Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Тот, кто отличается крепостью духа, может начать от самого сложного и продвигаться к самому легкому: начать с крайности, пока не дойдет до золотой середины.

Глава десятая

А теперь разберем рамки упования по мнению Рамбама и Рамбана. То, что и так принадлежит человеку и находится в его владении, не имеет к упованию никакого отношения. Допустим, у человека есть деньги в кармане. Должен ли он утруждать себя и опустить руку в карман, чтобы их достать, или уповать на то, что Всевышний и без того вложет их ему в руки? И должен ли человек подносить ложку ко рту или уповать на то, что Всевышний и без того найдет способ поместить пищу ему прямо в рот? Подобных примеров можно привести предостаточно, но, разумеется, это уж никакое не упование, а просто глупость.

Там, где человеку что-то не принадлежит и не находится в пределах его досягаемости, остается лишь уповать, это — ясно. Нюансы и тонкости начинаются лишь там, где что-то вроде бы принадлежит человеку, но, увы, не находится в его владении. Допустим, человек что-то потерял, или у него отняли силой, или даже он что-то одолжил другому, а тот не хочет ему возвращать. Тут уже мы имеем дело с концепцией упования. Хотя, в самом деле, чем это отличается от ситуации, когда вещь ему не принадлежит и не находится в его владении? Разве что, если пришло время возврата долгов, и должник вроде готов заплатить, и у него есть чем, вот только он не понимает, насколько возврат долга критичен. Это уже похоже на ситуацию, когда у человека и так что-то есть, и это нечто в его владении. И, возможно, тут опять не может быть разных мнений, и это подобно залогу.

И если человек думает, что некто — и только он! — может ему оказать определенную помощь, тут многое зависит от обстоятельств. Если действие происходит в безлюдной пустыне, и вся надежда — на единственного попутчика, то здесь мы не обязательно имеем дело с недостатком упования: в данной ситуации, на самом деле, нет никого другого, кто мог бы ему реально помочь. И не случайно же провидение послало ему именно этого человека. Другое дело, если он надеется на него как на единственного, кто может ему помочь, как на единственное возможное решение своей проблемы в принципе. Это уже проявление недостатка упования: ведь разве для Всевышнего что-нибудь может оказаться непосильным? А если человек находится не в пустыне, а в поселении, среди людей, и думает, что некто может сделать ему доброе дело? Здесь тоже нет никакого недостатка в уповании. Другое дело, если он полагает, что никто другой не сможет сделать для него то же самое. Хотя, возможно, и тут разделение между городом и пустыней не столь уж однозначное, и даже если человек, находясь в пустыне, надеется лишь на своего попутчика, это может свидетельствовать о недостатке упования. Ибо как ему знать, что не сможет ему помочь никто другой? Но если он основывается на опыте прошлого, что этот человек уже не раз оказывал ему помощь и расчитывает на него и в будущем, не исключая, однако, другие возможные пути, то это нормально. Нет у него недостатка упования.

Как же научиться упованию? Это зависит от того, насколько человек крепок духом. Тот, кто отличается крепостью духа, может начать от самого сложного и продвигаться к самому легкому: начать с крайности, пока не дойдет до золотой середины. А если человек не столь силен духом, ему стоит начать с более легкого, от которого перейти уже к более тяжелому, и уже затем вернуться к золотой середине.

И об этом говорит Пиание: «Полагайся на Б-га всем сердцем своим, а на понимание свое не опирайся»[1]. Виленский Гаон — так комментирует эти слова: «Не говори: “Я буду уповать на Всевышнего, но я обязан действовать и полагаться также и на свой разум”.» Поэтому сказано: «Не опирайся» — даже в качестве подпорки не опирайся на свой разум, а лишь уповай на Творца всем сердцем своим.

Другими словами, упование богобоязненных людей, по всем мнениям, не нуждается ни в какой подпорке. Им достаточно прямого упования на Творца, а не на различные побочные причины. И это понимание необходимо человеку не только в вопросах упования, а в любой сфере. В каждом поступке, в работе над каждым душевным качеством человек не должен полагаться на свой разум, а делать то, что от него требует Тора и ее законы. Как говорится: «Вверь Всевышнему путь свой»[2]. И там, где мы имеем дело непосредственно с заповедью Творца, требуется немало духовных сил и смелости, чтобы руководствоваться в ней не своим разумом, а исполнить так, как от нас требуется без малейших изменений.

Рамки упования распространяются даже на тех, кто занимается заповедью, даже заповедью, предназначенной для общества, — например, обучением Торе, если он получает за это плату. И только если он занимается этим совершенно бесплатно, не получая за это никаких благ, тогда любые дополнительные старания и усилия только приветствуются. В противном случае, имея даже побочный материальный интерес, с точки зрения обязанности упования ситуация тождественна любому другому деловому предприятию. Более того, если в других делах к нему можно предъявить претензии, то в этом деле он полностью полагается на свое разумение и свои расчеты. При этом он явно является лицом заинтересованным. Соответственно ему необходимо придерживаться путей упования. Иначе пострадает не только его упование, но и все дело, ибо без упования он будет вести себя по своему разумению, разрушить все свое дело, забывая, что все — в руках Небес, и не достигая своей заповедью желаемой цели.

Упование на Творца необходимо и после того, как дело сделано. Можно ли сыскать человека более великого, чем царь Шауль, который был избран Всевышним и который был подобен годовалому младенцу, не вкусившему вкуса греха? И он сделал логический вывод из закона о проламывании шеи телице (эгла аруфа), и даже голос с Небес подтвердил, что все его расчеты были праведными, как доказывают относящиеся к нему слова: «Не будь чрезмерно праведным»[3]. И сам по себе он был необычайно стойким и крепким в своей вере. Настолько, что заявил пророку Шмуэлю: «Благословен Г-сподь… я исполнил слово Всевышнего»[4]. И даже если он и отклонился от заповеди Б-га, то после разговора с пророком Шмуэлем он сам осознал свою вину, сознавшись: «Согрешил я перед Всевышним!»

Что же говорить о таких простых людях, как мы, которых малейшая волосинка пристрастия может лишить всей нашей духовности. Разве мы можем позволить себе идти на компромиссы и расчеты там, где речь идет о заповеди Творца? Да мы просто обязаны соблюдать всю Тору без всяких расчетов и компромиссов! И, завершив свою работу, уповать на Творца.

И в вопросах упования необходимо отказаться от всех личных рассуждений и чрезмерных усердий и полагаться на Творца без всяких побочных причин, поводов и факторов, чтобы не докатиться до пагубного ощущения «моя сила и мощь руки моей доставили мне все это»[5].


[1] Мишлей 3:5

[2] Тэилим 37:5

[3] Коэлет 7:16

[4] I Шмуэль 15:13

[5] Дварим 8:17

С любезного разрешения главного раввина Литвы, р. Хаим Бурштейна


Написано в Торе (Ваикра, 23): «В сукках живите семь дней; каждый коренной житель в Израиле должен жить в суках, дабы знали ваши поколения, что в суках поселил Я сынов Израиля, когда вывел их из Египта». Читать дальше

Строительство сукки

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Как строить и украшать сукку? Законы и обычаи.

Законы нахождения в Сукке

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Избранные главы из «Кицур Шулхан Арух»»

Когда и как нужно находиться в Сукке (праздничном шалаше), чтобы выполнить заповедь? При каких условиях необходимо говорить при исполнении этой заповеди специальное благословение?

Под кровом Всевышнего

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Б-гобоязненный человек позаботится, чтобы за его столом каждый день сидел бедняк; он будет относиться к нему так, словно это один из праотцев, и подаст ему лучшие блюда, как подал бы их небесным гостям.

Кицур Шульхан Арух 135. Законы нахождения в Сукке

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Кицур Шульхан Арух»

Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух