Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Вдумаемся в классическую талмудическую проблему, связанную с недельной главой.

Вавилонский Талмуд в трактате Сота (лист 22) обличает людей, «изображающих праведность и благочестие». Среди них сначала приводятся «благочестивый из-за любви к награде за заповеди (паруш ме-аhава פרוש מאהבה)» и «благочестивый из-за страха перед наказанием за нарушение (паруш ме-йира פרוש מיראה)». Однако Абайе и Рава (главные мудрецы среднего поколения составителей Гемары) говорят, что двух вышеупомянутых «благочестивых» следует вычеркнуть из негативного списка: ведь сказал р. Йеуда от имени Рава «Пусть всегда (леолам לעולם) займётся человек Торой и заповедями даже не во имя её (ше-ло ли-шма, [שלא לשמה] т.е., не ради самой Торы), ибо изнутри [занятия] не во имя её придёт к [занятию] во имя её[1]

В трактате Санhедрин (лист 105) разъясняется подробнее: «Пусть всегда займётся человек Торой и заповедями даже не во имя её (не во имя Торы), ибо изнутри [занятия] не во имя её придёт к [занятию] во имя её, ведь в награду за сорок два жертвоприношения, которые принёс Балак (см. в тексте этой главы), удостоился, и произошла от него Рут (Рут, принявшая иудаизм и ставшая прабабушкой царя Давида, происходит от царя Балака)». Отметим, что занятие «не во имя Торы» может привести к «занятию во имя её» вовсе не обязательно в той же человеческой жизни: от царя Балака, который, как известно, так и не собрался «исполнять заповеди во имя Торы», до Рут, которая это сделала, прошло несколько поколений.

В трактате Псахим (лист 50) Рава (упомянутый выше) сравнивает два стиха из псалмов (57-го и 108-го): «Написано: “Ибо велика — до небес[2] — Милость Твоя”, и написано: “Ибо велика — выше небес — Милость Твоя” Как [объяснить]? Тут (во втором стихе) — о делающих [заповеди] во имя её, а тут (в первом стихе) — о делающих заповеди не во имя её (их награда не так велика)[3].» Комментарий Тосафот (поколение внуков и правнуков Раши) задаёт вопрос: «Удивительно! Ведь Рава сам сказал во второй главе трактата Брахот, что “всякий занимающийся Торой не во имя её — лучше ему было не рождаться” (и почему же тут Рава говорит, что у такого человека есть награда, пусть не самая большая). И говорит (разъясняет противоречие) рабейну Ицхак (правнук Раши, традиционно называемый главным составителем комментария Тосафот), что там (в трактате Брахот) сказано, например, о том, кто учит, чтобы гордиться, и препираться (лекантер לקנטר), и подрезать своих товарищей Законом (т.е., специально чтобы ловить соучеников на ошибках), и не учит, чтобы делать (т.е., не изучает ради исполнения изученного Закона, и такому “талмудисту” лучше было не рождаться), а тут говорится о том, кто… не хочет ничего плохого, просто [не делает во имя Торы] из-за лени, и, несмотря на это, — “до небес — Милость”.»

В трактате Таанит (лист 7) приводится: «Учили, что сказал р. Бнаа: Всякий занимающийся Торой во имя её — делается [она] для него эликсиром жизни (сам хаим סם חיים) всякий, занимающийся Торой не во имя её — делается [она] для него эликсиром смерти (сам мавэт סם מות)». И комментарий Тосафот (похожий на приведённый выше из трактата Псахим) спрашивает: «И тяжело [понять] — разве не написано “всегда пусть займётся человек Торой и заповедями даже не во имя её, ибо изнутри [занятия] не во имя её придёт к [занятию] во имя её” (а в этом трактате получается, что это занятие, к которому вроде бы призывает Талмуд, является смертоносным)?! И можно сказать (разъяснить противоречие), что есть два вида “занятий не во имя”. То, что говорится “пусть всегда займётся даже не во имя”, — это когда учится (не ради самой Торы), чтобы называться “рабби” или чтобы уважали его. А то, что говорится тут — что “делается ему эликсиром смерти”, — о том, кто учится, чтобы препираться (т.е., чтобы досаждать другим)».

Так же отвечает на это противоречие Тосафот и в трактате Брахот (лист 17), и в трактате Назир (лист 23).

Из вышеприведённого узнаём определение рекомендованного Талмудом занятия «не во имя самой Торы» (приводящего к правильному изучению «во имя её»). Разрешается (на первом этапе) изучать Тору и исполнять заповеди ради обретения регалий и уважения. Однако если человек «хочет чего-то плохого» (по выражению р. Ицхака из Тосафот трактата Псахим), изучение «не во имя Торы» становится смертельно опасным, такому человеку не стоило и рождаться.

Серьёзная, как кажется, проблема возникает, если мы — на фоне всего вышесказанного — вспомним, откуда выводится само разрешение изучать «не во имя», кто является для Талмуда главным примером, показывающим, что следует изучать и исполнять, даже не во имя самой Торы. Как приведено выше из трактата Санhедрин, источник самой идеи хорошего отношения к изучению и исполнению по посторонним причинам — моавитский царь Балак. Человек, вызванный моавитянами и посаженный на трон «не во имя» этого трона — не чтобы царствовать, а чтобы «решить еврейский вопрос» (спасти Моав от «еврейской интервенции»). Человек, все намерения которого были, как написано в тексте главы, — «проклясть» и «прогнать» евреев. Именно его сорок две жертвы (принесённые, чтобы добиться этого проклятия) — доказательство рекомендованного Талмудом изучения «не во имя».

Как это понимать? Ведь несколько раз Тосафот разъяснил, что разрешается действовать не во имя самой Торы, только если человек «ничего плохого не хочет», а собирается выделиться, получить почёт! Балак же именно что «хотел плохого», пытался своим служением Б-гу испортить жизнь целому народу, и, казалось бы, из его примера следует выучить, наоборот, что «делающему не во имя не стоило и рождаться» или что его действия «становятся эликсиром смерти»!

Это, кстати сказать, тоже приводится в книгах: например, «Ор hа-Хаим» подмечает, что просьба царя Балака, обращённая к колдуну Биламу, «прокляни мне (ара ли ארה לי) этот народ» обернулась личной трагедией: в конце главы описывается, как вместе с руководителем колена Шимона погибла от удара копья дочь Балака — Козби: вышло, что слова «прокляни для меня» прозвучали как «прокляни меня».

Как же объяснить мнение Тосафот о разрешённом и даже желательном действии «не во имя самой Торы»?

Очевидно, что царь Балак — не пример для подражания (ради проклятия еврейского народа служить Б-гу не следует), однако из его истории всё-таки выводится, что служение «не во имя» допускается и даже приветствуется. Да, сам Балак как раз подходит под отрицательное определение — ему (ему лично!) лучше было не рождаться, чем так себя вести: погибает его дочь Козби, погибает и он сам (как приводит арамейский перевод Йонатана, сына Узиэля, в главе Матот, Цур, убитый по время «войны возмездия» против Мидьяна, это Балак). И всё-таки, несмотря на недопустимые намерения (убившие его самого), благодаря его служению, его жертвам — через несколько поколений — моавитянка Рут примет иудаизм и вольётся в род Машиаха. То есть, из жизни царя Балака выводится, что любое служение (даже предпринятое с ужасными целями) ведёт к какому-то хорошему результату — пусть через несколько поколений. Что бы ни стояло за исполнением заповедей и изучением Торы, нечто позитивное из этого обязательно выйдет.

Другое дело, что никакой позитив не спасёт самого человека, служащего Творцу ради совсем неприглядных целей. И комментарий Тосафот поясняет, ради чего следует «служить не во имя», чтобы сам «служитель» не был наказан, как Балак.

С этим связана тонкость в тексте Талмуда — в основной полемической формуле из трактата Брахот («всякий занимающийся Торой не во имя её и т.д.» — см. выше), где сказано, что «ему» (исполнителю действия) «лучше было не рождаться», и это не означает, что самому действию (благому, хоть и сделанному с ужасными намерениями) не следовало совершаться.


[1] Т.е., утверждается, что, изучая Святые Книги «не во имя их самих» (с посторонней целью), человек непременно увлечётся содержанием и смыслом изучаемого, забудет о корыстном интересе, и углубление в Б-жественную Мудрость станет для него самоценным.

[2] Т.е., находится в границах «нижнего», материального мира.

[3] Сначала разъясняется второй стих, поскольку служение «во имя» предпочтительно, «изначально», с него следует начать толкование.

Из «Книги для изучения Торы»


В Суккот среди евреев принято проявлять особенное гостеприимство: Б-гобоязненный человек позаботится, чтобы за столом в его сукке каждый день сидел бедняк; он будет относиться к нему так, словно это один из праотцов, и подаст ему лучшие блюда. Ведь в наших книгах написано, что кроме гостей земных, каждый день праздника Суккот к нам в сукку приходят и небесные гости-ушпизин. Читать дальше