чтобы не прекращать изучение Торы, как сказано: «Ибо учение доброе дал Я вам; Тору Мою не оставляйте» (Мишлей, 4:2). Казалось бы, здесь нарушена должная последовательность: сначала нужно было упомянуть о «Торе Моей», а затем объяснить, что это — «доброе учение». Однако в действительности за этим скрывается нечто очень глубокое. Мы видим, что всякий человек по природе своей стремится к более глубокой учебе, чем та, к которой он привык; так, например, ребенку, изучающему Пятикнижие, хочется начать учить также и комментарий Раши. А тот, кто уже достиг этого, тянется к изучению Талмуда, который изучают юноши постарше, а затем — к изучению трудов мудрецов, устанавливающих закон, по примеру наиболее продвинутых учащихся. И нет никакого сомнения, что мудрецы эпохи ришоним[7] были одержимы желанием учиться как амораим[8], а амораим — как танаим[9], а те — как пророки… Подобное желание дозволено и заслуживает одобрения с точки зрения закона. Общее правило таково: каждый человек желает достичь в своей учебе ступени, достигнутой теми, кто выше его, и если бы мы могли вообразить, что можем подняться на ступень, на которой стояли в своей учебе пророки, то наверняка стремились бы к этому. Об этом говорит Писание: «Ибо учение доброе дал Я вам; Тору мою не оставляйте» (Мишлей, 4:2), — другими словами, постарайтесь увидеть необходимость изучения Торы и укрепляйтесь в этом! Вдумывайтесь в то, сколь великое благо она приносит: мудрость и знание, заключенные в ней, столь велики, что даже Я (говорит Г-сподь), сотворивший все с мудростью Моей, такой, что мудрецы по сравнению со Мной — как без знания и разумные — как без разумения [ибо Он — источник знания и мудрости, и разумению Его нет предела], — тем не менее, она — Моя Тора (достойна того, чтобы Я назвал ее Моей).


*1 А сказанное в Писании (далее в приведенном выше стихе): «И сокровищницы (награды) их наполню» (Мишлей, 8:21) означает следующее: мы не должны думать, что Святой Творец будет поступать с любящими Его как тот отец, который устраивает свадьбу своему сыну, и когда видит, что собралось слишком много гостей, начинает уменьшать подаваемые порции, чтобы хватило всем. Кому-то может прийти в голову, не дай Б-г, что райский сад имеет границы — в отношении места, которое есть в нем (для праведников), наслаждений, приготовленных для них, или количества служителей, так, что если праведников и их добрых дел окажется слишком много, то придется уменьшить награду, чтобы хватило всем. Поэтому сказано: «И сокровищницы (награды) их наполню» — это означает, что каждому из любящих Его выплатит Он награду полностью и никоим образом не уменьшит ее. Дело в том, что райский сад в этом отношении подобен Храму, находящемуся в нашем мире, в котором хватало всего — для каждого из народа Израиля, когда весь народ, сотни тысяч людей, приходили, чтобы предстать перед Г-сподом, как говорится об этом в Талмуде (Псахим, 64б, см. там). Другими словами, так же, как Святой Творец сам по себе безграничен и бесконечен, так и место, в котором Он водворяет Шехину — Свое Присутствие, не имеет границ.

А теперь мы можем объяснить, как предисловие к тому, что будет сказано далее, следующее: есть праведники, страдающие от бедности в этом мире, в то время, как весь мир получает пищу благодаря их заслугам. [Талмуд рассказывает о раби Ханине бен Доса (Брахот, 17б), что однажды голос с небес провозгласил: «Весь мир получает пищу в заслугу Ханины, сына Моего, тогда как он сам обходится кавом[6] плодов стручкового дерева от одного кануна субботы до другого»]. Всевышний засчитывает это им как величайший хесед, который они делают миру. Таким образом, оказывается, что такие праведники исполняют заповедь хесед подобно величайшим из людей, известных своей благотворительностью, и даже более их. Об этом сказало Писание: «И сокровищницы (награды) их наполню» — поскольку люди, непрерывно занимающиеся Торой Г-спода, в большинстве своем очень бедны и их огорчает то, что они не могут исполнять заповедь цдака и хесед (непосредственным образом). Писание открывает здесь нам, что в свой час Г-сподь наполнит «сокровищницы награды их» и не будет у них недостатка ни в каких благах, даваемых Г-сподом в награду за исполнение заповедей.

И еще один момент нужно объяснить в связи со сказанным в этом стихе. В этом мире достоинства и преимущества тех или иных вещей существуют только в связи с недостатками, присущими вещам противоположным. Так, например, блага и удобства, которые дает обладание деньгами, обусловлены тем, что большинство людей в мире — бедные. Ведь если бы все были богатыми, то деньги бы ни во что не ставились; не нашлось бы никого, кто захотел бы построить дом или сделать какую-то работу для другого. Все стали бы словно настоящие бедняки, которые все делают для себя сами. То же самое и с властью: если бы все были важными вельможами, то не нашлось бы никого, кто бы их обслуживал, ведь все преимущество обладания властью связано с тем, что все остальные, кроме них самих, — слуги, стоящие ниже их. Поэтому царь из плоти и крови не может облагодетельствовать всех любящих его. Если, например, случится у него тяжелая война с врагами, а все его подданные в той стране любят его великой любовью и выходят на войну, терпят ее невзгоды — голод и т. п., пока не добиваются победы, — сможет ли он в награду возвысить их всех? Над кем он тогда их возвысит? И если он откроет для них свои сокровищницы — разве этого хватит даже для части из них, тем более — для всех? Он возвысит лишь немногих из них, военачальников, да и то — лишь оставшихся в живых, не погибших на той тяжкой войне. Только их он удостоит чести сидеть за его столом, — а чем он может воздать погибшим? Но Святой Творец сказал (в том же стихе Писания): «Чтобы дать в удел любящим Меня — есть у Меня (для них награда)» — другими словами, даже если все люди в мире будут любящими Его и истинно служащими Ему, Он может создать еще несколько сотен миров и дать их им в наследие, как сказали наши мудрецы: «В будущем Святой Творец даст в наследие каждому праведнику триста десять миров»[10] (Укцим, 3:12). И даже если они уже умерли — это не помеха: ведь их души приобщены к собранию душ, удостоившихся вечной жизни с Г-сподом, — «лицезреть красоту (Торы) Г-спода и посещать чертог Его» (Теилим, 27:4).

Это означает следующее: Я Сам занимаюсь ею каждый день, и об этом сказано в Талмуде (Авода зара, 3б). [И хотя нет сомнения, что Святой Творец занимается Торой в самых внутренних, глубинных ее аспектах, — тем не менее, то, чем Он занимается, — это та же самая Тора, которую изучаем и мы. Будучи низведенной (с небес) в наш материальный мир, она вынуждена облечь себя в темы и понятия этого мира. Но, при всем этом, за каждой темой и понятием, которые мы находим в Торе, стоят вещи высшие, глубокие и сокровенные, соответствующие им. И когда человек изучает Тору (на языке явлений и понятий нашего материального мира), он приводит в действие ее высшие «корни» во внутренних, глубинных аспектах ее, стоящие за этими явлениями и понятиями, как сказано в наших святых книгах (см. Нефеш а-хаим, ч. 4, гл. 19)]. Об этом мы также говорим в благословении на Тору: «Который избрал нас из всех народов и дал нам Свою Тору» — ту, которой занимается Он Сам. В этом великое достоинство человека — в том, что он учит ту же Тору, которой занимается Сам Всевышний! И потому — смотрите, не оставляйте ее!

[1] За то, что он трудился над ней, она трудится ради него: просит Творца даровать ему понимание (там далее у Раши).

[2] Постоянно заставляет их трудиться, произнося слова Торы — с таким же трудом, как взнуздывают осла (Раши там).

[3] Сказал р. М. Х. Луцатто: «Милосердный, благословен Он, есть совершенное добро, а свойство добра — нести добро другим. В этом — замысел Всевышнего: сотворить создания, чтобы нести им добро… Но для того, чтобы добро было совершенным, как знал Он в Своей непостижимой мудрости, созданные должны заслужить добро своим трудом… и не будет у них стыда, как у получающих милостыню» (Даат твунот, 18). Вот почему «человек для трудов рожден» — в этом мире, мире служения, — чтобы получить награду в будущем, ибо: «Наши мудрецы, благословенной памяти, учат, что человек сотворен только для того, чтобы наслаждаться Всевышним, светом Его; это — истинное, самое утонченное наслаждение из всех, какие только могут быть» (р. М. Х. Луцатто, Месилат ешарим, гл. 1; обе книги р. М. Х. Луцатто имеются в русском переводе, изд-во «Тора лишма»).

[4] Если это так, то можно было бы спросить: зачем он помещен здесь, в мире действия? Нужно было поместить его в высших мирах, и пусть бы он изучал там «чистую Тору» без помех, не «отвлекаясь» на исполнение заповедей! Либо оставить Тору ангелам, изначально помещенным в высших мирах… Однако в действительности то, что человек находится в мире физического действия, в нижнем мире, является частью изначального единого Б-жественного желания и замысла — иметь обитель в нижних мирах (см. об этом подробнее в примечании в начале третьей главы). Поэтому исполнение Торы в нижних мирах также является частью упомянутого Б-жественного замысла, как это мы ясно видим из ответа, который дал Моше ангелам, протестовавшим против того, чтобы Тора была взята у них и отдана людям (Шабат, 88б — 89а). «Вторжение» Торы, то есть Б-жественного света, в нижний мир является само по себе великим чудом, подобным соединению души с телом, и потому исполнение заповедей Торы в нижнем мире как бы «оживляет» все творение.

Но, хотя из этого, казалось бы, должен следовать вывод о том, что Тору и ее заповеди нам достаточно изучать лишь настолько, насколько требуется для их исполнения в этом мире, — в действительности, как говорят в Гемаре наши мудрецы, это не так! Главное, для чего создан человек, — это Тора; другими словами, он создан, чтобы изучать ее также и за пределами того, что требуется для одного лишь исполнения заповедей! В предисловии к ШУТ (сборнику вопросов и ответов) Бейт а-Леви об этом сказано следующее. При даровании Торы, после того, как сыны Израиля сказали наасе ве-нишма — «исполним и уразумеем» — спустились с небес шестьсот тысяч ангелов служения и в заслугу того, что они сказали наасе прежде, чем нишма, надели на каждого две короны: одну за наасе, а вторую за нишма (Шабат, 88а). Святая книга Зоар объясняет, что наасе означает здесь исполнение заповедей, а нишма — изучение Торы. Если бы сыны Израиля сначала сказали нишма, а потом — наасе, это означало бы, что они собираются изучать Тору лишь настолько, насколько это нужно для исполнения заповедей, — но поскольку они сначала сказали наасе, это наасе уже включает в себя упомянутое изучение, без которого нельзя исполнить заповеди в совершенстве, а нишма означает изучение Торы сверх этого, ради самой Торы; такое изучение сыны Израиля приняли на себя отдельно, и это — дополнительная заслуга, отмеченная второй короной.

[5] Там сказано следующее: «Вот заповеди, для которых нет установленной меры: пеа (недожатый края поля для бедных); принесение (в Храм) первинок плодов; посещение Храма (в Песах, Шавуот и Суккот); помощь ближнему; изучение Торы. Вот (достойные) дела, плоды которых человек вкушает уже в этом мире, но основная награда за них хранится для мира будущего: почитание отца и матери; помощь ближнему; восстановление мира между человеком и ближним его. Но изучение Торы равноценно всему этому вместе».

[6] Кав קב — — мера объема, около 1,5 литра.

[7] Ришоним — «первые» (великие мудрецы), к которым относятся Раши (и далееТосафот, Рамбам, Рамбан и др.), жившие до Йосефа Каро, автора свода законов Шулхан арух.

[8] Амораим — величайшие мудрецы эпохи Гемары — от завершения Мишны до завершения Талмуда.

[9] Танаим — величайшие мудрецы эпохи Мишны — со времен Второго Храма до завершения Мишны.

[10] «Есть у Меня»: слово «есть» — на иврите יש— имеет гематрию (сумму числовых значений составляющих его букв) триста десять — указание на то, что наслаждение и духовный покой, которые есть у каждого праведника в будущем мире, в триста десять раз превышают все наслаждения этого мира (комментарий Бартануры там).


Сара — великая праведница и пророчица. Даже Аврааму велел Б-г «слушать» все, что она скажет. Тем не менее, долгие годы Сара была бесплодной, и только прямое вмешательство Всевышнего помогло ей родить сына Ицхака. Читать дальше

Недельная глава Ваера

Рав Ицхак Зильбер,
из цикла «Беседы о Торе»

В недельной главе «Ваера» («И явился») рассказывается о полученном Авраhамом предсказании, что у Сары родится сын и когда именно, о городах Сдом и Амора (в привычном для русского читателя звучании — Содом и Гоморра), об их уничтожении и спасении Лота, о том, как царь Авимелех взял Сару к себе во дворец, но вынужден был возвратить ее Авраhаму, о рождении и обрезании Ицхака, удалении Ишмаэля, союзе с филистимским царем Авимелехом и о последнем, десятом испытании Авраhама — требовании Б-га принести в жертву Ицхака.

Мидраш рассказывает. Недельная глава Хаей Сара 2

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Сборник мидрашей о недельной главе Торы

Избранные комментарии на недельную главу Хаей Сара

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Евреи не украшают могилы цветами, не устраивают из похорон пышных зрелищ. Они ведут себя, подобно праотцу Аврааму, который искал место для захоронения Сары.

Эпоха праотцев 6. Аврам и Сарай, Ѓагар и Ишмаэль

Рав Ицхак Гольденберг,
из цикла «Эпоха праотцев»

Дать Авраму сына-преемника — такова воля, таково решение Творца. Сарай считает, что способствовать этому — её долг

Мидраш рассказывает. Недельная глава Хаей Сара

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Сборник мидрашей о недельной главе Торы

Недельная глава Хаей Сара

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Очерки по недельной главе Торы»

Авраам изначально родился неевреем. Свою жену Сару он обратил в еврейство. При этом Авраам запретил своему рабу Элиэзеру искать жену для Ицхака среди девушек Ханаана. «Расизм» или глубокий расчет?

Эпоха праотцев 8. Просьба Авраѓама о справедливом суде

Рав Ицхак Гольденберг,
из цикла «Эпоха праотцев»

Радушие Авраѓама подчёркнуто и рядом деталей повествования Торы о приеме, оказанном путникам: побежал навстречу, сам выбрал теленка, чтобы заколоть и приготовить

Эпоха праотцев 9. Ицхак бен Авраѓам и сыновья Ѓагар

Рав Ицхак Гольденберг,
из цикла «Эпоха праотцев»

И встал Авраѓам рано утром, и взял хлеба и мех воды, и дал Ѓагар, положив ей на плечи, и ребенка, и отослал ее. И пошла она, и заблудилась в пустыне Беэр Шева.