Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
В этих историях нет ни одного слова, которое было бы лишено смысла. Лишь тот, кто постиг мудрость святых книг, способен понять содержащиеся в ней намеки.

В нынешнем году исполняется 175 лет со дня смерти раби Нахмана, правнука великого Бааль-Шем-Това, основателя хасидизма. Раби Нахман родился в 1772 году на Украине в городе Меджибож. Женился он очень рано, вскоре после своей бар-мицвы, на дочери раби Эфраима из Гусятина. Прожив в доме тестя пять лет, раби Нахман с семьей обосновался в местечке Медведевка. В 1800 году он переехал в Златополь, а еще через два года принял решение поселиться в Брацлаве; благодаря раби Нахману имя этого городка в Подолии известно сегодня каждому еврею в мире.

Выдающийся знаток Торы и кабалы, раби Нахман уже в шестнадцатилетнем возрасте был окружен множеством учеников и последователей. За свою короткую жизнь (он умер в 1810 году) раби Нахман снискал себе славу великого праведника и мудреца, посвященного в тайное тайных еврейского Учения; и сегодня, почти два века спустя после его смерти, раби Нахман — признанный авторитет не только для многочисленной общины брацлавских хасидов, которая возникла благодаря его гению и святости, но и для всех евреев — как тех, кто погружен в изучение скрытых аспектов Торы, так и тех, кто тянется к Творцу, не будучи искушенным в Законе.

По пути из Златополя в Брацлав раби Нахман провел несколько дней в Умани. После посещения городского кладбища, где погребены десятки тысяч жертв массовой резни, учиненной бандами Богдана Хмельницкого, он завещал своим ученикам похоронить его там. Могила раби Нахмана в Умани стала местом массового паломничества его последователей и почитателей со всех концов земли.

Среди многочисленных трудов раби Нахмана, подготовленных к печати его любимым учеником раби Натаном, прилежно записывавшим каждое слово из лекций, бесед и рассказов своего учителя, особое место занимает сборник сказочных историй под названием «Сипурей маасийот». Для неискушенного читателя это обычные сказки: герои их — цари, принцессы, мудрецы, разбойники… Для посвященных в мудрость Письменной и Устной Торы и кабалы все далеко не так просто: один царь — это сам Всевышний, под другим подразумевается царь Давид; принцесса — это вовсе не существо из плоти и крови, а Шехина, Б-жественная эманация; дерево —это заповеди Создателя… Впрочем, пытаясь разгадать все загадки, которыми изобилуют сказки Брацлавского ребе, мы рискуем оказаться в плену собственных домыслов. Вот что говорил раби Натан об «Истории о семи нищих»: «Смысл этой истории — сокровенная тайна, недоступная человеческому постижению… Все это откроется лишь после прихода Машиаха».

Сам раби Нахман сказал об одной из своих сказок: «В ней нет ни одного слова, которое было бы лишено смысла. Лишь тот, кто постиг мудрость святых книг, способен понять содержащиеся в ней намеки». Может ли сегодня кто-нибудь из нас сказать о себе, что он постиг мудрость Торы? Безусловно, нет.

И все же последователи Брацлавского ребе решили издать его сказочные истории в переводе с идиша на русский язык: если не суждено человеку с головой окунуться в животворный источник, он сможет хотя бы губы смочить в его прохладных струях. А кого еще в этом мире так истомила духовная жажда, как не нас с вами, русских евреев, воспитанных в отрыве от культуры своего народа?

Перед переводчиком Авигдором Бен-Эльякимом и автором этих строк, литературно обработавшим материал, стояла непростая задача: следовало избрать один из двух возможных путей — либо подготовить строго научное издание с дословным переводом и многочисленными комментариями, либо адаптировать книгу для широкого читателя, максимально приблизив ее стиль к жанру русской сказки. Идея буквального перевода оказалась неосуществимой: лексика русского языка, столь щедрая на выражение материальных понятий, продемонстрировала полную беспомощность, когда от нее потребовалось передать понятия духовные. Таким образом, был избран второй путь: особое внимание при переводе было уделено тому, чтобы передать дух текстов — при, разумеется, предельно бережном отношении к их букве.

Раби Нахман из Брацлава. О пропавшей царской дочери.

Начал раби Нахман так:

— Довелось мне как-то в дороге рассказывать сказку, и всякий, кто ее слышал, задумывался о возвращении к Б-гу. Вот эта сказка.

Это история про царя, у которого было шестеро сыновей и одна дочь. Дорога была ему эта дочь; он очень любил ее и часто играл с ней. Как-то раз были они вдвоем и рассердился он на нее. И вырвалось у отца: «Ах, чтоб нечистый тебя побрал!» Ушла вечером дочь в свою комнату, а утром не могли ее нигде найти. Повсюду искал ее отец и крепко опечалился из-за того, что она пропала. Тогда первый министр царя, увидев, что тот в большом горе, попросил, чтобы дали ему слугу, коня и денег на расходы, и отправился искать царевну. Много времени провел он в поисках ее, покуда не нашел.

Исходил он немало пустынь, полей и лесов, долго длились его поиски. И вот однажды, идя пустыней, увидел он протоптанную дорогу и рассудил про себя: «Давно скитаюсь я по пустыне, а найти царевну не могу — пойду-ка я по этой дороге, может, выйду к какому-нибудь жилью». И пошел он, и шел долго, пока не увидел замок и войско, окружавшее его. И замок тот был прекрасен, и войско, стоявшее вокруг него в строгом порядке, выглядело очень красиво. Испугался первый министр этих солдат и подумал, что не пропустят они его внутрь, но все же решил: «Попытаюсь-ка!» И оставил он коня, и направился к замку, и дали ему войти беспрепятственно.

Ходил первый министр из залы в залу, и никто не задерживал его. И попал он в тронный зал, и увидел: сидит царь с короной на голове, вокруг него полно солдат, и множество музыкантов играют на музыкальных инструментах. Красив был зал, и находиться там было приятно. И ни сам царь, и никто из его окружения не задал вошедшему никакого вопроса. Увидел первый министр богатые яства, подошел и поел, а потом прилег в углу и стал смотреть, что же произойдет;

И видит он: приказал царь привести царицу, и отправились за ней. Зашумели все и возликовали, певцы запели, музыканты заиграли, когда царицу ввели. И поставили для нее трон, и усадили ее подле царя, и узнал в ней первый министр пропавшую царевну. Огляделась царица, увидела его, возлежавшего в углу, и узнала. Поднялась она с трона, подошла, и коснулась его, и спросила:

— Знаешь ли ты меня?

И ответил он ей:

—Да, я знаю тебя: ты — царская дочь, которая пропала. — И спросил он ее: — Как ты попала сюда?

Ответила она:

— Из-за того, что у моего отца вырвались эти слова: «Чтоб нечистый тебя побрал!» Место это — нечисто.

Рассказал ей первый министр и о том, что отец ее очень горюет, и о том, что сам он разыскивает ее уже много лет. И спросил:

— Как я могу вызволить тебя отсюда?

Ответила она ему:

— Не сумеешь ты освободить меня. Разве только так: если выберешь себе место и будешь сидеть там целый год и тосковать обо мне — тогда тебе удастся вывести меня отсюда. Постоянно мечтай обо мне и тоскуй, и надейся, что тебе удастся спасти меня. И постись, а в последний день, по истечение этого года, — постись и бодрствуй целые сутки!

Сделал первый министр все так, как она сказала. Прошел год. В последний день постился он и не смыкал глаз, а потом собрался в путь и отправился спасать царскую дочь. По пути к замку увидел он яблоневое дерево, на котором росли прекрасные плоды. Польстился на них первый министр и поел. И как только съел он яблоко, тотчас свалился и заснул. Спал он очень долго, и слуга будил его, да не добудился.

А когда проснулся первый министр, то спросил слугу: «На каком я свете?» И рассказал ему слуга все как было: «Ты спишь очень долго, уже много лет, а я тем временем кормился этими плодами».

Закручинился первый министр, и отправился в замок, и нашел там царевну. Очень горевала она и горько сетовала;

— Если бы ты явился в назначенный срок, то вызволил бы меня отсюда, а теперь из-за того, что не утерпел в последний день и съел яблоко, упустил ты такую возможность. Понятно, что воздержаться от еды очень трудно, особенно в последний день: ведь тогда и искушение становится сильней… А теперь вновь выбери себе место и опять проведи там год. А в последний день можешь есть, только не смыкай глаз и не пей вина, чтобы не заснуть. Главное — не заснуть!

И вновь сделал он все так, как она сказала. И в последний день по прошествии года отправился в путь, и увидел по дороге к замку ручей красного цвета, и исходил от ручья запах вина. Сказал своему слуге первый министр: «Ты видишь? Это ручей, и в нем должна быть вода, но красного цвета он и пахнет как вино». И подошел он к ручью и испил из него. Сразу же свалился он и уснул надолго: проспал семьдесят лет.

Пришло тогда в те края большое войско, за которым следовал обоз, и слуга первого министра спрятался от солдат. Вслед за войском проехала карета, в которой сидела царская дочь. Остановила она карету возле спящего, и сошла, и присела рядом, и узнала его. Всеми силами старалась она его разбудить, но тот не просыпался. И стала царевна причитать над ним: «Сколько трудов и многолетних усилий потрачено, через столвко мук и терзаний ты прошел, чтобы наступил день моего избавления, — и все пропало из-за одного дня!» И зарыдала: «Ах, как жаль мне и тебя, и себя! Ведь я так долго уже нахожусь здесь и все никак не могу выбраться!» Сняла она с головы платок, и накропала на нем что-то своими слезами, и положила его рядом со спящим, а потом поднялась, села в карету и уехала.

Проснулся через некоторое время первый министр и спросил слугу: «На каком я свете?» И рассказал ему слуга все как было: как прошло войско, а за ним — карета. И как плакала в голос над первым министром царская дочь: «Ах, как жаль мне и тебя, и себя!»

Осмотрелся тут первый министр и увидел рядом с собой платок. «Откуда это?» — спросил он.

Ответил ему слуга: «Она что-то накропала на нем своими слезами и оставила его тут». Взял первый министр этот платок и поднял его, держа против солнца. И увидел он на платке буквы, и прочел все слова ее причитаний и стенаний; и о том там было написано, что нет ее теперь в прежнем месте, а сможет он ее найти, если разыщет золотую гору с жемчужным дворцом на ней.

Оставил первый министр слугу и отправился на поиски один. И ходил он по свету, и искал ее много лет, пока однажды не сказал себе: «Конечно же, не найти в обитаемых краях ни горы из золота, ни дворца из жемчуга!» — а был первый министр большим знатоком географии, и ему были известны все карты мира. «Поэтому пойду-ка я искать в пустынях!» — решил он.

И скитался он в пустынях в поисках царской дочери много-много лет, пока однажды не повстречал человека, такого огромного, что во всем роде людском не сыскать было другого такого великана. И нес на себе этот человек такое большое дерево, что ни в одной из населенных людьми стран не найти подобного.

И спросил великан.

— Кто ты такой?

— Я человек, — ответил первый министр.

Удивился великан и сказал:

— Сколько лет я в пустыне, а ни разу не видал тут человека!

Поведал ему тогда первый министр всю свою историю и рассказал, что ищет теперь золотую гору и жемчужный дворец.

— Да их вообще не существует! — отмахнулся от него великан и добавил: — Глупостей тебе наговорили! Ведь такого вообще не бывает на свете!

Разрыдался тут первый министр:

— Должны быть! Где-нибудь они да есть!

Снова отмахнулся от него великан:

— Чепуху сказали тебе!

— И все же они где-то существуют! — повторил первый министр.

— Я убежден, что это глупость. Но раз ты так упорствуешь, я, так и быть, попробую помочь тебе — ведь я повелеваю всем зверьем. Созову-ка их всех — они ведь рыщут по всему свету, — может,и впрямь кто-то из них слыхал об этой горе со дворцом.

И кликнул великан зверей, и сбежались все от мала до велика, и задал он им этот вопрос. И ответили ему звери, что не видели ничего подобного.

И снова сказал великан:

— Глупостей тебе наговорили! Послушай меня: возвращайся! Ведь тебе, конечно же, не найти ту гору с дворцом, потому что их не существует на свете.

Но продолжал упорствовать первый министр, утверждая, что они обязательно должны где-то быть, и уступил в конце концов великан, и сказал:

— Есть у меня брат, он живет в пустыне, и ему подвластны все птицы. Вдруг они знают? Ведь они парят высоко в небе, может, и видели они эту гору и этот дворец? Иди к нему и скажи, что это я тебя послал.

И отправился первый министр в путь, и шел по пустыне много-много лет пока в конце концов не повстречал великана, такого же огромного, как предыдущий; тот нес на себе дерево, такое же большое, как то, которое нес его брат. И все повторилось, как и с первым братом: стал великан расспрашивать первого министра.

Рассказал тот ему всю историю и добавил:

— Меня послал к тебе твой брат.

Тут и второй великан отмахнулся от него: конечно же, ничего подобного быть не может. Но упорствовал первый министр, утверждая, что гора с дворцом существуют, и сказал тогда великан:

— Кликну-ка я всех птиц, какие только есть, — ведь все они подвластны мне. Может им что-нибудь известно.

И созвал он всех птиц, от мала до велика, и расспросил их, и ответили они, что ничего не знают о горе со дворцом.

— Ну, — сказал великан, — убедился теперь, что этого в мире нет? Послушай меня: возвращайся, потому что золотой горы и жемчужного дворца нет на свете!

Но продолжал упорствовать первый министр и говорил, что они обязательно существуют, и тогда сказал второй великан:

— Еще дальше в пустыне живет еще один мой брат, ему подвластны все ветра, а они веют по всему миру, — может, и впрямь что-нибудь знают.

И снова отправился в путь первый министр, и снова шел по пустыне много-много лет, пока не повстречал великана, такого же огромного, как двое первых; и нес на себе третий великан такое же большое дерево, как и те, которые несли его братья. Стал и этот великан расспрашивать первого министра, и тот рассказал ему, как и первым двум, всю историю. Отмахнулся от него и третий великан, но упросил его первый министр, и согласился тот оказать ему милость: созвать все ветра и спросить у них. И созвал великан все ветра, и расспросил каждого. Но ни один из них знать не знал ни про золотую гору, ни про жемчужный дворец.

И сказал великан:

— Ну, видишь теперь, что глупостей тебе наговорили?

Разрыдался тогда первый министр:

— Я точно знаю, что эта гора и этот дворец существуют!

Тут прилетел еще один ветер. И разгневался на него повелитель ветров:

— Почему опоздал? Не приказал ли я всем ветрам явиться? Почему не прибыл вместе со всеми?

Ответил ветер:

— Задержался я из-за того, что должен был доставить царскую дочь к золотой горе с жемчужным замком.

Ох, как обрадовался первый министр — ведь ему посчастливилось услышать то, к чему он стремился!

И спросил тогда у того ветра повелитель ветров:

— Скажи-ка, что у них там больше всего ценится?

Ответил ветер:

— Все у них в большой цене.

Обратился тогда повелитель ветров к первому министру:

— Ты так долго искал и столько сил потратил, а теперь денег твоих может тебе не хватить… Чтобы не задержался ты из-за этого, дам-ка я тебе особый сосуд: каждый раз, когда сунешь в него руку, вытащишь оттуда деньги.

И приказал великан ветру доставить первого министра в тот край. И поднялся ветер-ураган, и подхватил его, и перенес туда. Он опустил его у городских ворот, но стояла там стража и не пропустила первого министра. Достал он тогда из сосуда деньги и подкупил стражу. И вошел он в город, и оказался тот городом прекрасным. Пошел первый министр к одному богачу, снял у него угол и заплатил за стол: знал он, что потребуется ему в этом городе задержаться, потому что придется применить всю свою мудрость и смекалку, чтобы вызволить царскую дочь.

А как это ему удалось, раби Нахман не рассказывал, да только известно, что в конце концов удалось.

Амен. Сэла.

Перевел с идиша Авигдор Бен-Эльяким

с разрешения издательства Швут Ами


«Хумаш» — так на иврите называется Пятикнижие — те пять книг Торы, которые были записаны Моше-рабейну Синайского откровения, во время странствий еврейского народа по пустыне. Читать дальше

Бесконечная цепь 1. Тора

Рав Натан Лопез Кардозо,
из цикла «Бесконечная цепь»

Пятикнижие — самая важная часть Танаха. Она представляет собой не что иное, как голос Всевышнего, сообщающего человечеству Свою волю посредством письменного слова. Сюжеты и заповеди Торы заставляют человечество задуматься над реальностью. Что делать человеку со своей жизнью? Как ее возвысить, освятить? И прежде всего — как развить в себе понимание, что жизнь должна быть освящена? Тора отвечает тому, кто спрашивает. Для тех, у кого нет вопросов, Тора остается загадкой, в соответствии с известным афоризмом: нет ничего непонятнее, чем ответ на незаданный вопрос. Человек же, по-настоящему ищущий смысл жизни, найдет в Торе интеллектуальную глубину, поразительную психологическую проницательность, благоговейное отношение к жизни.

Правильность текста Торы

Сайт evrey.com

Откуда мы знаем, что современная Тора идентична той, которую получили евреи на горе Синай?

Недельная глава Бо

Рав Исроэль Зельман,
из цикла «Книга для изучения Торы»

Рассмотрим, как начало главы разъяснено в книге р. Леви-Ицхака из Бердичева «Кдушат Леви»