Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Даже тому, кто причинил тебе много зла и много согрешил против тебя, не следует мстить, не следует припоминать ему этого

Сложности, связанные с предыдущими извинениями

Если человеку трудно просить прощения, это может быть связано с психологическими блоками, сложившимися еще в детстве, а не вследствие брака и плохого взаимопонимания между супругами. Но иногда такая трудность возникает именно вследствие отношения супруга в предыдущих ссорах между ними, когда обидчик просил прощения, а обиженный не отреагировал таким образом, который поощрял бы приносить извинения и в будущем, в случае еще одной ссоры.

Пострадавшему нужно понять, что, в то время как он удовлетворен и ощущает приятные чувства из-за того, что, наконец-то, его страдания признали и, как минимум, попросили у него прощения, приносящий извинения считает, что сделал «великое дело» тем, что добровольно попросил прощения. Но поскольку пострадавший получает большое удовольствие от извинений, он ведет себя равнодушно по отношению к извинившемуся обидчику, и его реакция сдержанна, в то время как извинившийся ожидает какого-то поощрения за то, что попросил прощения. У него остается такое впечатление: «Мой супруг не в состоянии даже принять мои извинения. Он даже не замечает, что я попросил прощения ради возвращения нормальной атмосферы в семье, хотя и был не так уж и виноват». Подход «я вообще не обязан прощать, а только, если мне захочется» дает ложную легитимацию пострадавшему не прощать, даже если ему принесли извинения.

Но из слов Рамбама мы учим, что человек должен прощать товарищу, если тот попросил его о прощении, и прощение должно быть от всего сердца и от всей души. А тот, кто так не поступает, называется «жестоким».

«Человек не должен проявлять жестокость, отказываясь простить обидчика; следует быть отходчивым и негневливым. И когда виновный просит у обиженного им прощения, тому следует простить его от всего сердца и от всей души. Даже тому, кто причинил тебе много зла и много согрешил против тебя, не следует мстить, не следует припоминать ему этого — — таков закон сынов Израиля чистых сердцем. Не таков идолопоклонник, чье сердце не обрезано: — “Гнев его не угасает вовек” (Амос 1:11)» (Рамбам, Законы раскаяния 2:10).

И с практической точки зрения тоже следует поощрять супруга извиняться, давая ему возможность подробно объяснить свои действия, не прерывая его посередине, даже если некоторые детали в его объяснениях не соответствуют, по мнению потерпевшего, действительности.

Внимательное выслушивание его слов и ощущение, что супруг готов пойти ему навстречу и понять его, создают у извиняющегося открытость и готовность признать свою ошибку. С другой стороны, если мешать ему говорить и начать спорить с его объяснениями, это создаст у него ощущение, что «жаль тратить усилия: все равно то, что я скажу, не будет принято». А если внимательно выслушать слова обидчика, то может выясниться, что в момент нанесения обиды он располагал совершенно иными данными, чем обиженный, и, в результате, нанес обиду без всякого злого умысла. Это объяснение может успокоить потерпевшего, поскольку выясняется, что если бы обидчик видел определенные данные в том же свете, в котором видел их он, то обида вообще не была бы нанесена.

Если потерпевший обладает здоровой личностью, он может удовлетвориться данным объяснением. А тот, кто страдает излишней чувствительностью и любит чувствовать себя страдальцем, предпочтет не позволить извиняющемуся объясниться, чтобы тот остался ему «должен». Чтобы сохранить этот статус, он ответит, что извиняющийся не говорит правду, выдумал свои утверждения и объяснения после нанесения обиды, или пытается увильнуть от ответственности за то, что произошло.

Иногда обидчик опасается просить прощения из-за того, что в предыдущие разы, когда он пытался извиниться перед обиженным и задобрить его, ему приходилось прикладывать к этому множество усилий, и он чувствовал себя униженным, поскольку его партнер по браку не внимал его мольбам и попыткам объяснить свои действия и оправдать их, и превращал мимолетную ошибку в серьезную системную проблему. Сейчас, после очередной обиды и колебаний — просить ли прощения или нет, — он слышит внутренний голос: «Не стоит извиняться. Ты опять будешь долго унижаться, и еще неизвестно, простят тебя или нет».

Трудности прощения

Бывает, что пострадавший не прощает, даже когда у него просят прощения, или даже если прощает, признаки обиды не проходят, и обида продолжает мучить его. Необходимо отдавать себе отчет, что у каждого обиженного есть свой процесс и темп примирения. Некоторые легко мирятся после того, как у них попросили прощения, даже формально. А другой не успокоится, пока с ним не сядут и не обсудят его обиду.

Так произошло в семье Яакова и Рахели. Несмотря на то, что Яаков попросил прощения у своей супруги по поводу нанесенной ей обиды, и Рахель ответила, что прощает мужа, назавтра она, тем не менее, ходила с хмурым лицом, и он никак не мог понять, что еще ему следует сделать. Когда я поговорил с ними, Рахель сказала, что она действительно хотела простить и даже сказала, что прощает, но почувствовала, что, пока Яаков не сядет и не поговорит с ней, она не успокоится. Вместе с тем, ее ошибкой было то, что она не сообщила это Яакову, а сам он об этом догадаться не может. Следует отметить, что, даже если во время предыдущей ссоры супругу было сказано о вашем желании сесть и поговорить для окончательного примирения, необходимо напоминать ему об этом вновь и вновь, пока ему не станет совершенно ясно, что процесс примирения не может быть завершен без основательной беседы с обиженным супругом.

Иногда потерпевшему сложно простить обидчика из-за того, что тот просит прощения в неприемлемой форме, создающей впечатление, что он на самом деле не признает, истинной тяжести своего поступка. Характерный пример этому мы находим в рассказе Ханы. Она пожаловалась на то, что муж сильно обидел ее, и, несмотря на тяжесть обиды, он не извиняется за это. Когда я спросил мужа относительно жалобы жены, тот ответил, что, действительно, обидел супругу, но это случилось два года назад, и с тех пор он неоднократно просил за это прощения. Хана ответила: «Он сказал “извини”, но его слова были так несерьезны!»

Я предположил, что нет смысла посоветовать ему еще раз попросить прощения, поскольку, очевидно, этого недостаточно, чтобы успокоить и ослабить ее боль. Поэтому я предложил ему сделать что-то новое: принести извинения в письменном виде. Он согласился и даже прочел мне вслух то, что написал:

«Я прошу у тебя прощения за то, что с пренебрежением говорил о твоих родственниках: у меня не было никакого намерения обидеть тебя…» Здесь я остановил его, поскольку эти слова как раз и объясняли, почему Хана считает его извинения несерьезными. Все дело в высказывании: «У меня не было никакого намерения обидеть тебя».

На первый взгляд цель данного слов позитивна: дать потерпевшему понять, что обидные слова не проистекали из пренебрежения к нему. Однако зачастую такое высказывание воспринимается обиженным как желание преуменьшить свою вину. Как если бы он сказал: «Я не так уж и виноват!» Ведь муж, по сути дела, объясняет, почему обида не должна быть такой глубокой — он же не хотел обидеть жену. Но чтобы помириться и смягчить свои оскорбленные чувства, Хана нуждается в полном признании вины и совершенном раскаянии мужа, которое выразится в принятии на себя всей полноты ответственности: «Я совершил тяжкую ошибку, которой нет оправдания».

Следует отметить, что в случае особенно постыдного поведения, на первом этапе иногда лучше не просить прощения, а ходить с хмурым лицом, исполненным скорби, как бы говоря: «Признаю, что у меня нет даже права попросить у тебя прощения».

В случаях, когда имела место попытка попросить прощения за особо тяжкий проступок, от жены часто можно слышать: «Он сделал ТАКОЕ, и еще у него хватает наглости просить прощения?!» Другими словами, иногда сама по себе просьба о прощении транслирует нечто вроде: «Я не думаю, что сделал что-то ужасное и непростительное. Вот ведь я прошу за это прощения! А раз так, то почему бы тебе не простить?!»

Из книги «Еврейский дом»

C любезного разрешения организации «Мишпаха кеАлаха»


Разрушение единства, раздоры и споры приводят к страшным бедствиям. Единство еврейского народа — это сила и необходимое условие нашего существования Читать дальше

Пост Эстер

р. Ури Калюжный

О чём горевать в пост Эстер? Вроде бы, всё закончилось хорошо...

Израильский теннисист оставляет игру перед наступлением Йом-Кипура

Переводчик Мирьям Нирман

На общенациональном уровне самое страшное — изгнание из Земли Израиля, а на индивидуальном — «карет» — отсечение от общей, «коллективной» души еврейского народа

Права и обязанности еврея

Журнал «Мир Торы»

Законы и обычаи еврейской традиции… Насколько они обязательны? Разве они подобны Уголовному Кодексу, и за их нарушение можно угодить в тюрьму? А за исполнение этих законов полагается награда? Кто следит, соблюдаются они или нет? И почему так много людей столь ревностно выполняют предписания еврейской традиции?

Дарование Торы 2. Взаимное поручительство

Рав Йегуда Лейб Ашлаг,
из цикла «Дарование Торы»

Статья величайшего каббалиста прошлого столетия, автора комментария «Сулам» на книгу «Зогар»

На тему недельной главы. Шмот 1

Рав Арье Кацин,
из цикла «На тему недельной главы»

Коментарии к недельной главе Льва Кацина

Дарование Торы 1. Возлюби ближнего, как самого себя

Рав Йегуда Лейб Ашлаг,
из цикла «Дарование Торы»

Статья, посвященная сути Торы, раскрывает ее через заповедь: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя».

Осквернение имени Всевышнего и Освящение имени Всевышнего

Раби Йосеф Герц

Недельная глава «Эмор». Комментарий главного раввина Британской империи р. Й. Герца

Жизнь как служение. Специфические черты еврейского мировоззре­ния

Рав Цви Вассерман

Понимание жизни как служения, пол­ное подчинение ему всего человеческого существа, при том, что источником и одновременно целью служения является сам Б-г — придает облику еврея уникальней­шие черты, делает его совершенной загадкой для ума, мыслящего рационально.