Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Наш главный враг — невежество. Изучайте все духовное наследие нашего народа: Талмуд, законы. И не из выгоды, а ради самого Учения»Рав Шимшон Рефаэль Гирш, “Мысли и афоризмы”
Строительство Святилища должно было происходить под влиянием совершенно нового опыта

ГЛАВА ХХХV

1. Сейчас, когда Свидетельство Закона, залог особого Б-жественного Присутствия в народе, были вторично дарованы Израилю, вновь стала насущной организация местопребывания этого Свидетельства. Описанные выше страшные события, помешавшие осуществлению этой задачи, имеют далеко идущее значение для задачи как таковой, для Святилища и той цели, с которой это Святилище надлежало возвести. Строительство Святилища должно было происходить под влиянием совершенно нового опыта. Народ и коэны поняли, насколько они все еще слабы и несовершенны, как много им еще необходимо сделать в непрерывной работе над собой, и насколько сильно они нуждаются в возвышении и искуплении. Более того, они познали Б-га во всей суровости Его наказания, но и во всей полноте Его милосердия. Они испытали все нюансы наших отношений с Б-гом, от чувства полного отторжения Б-гом до возвращения на высоты Б-жественного расположения. Святилище, которое предстояло построить, должно было стать местом, из которого бы идеал их призвания сиял вечно как личности, так и обществу. Оно должно было стать местом, где при любой ошибке и слабости они нашли бы свежие силы, чтобы вновь прокладывать путь вверх и чтобы оставаться на высоком уровне своего призвания, и где бы они нашли Б-жественные помощь и благословение и для того, и для другого. Таким образом, опыт, навеки вписанный в историю народа за время, прошедшее между приказанием построить самое первое Святилище и фактическим выполнением этого приказания, служит документальным свидетельством того, что при любой ошибке можно вернуться и вновь обрести расположение Б-га.

Но самым важным элементом этого жизненного опыта, предшествующего возведению первого Святилища, является следующее: народ совершил самое серьезное преступление в своей истории, и тем не менее, он оказался в состоянии восстановить величайшее проявление Б-жественного расположения, не имея храма и не принося жертв. Если бы нужны были еще какие-либо доказательства того, что храм и жертвоприношения сами по себе не гарантируют Б-жественной милости, но служат лишь наставлениями, которые показывают, как можно завоевать Б-жественное расположение, то такое доказательство самым неоспоримым образом предоставлено опытом, предшествовавшим строительству первого Святилища и столь нерасторжимо вплетенным в историю Израиля.

ГЛАВА ХХХVI

8 и далее. Давайте вспомним о том, что все Святилище, во всех своих отдельных составляющих, обладало символическим значением, но что ни один предмет в Святилище нельзя было наделить символическим смыслом, если бы он не был обдуманно спланирован и изготовлен с таким расчетом. Давайте далее вспомним о том, что даже в случае рукописного текста, не имеющего другого значения, кроме символического, его символическая ценность при использовании для священной цели зависит от намерения писца, который его исполнил. Так при написании Свитка Торы намерение писца имеет столь важное значение, что Свиток обладает необходимой святостью лишь в том случае, когда он был написан לשם קדושת ספר תורה (с намерением, что он стал священным Свитком Закона). Всякий раз, когда писец пишет Имя Б-га, он должен провозглашать, что сейчас его цель — написать эти буквы с целью выражения Имени Б-га, לשם קדושת השם. Святость этих букв с такой полнотой определяется отношением выводящего их писца, что Свиток Торы, написанный еретиком — человеком, чьи взгляды, когда он переписывал Имя Б-га, как можно предположить, противоречили Б-жественной истине (содержащейся в Торе), так что можно даже сказать, что он выполнил работу הרז הדובע םשל (для целей идолопоклонства) — должен быть сожжен. (см. Шульхан арух, Йорэ деа 274:1, 276:2 и 281:1).

Давайте вспомним о том, что поскольку предметы Святилища — ковчег, стол, менора, завесы, одеяния и т.д. — были фактически предметами повседневного обихода, их священный характер полностью зависел от того, осознавали ли мастера символическое значение того предмета, который они изготовляли.

Ввиду всего изложенного выше, должно быть сразу понятно, почему этапы строительства Святилища повторяются так подробно (36:8 по 39:32), почему в главе 39 (ст. с 33 по 43) вновь перечисляют все отдельные предметы по мере их вручения Моше, и почему в главе 40 пересказывается строительство Святилища во всех деталях; короче говоря, почему в Писании не считают достаточным сказать в этом месте так:

«Мастера и ремесленники исполнили всю работу согласно наставлениям, которые они получили, они принесли предметы Моше, а Моше затем построил Святилище, как ему было приказано».

Если мы не ошибаемся, эти подробные повторы фактов, уже изложенных в предыдущих главах, должны дать нам знать, что мастера и Моше постоянно помнили о священной и символической цели каждого предмета не только во время процесса их создания, но и тогда, когда готовые произведения доставлялись и устанавливались на свои места, так что все эти предметы были созданы, изготовлены и собраны в духе, согласующемся с их целью. Таким образом священный характер и значение предметов подкреплялись духом, в котором они были изготовлены.

С разрешения издательства Швут Ами


Согласно объяснению многих еврейских мудрецов, поскольку человек состоит из двух противоположных «компонентов» — тела и духа, ему даны были два пути использования материальных вещей — материальный и духовный. Но, как известно, иудаизм строго регламентирует, какие способы воздействия возможны, а какие строго запрещены. Читать дальше

Кицур Шульхан Арух 166. Запрет гадания, астрологии и колдовства

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Кицур Шульхан Арух»

Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух

Мидраш рассказывает. Недельная глава Ваэра

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Сборник мидрашей о недельной главе Торы.

Ваэра. Зачем создавать трудности, чтобы их преодолевать?

Рав Бенцион Зильбер

Всевышний снова посылает Моше и Аарона к фараону с требованием отпустить еврейский народ, чтобы он служил Б-гу. В доказательство, что Моше действительно послан Б-гом, Всевышний велит ему явить фараону чудо: превратить свой посох в змея. Фараон отказывается выполнить требование Всевышнего. За этим следуют десять ударов по Египту, которые должны заставить фараона подчиниться требованию Б-га. О каждом из них Моше заранее предупреждает фараона. Каждый из них представляет собой чудо, совершаемое Моше и Аароном. В нашей главе говорится о семи из этих десяти ударов. Сначала вода во всем Египте превращена в кровь — это первая «египетская казнь». Затем землю Египта и жилища египтян заполняют лягушки. Третьей казнью стало нашествие вшей на людей и скот. После этого удара египетские маги признали в действиях Моше перст Б-га, но фараон остался непреклонен. Четвертой казнью было нашествие на Египет хищных зверей, пятой — мор среди домашнего скота, шестой — воспаление кожи, переходящее в язвы, у людей и у скота, седьмой — град, уничтоживший растительность, скот, не угнанный с пастбищ, и египтян, которые после предупреждения не сочли нужным укрыться в доме. Сказано, что после шестой казни Всевышний «ожесточил» сердце фараона, т.е. придал ему упорство. При всех семи казнях евреи находились в особом положении: для них вода осталась водой, лягушки, вши, мор скота и язвы их не беспокоили. Особо оговорено, что две казни: нашествие хищных зверей и град — не коснулись земли Гошен, где жила основная часть евреев, как будто между Гошеном и остальным Египтом стояла невидимая стена.