Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Только Всевышний способен исполнить все человеческие желания, ибо только Он знает человеческие хвори и их лечения даже лучше самого человека

Мы уяснили, что единственный верный путь для богобоязненных людей, стремящихся к истинному совершенству, — путь абсолютного упования на Всевышнего без всяких побочных причин и факторов. Они не нуждаются ни в каких «естественных» причинах и стараниях, которыми озабочены люди в этом мире. А ведь все эти уловки и старания отодвигают на задний план наши обязанности по отношению к миру грядущему и к нашему совершенству. Но у Всевышнего — достаточно посланников, чтобы позаботиться о тех, кто относится к Нему с упованием и трепетом, и достаточно способов сделать это без всяких усилий с их собственной стороны.

Сказали наши учителя благословенной памяти: Когда пророк Ирмияу упрекнул еврейский народ в том, что он недостаточно занимается Торой, евреи ответили вопросом на вопрос: «Если мы будем заниматься Торой, то на что же нам жить?» Тотчас же пророк достал сосуд с маном и сказал им: «Люди моего поколения! Смотрите на слово Всевышнего!» Не сказано — «услышьте», а говорится — «смотрите». «Вот, чем питались ваши отцы, которые посвятили себя Торе. Так и вы — занимайтесь Торой, и Святой, благословен Он, обеспечит вас пропитанием, ибо многочисленны посланцы Вездесущего, которые приготовят пропитание богобоязненным людям». Так точно он и сказал: «И вы занимайтесь Торой, и Святой, благословен Он, обеспечит вас пропитанием»[1].

Таким образом, по отношению к тем, кто занимается Торой и отличается богобоязненностью, действует принцип: «Глаза Всевышнего устремлены на тех, кто относится к Нему с трепетом, кто полагается на Его милость»[2]. И Всевышний дает им пропитание какими-то неведомыми способами, без всяких уловок и усилий с их стороны. И это все настолько чудно, что просто не поддается человеческому разуму. Но именно так и доставался еврейскому народу ман в пустыне: без всякой логической причины и усилий с их стороны, являясь откровенным чудом, не поддающимся человеческому разумению. Как сказано: «И Он изнурял тебя, и томил голодом, и кормил маном, которого ты не знал, и которого не знали отцы твои»[3]. Ман доставался им самым невероятным и чудесным образом, так, что человек даже не мог поверить, что такое происходит без всяких естественных причин.

И, возможно, именно поэтому ман достался еврейскому народу абсолютно чудесным образом, не подвластным совершенно никаким логическим объяснениям, потому что все, что можно объяснить логикой, — пусть даже вереница причин, приведших к небывалому конечному результату, кажется самой невероятной, но все же более-менее объяснимой — дает возможность списать происходящее на побочные причины или, как минимум, посчитать их значимость на пути достижения конечного результата чересчур серьезной. Но Всевышний в благе Своем избрал такой путь, благодаря которому евреи могли бы уяснить, что пропитание дается им абсолютно чудесным образом, чтобы они совершенно четко видели, что нет никакой необходимости в побочных причинах и факторах, даже в качестве одного из звеньев в достижении конечного результата. Всевышний и без всего этого готовит пропитание тем, кто полон богобоязненности и полагается на Него. И очень важно, что сначала еврейский народ испытал голод и изнурение, осознав, что нет никакой естественной, природной возможности утолить свой голод в данных условиях, в пустыне, где не ступала нога человека и лишь потом Всевышний дал им ман, чтобы показать им и всем последующим поколениям, что людям богобоязненным Он дает пропитание без всяких «естественных причин».

И основной принцип упования — «Всевышний — твоя тень» и «как человек отмеряет, так отмеряют и ему»[4], как объясняет Рамбан в своем комментарии на Тору и Рамбам в законах шмиты и йовеля, а также Обязанности Сердец в пятой главе Врат Упования: люди богобоязненные, желающие освободится от бремени забот этого мира, не нуждаются в естественных причинах, чтобы прокормиться. Как сказано: «Не изморит голодом Всевышний душу праведника»[5], и такие люди могут позволить себе жить в постоянном душевном покое, ни о чем не заботясь в этом бренном мире. И хотя рабейну Йона благословенной памяти называет упование предписывающей заповедью Торы[6], мы можем заметить, что, хоть эта заповедь и считается необъяснимой и неподвластной разуму, все же ее основные понятия — вполне логичны.

Представим себе некого человека, который решил полностью полагаться на кого-то другого — человека подобного себе — на него и ни на кого более. Теперь поставим себя на место того человека, на кого тот надеется. Итак, мы точно знаем, что мы — его единственная надежда, что никому больше он не доверяет, ни от кого больше, кроме нас, он ничего не готов получать, даже умирая от голода. Неужели в такой ситуации мы не сделали бы ради него все возможное? И разве не его исключительное упование — единственная причина этого?

Но человек, на которого некто полностью полагается, может и подвести. Например, он по какой-либо причине просто не сможет, не окажется способен предоставить тому все необходимое. Или, даже имея возможность, он не до конца представляет себе, что именно необходимо другому, и как именно он может ему это дать. Ведь человек не может достоверно знать, что происходит в сердце другого, читать его желания и мысли, а человеческие ожидания, нужды, восприятие блага и понятие того, как именно это благо достигается — индивидуальны и скрыты в его эмоциональной природе, в его сердце. И кто же может их знать на сто процентов?

Все это еще при условии, что человек, действительно, знает, что тот, другой, только на него и полагается, что он этому верит и что его сердце не отличается жестокостью. В самом деле, при желании всегда можно найти убедительные отговорки: а кто вообще просил его на меня надеяться? Почему и за что? Может, он просто не хочет заботиться о себе сам, предпочитая переложить на меня все свои хлопоты? И вообще, почему бы другим не помочь ему — они ведь тоже могут? Ах, он все равно надеется только на меня? Что ж, это уже его проблема, а нам запрещено жалеть людей неразумных, а свою ограниченность ума он уже доказал своим необъяснимым упованием на меня, а я — ничего ему не должен и не обязан. Каждый должен заботиться о себе сам. Логично, верно?

И все же, несмотря на все логичные и справедливые доводы, в большинстве случаев человек будет чувствовать себя обязанным поддержать того, кто безоговорочно надеется только на него, не желая ничего получать ни от кого другого. Потому что доводы доводами, но там, где дело граничит с вопросами жизни и смерти (а это можно расценивать именно как такой случай), спасти чью-то жизнь — прямая обязанность того, в чьих силах это сделать. И каким бы жестоким ни был человек, мы можем видеть, насколько по своей природе люди склонны проявлять интерес к тем, кто связан только с ними, для кого они — источник всех надежд. Поэтому он будет делать то, что ему по силам ради того, кто на него беззаветно полагается. И это — человек, чьи возможности и понимание нужды другого — ограничены. Человек, который, как мы уже говорили, не всегда и не совсем разбирается, что для другого — благо, и чего ему не хватает для счастья. Что же говорить о Творце, о Всевышнем, о Том, чья сила — неограниченна, как неограниченна Его милость. Все возможности — в Его и только Его руках, и Он точно знает, что для каждого отдельного человека — добро и благо.

Поэтому человек просто обязан полагаться на Всевышнего, безоговорочно и безусловно, дабы не докатиться, не дай Б-г, до состояния «сила моя и мощь моей руки доставили мне все это богатство». Как пишет благословенной памяти рав Исраэль Салантер в своей книге Эвен Исраэль: тот, кто прилагает слишком много чрезмерных усилий, относится к категории еретиков, не приведи Г-сподь, которые полагаются на свои силы и умение. И с точки зрения логики человеку стоит приуменьшить свои старания, даже если закон этого не требует по принципу: «Говорят назиру: Ходи, ходи, но к винограднику — не приближайся!»[7], дабы не споткнуться, не дай Б-г, на ощущении «сила моя и мощь моей руки». А то, что милость Всевышнего окружает каждого, кто уповает на Него, — вполне разумно и логично.

Ведь, в самом деле, нет у человека другого пути, и ему больше не на кого полагаться и рассчитывать. Только Всевышний способен исполнить все человеческие желания, ибо только он знает человеческие хвори и их лечения даже лучше самого человека. И все возможности — в Его, и только Его руках. И только тот, кто уповает, — по-настоящему разумный человек. Ведь это ясно, что уповающему человеку Всевышний даст все необходимое, все его пропитание без всяких посторонних причин. И, по-настоящему уповая на Всевышнего, ничего не прося ни у кого другого, ни на кого другого не надеясь, человек наверняка добьется желаемого удовлетворения всех своих нужд. Все это, кроме того, что, по правде говоря, речь идет непосредственно о заповеди Торы, в чем-то — необъяснимой, в чем-то — логичной, как мы уже обсуждали.

И каждый обязан прилагать максимальные усилия к тому, чтобы добиться истинного упования — основы всей Торы, как объясняет Рош в Орхот хаим. И от этого зависит все состояние человека. Поэтому давайте полностью уповать на Творца, и мы удостоимся помощи с Небес в обретении истинного упования. Как сказано: «Благословен человек, который уповает на Всевышнего, и Всевышний обеспечит его упование»[8]. Другими словами, если человек готов на максимальное самопожертвование ради достижения уровня полного упования на Творца, Всевышний поможет ему, станет источником его упования, и человек истинного упования удостоится.


[1]Ялкут Шмот 16

[2] Теилим 33:18

[3] Дварим 8:3

[4] Санедрин 100

[5] Мишлей 10:3

[6] Шарей Тшува 3:32

[7] Шабат 13

[8] Ирмияу 17:7

С любезного разрешения главного раввина Литвы, р. Хаима Бурштейна