Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Во всех своих действиях человек должен сосредотачиваться на мысли о том, что желает заработать деньги, чтобы ему было на что жить, и у него была бы возможность служить Г-споду, изучая Тору и исполняя заповеди.

Рассказывают наши мудрецы, благословенна их память (Тур Орах хаим, 290), что Тора спросила Всевышнего: «Когда народ Израиля войдет в (дарованную ему) землю, один побежит к своим масличным деревьям, другой — в свой виноградник… Что же будет со мной?» Он ответил ей: «Субботний день будет супругом твоим». Подобное мы находим также и в Иерусалимском Талмуде: «Лишь для того даны Израилю субботы и праздники, чтобы заниматься в эти дни Торой» (Шабат, 15:3). Ведь во все будние дни люди погружены в свою работу и торговлю, и у них нет времени для основательных занятий Торой, а в субботу они свободны от работы и могут заняться ею как следует. Поэтому там, где сказано в Талмуде (Гитин, 38б): «По следующим трем причинам владельцы имущества лишаются его…», в качестве одной из них названа та, что они устраивают субботнюю трапезу в то время, когда в Доме учения идет публичное толкование Торы [в субботу после часов дневного отдыха, как это принято и в наше время]; трапезу же следует устраивать до или после того. Сказанное в Гемаре — открытое порицание в адрес людей, которые прогуливаются в это время по улицам и площадям: ведь если запрещена субботняя трапеза, которая сама по себе является заповедью, поскольку в этот час она расценивается как пренебрежение изучением Торы, то тем более это относится к прогулкам или пустым разговорам.

Мы видим в Писании такие слова: «На всех путях твоих познавай Его, и Он выпрямит их» (Мишлей, 3:6). Писание говорит этим следующее: когда человек занимается материальными делами, во всех своих действиях он должен сосредотачиваться на мысли о том, что желает заработать деньги, чтобы ему было на что жить и у него была бы возможность служить Г-споду, изучая Тору и исполняя заповеди*1. Тогда Г-сподь сочтет все пути этого человека прямыми и праведными, и он будет вознагражден за все, что делал, идя этими путями. Но все это — лишь в том случае, если в промежутки времени, которые остаются свободным для учебы, или в субботу, когда человек очевидным образом свободен от работы, он бежит изучать Тору. Совсем другое дело, если свое оставшееся свободное время он тратит на прогулки и прочие пустые дела: тогда он теряет не только это время (потерянное для Торы), но и награду за все свои дела, которые делал во все дни недели.

На что это похоже? Человек потратил двадцать тысяч рублей на постройку многоквартирного дома. Там были двадцать квартир для сдачи в аренду, за которые можно было получать три тысячи рублей в год. Но после того, как дом был полностью завершен, он запер все квартиры и не дал ни одному человеку вселиться туда в течение целого года, и все это — без всякой причины. Встретил его один человек и сказал ему: «Ты — глупец! Потратил двадцать тысяч рублей без всякой пользы — ведь дом стоит пустым уже целый год!»[1] Точно так же — и в обсуждаемом нами вопросе: если в то время, когда человек свободен от работы, например, в субботу и т. п., он торопится приняться за изучение Торы, это означает, что была польза во всем, что он делал в течение всех дней недели, и тогда Г-сподь сможет явить ему милость и решить, что также и во всех своих делах до этого дня шел он путями прямыми, как сказано: «И Он сделает прямыми пути твои» (Мишлей, 3:6). Совсем другое дело, если человек занимается в свое свободное время делами пустыми: это само по себе свидетельствует о том, что все, что он делал до того, тоже никоим образом не делалось во славу Г-спода, и потому все его труды были напрасны.

*1 Подобное этому находим в Гемаре: «Намеревающийся (делать какое-то дело) подобен тому, кто уже делает его» (Бава меция, 91б). [Объяснение: когда (при сборе винограда или других плодов наемный работник) переходит с одного ряда на другой, он, хотя и не исполняет при этом никакой работы для хозяина, — тем не менее, поскольку его цель — продолжить работу на новом ряду, переход засчитывается ему как работа]. По этой причине работнику можно есть плоды, принадлежащие хозяину, согласно разрешению Торы: «Когда придешь в виноградник ближнего своего, можешь есть виноград, сколько пожелает душа твоя, досыта» (Дварим, 23:25). Речь там идет о наемном работнике на завершающем этапе работ, как объясняют наши мудрецы (сказанное о винограде относится ко всем плодам на этом этапе) (см. Бава меция, 87б). Подобное этому находим также в законе о запрете переноса вещей внутри общественного владения на расстояние четырех локтей и более (Шабат, 5а): тот, кто перенес вещь на четыре локтя внутри общественного владения, но останавливался в пути (отдохнуть), не нарушил запрет Торы (поскольку как до, так и после остановки перенес менее чем на четыре локтя). Однако если остановился, чтобы поправить груз на плече, — это не считается остановкой, поскольку в этом случае он остановился только ради того, чтобы иметь возможность продолжить путь и завершить переноску. Точно так же и здесь: человек, вставая утром, принимает на себя бремя Небесного царства и бремя заповедей, чтобы служить Г-споду всем, чем он сможет, и когда после этого он идет по своим делам, он делает это тоже лишь для того, чтобы, в конечном счете, извлечь из этого пользу в служении Г-споду, — и потому все его дела будут засчитаны ему как служение.

Подобная идея приводится и в книге Толдот Йеошуа [большого мудреца Торы р. Йеошуа Геллера, будь благословенна память праведника]. Там объясняется сказанное в Мишне (Пиркей авот, 4:10): «Если ты отвлекался от изучения Торы, то позаботятся с Небес, чтобы и в будущем у тебя было много поводов отвлекаться; но если ты усердно трудился над Торой, то у Б-га есть для тебя щедрая награда». Смысл сказанного в следующем: если ты не занимался Торой в свободное время, то с тебя будет взыскано также и за остальное время, в которое ты не занимался ею, домогаясь пустых удовольствий, — после того, как стало совершенно очевидно, что в твоих мыслях и намерениях не было ничего во славу Г-спода. Но если ты трудился над Торой в свое свободное время, — тогда «есть у Него для тебя щедрая награда» — даже за прочие твои дела, поскольку все они стали причиной исполнения воли Г-спода.

Из всего сказанного мы приходим к следующему выводу: человек должен приложить все свои силы к тому, чтобы субботний день не был растрачен у него на пустые дела. Все время, кроме потраченного на субботние трапезы и сон, насколько человек нуждается в нем ради своего здоровья, он должен стараться посвятить занятиям Торой и молитве. Тогда также и шесть будних дней недели будут считаться у него посвященными служению Г-споду. Так установлен закон в Орах хаим (290:2): наемные работники и хозяева (какого-либо дела), которые не изучают Тору в будние дни, обязаны заниматься Торой в субботу больше, чем люди, которые занимаются ею всю неделю.

В Тана двей Элияу раба, гл. 1, сказано следующее: «Человек работает все шесть дней и отдыхает в день седьмой; он добродушен и ласков с детьми и домочадцами. И вновь работает в шесть будних дней недели и отдыхает в седьмой, забывая все свои горести. Таково свойство человека: хороший день заставляет забыть плохой и т. д. Сказал Святой Творец Израилю: разве не написал Я вам в Моей Торе: “Не отойдет эта книга Торы от уст твоих” (Йеошуа, 1:8)? Хотя вы и заняты работой все шесть дней недели, — суббота пусть будет у вас вся посвящена Торе. Поэтому сказали мудрецы: пусть человек встает в субботу пораньше и учится, затем идет в Дом молитвы и в Дом учения, читает Тору и пророков, а потом пусть идет домой, ест и пьет, чтобы исполнить сказанное в Писании: “Иди, ешь в радости хлеб свой… ибо уже благосклонен Б-г к делам твоим” (Коэлет, 9:7), — ибо мир и покой у Святого Творца — лишь с изучающими и исполняющими Тору… На основании этого сказали мудрецы, что человек должен горячо молиться о том, чтобы он мог крепко удерживать изучаемое им*2, чтобы не постигли его стыд и позор в день суда, — в тот час, когда ему скажут: “Предстань и приготовь письменную Тору и Мишну (устную Тору), которые ты изучал”».

*2 См. в книге Нахаль кдумим, гл. Ваэтханан сказанное там со ссылкой на книгу Ташбец: как полагает автор, то, что человек в той или иной мере забывает Тору, которую учит, не помешает ему[2]. Возможно, однако, что речь идет о забывании вынужденном (например, из-за болезни). Также представляется, что тот ангел напоминает, во всяком случае, лишь о том, что человек ясно понимал во время учебы, как сказали наши мудрецы (Кидушин, 30а) по поводу стиха Торы: «И обучай им сына своего» (Дварим, 6:7). Они сказали: слова Торы должны быть точными и ясными в устах твоих, — так, что если спросят тебя, ты не раздумывал бы, а мог ответить сразу. Другими словами, нужно, чтобы выученное было подобно вещи, которую человек крепко держит в руках и может показывать всем. Тогда он сможет приготовить и доложить в день суда то, что он учил в письменной и устной Торе.

Я полагаю, что следует дополнительно разъяснить глубокий смысл приведенного изречения мудрецов. В качестве введения упомяну то, что я слышал от имени одного выдающегося мудреца Торы: в этом мире не дают награду за исполненные заповеди, ибо нет в нем места для того, чтобы, как говорят, «накрыть стол» для исполняющих заповеди, как это ясно из сказанного мудрецами: «Лучше один час наслаждений будущего мира, чем все удовольствия этого мира» (Пиркей авот, 4:17). Я спросил: если это так, то как следует понимать слова Писания: «И платит ненавидящим Его “в лицо” им, чтобы погубить их» (Дварим, 7:10)[3], если в нашем мире такая плата невозможна?

Мне хотелось бы объяснить это посредством следующей притчи. Некий обманщик, подделывавший деньги, выпущенные в обращение царем, уговорил одного вельможу купить у него сотню его фальшивых банкнот. Но когда тот дал ему в уплату за них всего одну настоящую банкноту, обманщик спросил: я дал тебе сто, а ты даешь мне за них всего одну? Вельможа ответил: разве твои деньги подобны моим? Ведь твои — фальшивые, а моя банкнота — настоящая! Обманщик ответил ему: какая разница? То бумага — и это бумага! А тот отвечает ему: ты — великий глупец! Ведь мою банкноту я могу принести в царское казначейство и обменять ее на любые денежные знаки, какие пожелаю, и встретят там меня с почетом! А твои банкноты — фальшивые, и если только я принесу их туда, их там быстро распознают, поскольку на них нет подписи царя, и тогда не сносить мне головы перед царем из-за них! Я могу сбывать их только там, где невежественные люди не в состоянии распознавать подделки, и цена им — грош!

Точно так же и здесь: заповеди, исполняемые народом Г-спода, несомненно, исполняются по воле Того, Который заповедал их, — и, несомненно, на них есть Его «подпись». Сказали об этом наши мудрецы (Рут раба, 5:6): «Когда человек исполняет заповедь, пророк Элияу вместе с царем Машиахом записывают ее, а Святой Творец удостоверяет запись Своей подписью; об этом сказано: “Тогда говорили друг с другом боящиеся Г-спода… и записано было в памятной книге перед Ним” (Малахи, 3:16)». [Некоторый намек на это есть также в Торе — в нескольких местах, где дается заповедь и сразу вслед за ней сказано: «Я — Г-сподь». Наши мудрецы трактовали это так: «“Я — Г-сподь” — верный в воздаянии» (см. Ваикра, 22:33 и Раши там); это подобно тому, как царь подписывается на выпущенных им в обращение банкнотах]. По такому документу, как только он будет предъявлен в высших мирах, несомненно, будет сразу же выплачена награда — с великим почетом (и для предъявителя ее исполнятся слова наших мудрецов): «Лучше один час наслаждений будущего мира, чем вся жизнь в этом мире». Очевидно, что невозможно разменять такую «банкноту» в этом мире. Но с нечестивцем все обстоит иначе: ведь те немногие заповеди, которые числятся за ним, надо полагать, никоим образом не исполнялись во славу Г-спода, а только во имя тех или иных интересов и ради почестей. Безусловно, заповеди такого рода не несут на себе подписи Г-спода; они — словно фальшивки, на которых нет подписи царя. Когда такие «банкноты» приносят в Мир истины, оказывается, что они там ничего не стоят, и даже наоборот, — возбуждают гнев Царя на того, кто их предъявляет. [Я вижу некоторый намек на все это в Пиркей авот (1:14): «Он (Илель) говорил: если не я[4] за себя, то кто за меня?» Это означает: если исполненные мной заповеди не подписаны именем Святого Творца, то есть именем Ани[5], то какие ангелы смогут сделать мне какое-то добро? Далее там сказано: «А если я за себя, то что же я?» Это означает: если Святой Творец (Ани) будет смотреть только на меня самого и не присоединит к моим заслугам заслуги отцов, насколько важным я окажусь для Него?] Однако Творец, по великой доброте и милости Своей, не лишает награды ни одно из Своих творений, даже нечестивцев, и дает награду даже им. Но место, в котором Он платит ее им, — это «мир лжи», поскольку его заповеди исполнялись в обмане и лжи. Поэтому и награда ограниченна. Потому-то и говорит мидраш, что человек должен заботиться о том, чтобы он мог удержать в руках то, что учил, чтобы ему не стыдно было предстать с этим перед Высшим судом в час, когда ему скажут: «Предстань и приготовь Писание и Мишну, которые ты изучал». Другими словами, если человек учится ради того, чтобы оспаривать и унижать мудрецов или из-за каких-то личных интересов, его наверняка постигнут стыд и позор, когда он станет показывать свой «товар», отвратительный Г-споду. [Но если человек «просто учится», — это хорошо, так как считается учебой ради Торы].

Попутно я хотел бы объяснить еще кое-что. Если верно, что сила Торы и заповедей столь велика, что каждая заповедь подписана именем Г-спода, — то почему же лишь немногие люди понимают, что нужно гнаться изо всех сил за каждой такой вызывающей уважение «банкнотой»? Объяснение состоит в следующем. Известно, что мелкие бумажные деньги, например, достоинством в один рубль, знакомы всем, тогда как двадцатипяти-, пятидесяти — и тем более сторублевые купюры незнакомы значительной части деревенских жителей[6]. В то же время крупные банкноты достоинством несколько тысяч рублей даже в небольших городах не всем знакомы; их знают лишь в банках, в которых они имеются. С денежными документами на сотни тысяч рублей и более даже в банках, за исключением самых крупных, незнакомы. А уж финансовые документы, стоимость которых — тысяча миллионов рублей и более, даже в самых больших банках — это нечто новое и необычное, поскольку подобные документы практически невозможно найти. Общее правило таково: чем больше достоинство денежного документа, тем меньше людей, которые понимают в нем. Так следует ли удивляться тому, что люди не понимают ценности Торы и заповедей? Ведь это документы такой стоимости, что даже высшие ангелы не в состоянии до конца постичь его великую ценность, о которой сказано: «Ничей глаз не видел, кроме Твоего, о Б-же, того, что сделает Он (в награду) ждущим Его» (Йешаяу, 64:3), — так как же могут обитатели этого мира понять величайшую ценность (Торы и заповедей)? Мы понимаем, что документ этот — очень важный и достойный уважения, но постичь всю его великую ценность мы не в состоянии.


[1] То есть тот глупец потерял не только три тысячи рублей, которые мог получить за прошедший год, но и все двадцать тысяч.

[2] Не помешает достойно отчитаться за свою Тору в день суда, поскольку после того, как человек покидает этот мир, его встречает ангел, помогающий ему вспомнить Тору, которую он учил, — если учил ее ради нее самой.

[3] Это означает: платит им за их (немногие) хорошие дела в этом мире; см Раши и Таргум там.

[4] «Я» на иврите — ани.

[5] Раши в трактате Сукка, 45а объясняет, что Ани — это одно из семидесяти двух имен Всевышнего.

[6] Здесь необходимо принимать во внимание масштаб цен в эпоху написания этой книги (конец 19-го — начало 20-го века).


Йеуда, который умел нести ответственность за свои поступки, удостоился стать родоначальником царской династии. Постараемся понять, в чем именно проявляется ответственность, и как, согласно Торе, можно стать ответственным человеком? Читать дальше