Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Человек не достигает к часу смерти и половины того, что он вожделел»Коэлет Раба 1, 13
О вознаграждении брокера, действия которого противоречили воле клиента, но привели к получению прибыли («Мишпатей а-Тора», глава 79). Размер имущественного ущерба и мнение Галахи.

Брокер получил указание купить за деньги клиента акции определенной компании на сумму миллион долларов. Проанализировав данные о сделках этой компании, брокер пришел к выводу, что она находится в тяжелом положении. В то же время ему стало известно, что другая компания, конкурирующая на рынке с первой, готовится заключить большую сделку по закупке товара, что свидетельствует о ее устойчивом положении. Исходя из этого, брокер предпочел купить на указанную сумму акции второй компании, не имея на то полномочий.

Неделю спустя выяснилось, что расчет брокера оказался верным. И даже более того акции первой компании потеряли 20% своей стоимости, в то время как акции второй компании поднялись на 30%. Поэтому брокер попросил у своего клиента добавить к его вознаграждению 5% от прибыли, полученной в результате предпринятых им действий. Однако клиент отказывается удовлетворить просьбу брокера о премии.

Вопрос: Имеет ли право брокер в данном случае требовать дополнительные премиальные?

Ответ: Клиенту следует дать брокеру хорошую надбавку, поскольку именно самостоятельным действиям брокера он обязан полученной прибылью. Размер премиальных клиент определяет сам. Тем не менее, если клиент все же откажется делиться с брокером прибылью, раввинский суд не может обязать его сделать это, и у брокера по отношению к клиенту может быть только «таромет»1 (обида).

Источник закона

Гемара (Вавилонский Талмуд, «Бава Меция», лист 104 стр.1) разбирает ситуацию с «арисом» (издольщиком — т.е. человеком, который взял поле в аренду на определенное время, часть урожая берет себе в качестве вознаграждения, а часть отдает хозяину поля), которому хозяин поля поставил обязательное условие: сеять только кунжут. При этом нам известны две особенности кунжута: с одной стороны, он дороже, чем, например, пшеница, но с другой стороны, кунжут значительным образом ослабляет, портит землю, снижая ее плодородные свойства. Арис ослушался, купил за свои деньги пшеницу и посеял ее.

В итоге стоимость выросшей пшеницы в тот год оказалась равна стоимости кунжута. Получается, что хозяин не потерял в деньгах, и более того он получил дополнительную прибыль, ведь принадлежащая ему земля не ухудшила свои плодородные свойства. Может ли арис рассчитывать на какие-то бонусы со стороны хозяина земли? Гемара приводит мнение рава Аши, который говорит, что, несмотря на прибыль (земля не ухудшилась), договоренность остается прежней.

Рамбам («Законы аренды», глава 8, алаха 14) постановляет алаху в соответствии с мнением рава Аши и добавляет: «Нет у одного ко второму ничего, а только “таромет”.»

«Шулхан Арух» («Хошен Мишпат», глава 326) приводит мнение Рамбама в качестве закона, не объясняя, что имеется в виду, и наши законоучители разошлись во мнениях относительно того, как понимать Рамбама — другими словами, у кого и к кому есть таромет в данной ситуации.

«СМА»2 приводит два мнения. По первому из них, таромет относится к хозяину поля, который обижен на издольщика за то, что тот ослушался. Данной точки зрения придерживаются Таз3 и Виленский Гаон. Согласно объяснению Таза, хозяин поля может предъявить издольщику претензию: «Если бы ты засеял поле кунжутом, как я просил — кто знает, может быть, кунжут стоил бы даже больше ожидаемого, и в результате я бы заработал еще больше денег?!» Однако, пишет Таз, нет у хозяина поля никакого основания истребовать деньги на основании такой претензии через суд, поскольку все то, о чем он говорит — не более чем вариант развития событий, который когда-то представлялся возможным, а на деле выросла пшеница, которая по стоимости оказалась равна гипотетической стоимости кунжута. Стало быть, нет у хозяина поля имущественной претензии по отношению к арендатору, и лишь таромет есть у него.

Но сам автор «СМА», а также «Магид Мишнэ», Бах и Шах, убеждены, что Рамбам имеет в виду неприязнь арендатора по отношению к арендодателю, и вызвана она отказом последнего поступить по справедливости и выплатить вознаграждение с учетом дополнительной прибыли, которую он обеспечил хозяину своими самостоятельными действиями. (Земля не ухудшилась, а денежная прибыль оказалась идентична ожидаемой от кунжута).

Здесь необходимо сделать небольшое отступление и оговорить две вещи, характерные для случая с брокером:

  • 1. Брокер это «шалиах», т.е. посланник хозяина имущества, которому было поручено вкладывать деньги путем приобретения акций. В итоге именно эти акции и «произвели» прибыль, что несколько отличается от приведенной ситуации из Гемары, поскольку там образование прибыли было изначально обусловлено соединением двух факторов — зерна, купленного за деньги издольщика, и земли, предоставленной хозяином.
  • 2. Брокер одинаково утруждается при покупке акций первой или второй компании. А значит, не полагается ему премия непосредственно за затраченные усилия.
  • Итак, с точки зрения буквы закона брокеру не полагается надбавка. Но уже сказано выше, что Рамбам и «Шулхан Арух», постановивший алаху по нему, считают, по всей видимости, что когда самостоятельные действия шалиаха, о которых его не просил посылающий, приносят посылающему дополнительную прибыль, и более того, именно это отклонение от приказа посылающего привело к упомянутой прибыли в таком случае следует дать посланнику надбавку, а если ему не дают разрешается ему быть недовольным (таромет).

    Мы знаем, что если бы брокер купил акции первой компании, сделав все так, как ему поручил клиент клиенту был бы причинен имущественный ущерб в 20%, и тем, что брокер решил поступить по-своему, он спас деньги клиента и принес прибыль в размере 30%. А если так, то «свара» (логическое обоснование) Таза7, что у хозяина поля есть неприязнь (таромет) к издольщику, поскольку тот его ослушался, в нашем случае не применима. В то же время позиция, которую высказывают «Магид Мишнэ»4, «СМА», Бах5, и Шах6 (а, по их мнению, это мнение разделяют Рамбам и «Шулхан Арух») выглядит логично: посылающему следует доплатить посланнику хорошие премиальные за дополнительную прибыль, которую тот принес, а если не добавил разрешается посланнику «таромет» по отношению к посылающему.

    А теперь немного изменим ситуацию.

    Брокеру было поручено купить определенные акции, или же клиент изначально условился с брокером о том, что он будет покупать для него акции (и конкретная покупка была осуществлена без ведома клиента).

    Вопрос: Каково будет решение раввинского суда, если и в итоге прибыль оказалась выше ожидаемой?

    Ответ: В этом случае брокеру доплата не полагается.

    Источник закона

    В данной ситуации изначально было определено, что брокер осуществляет покупку акций и получает за это определенную плату. Поэтому вне зависимости от того, покупает ли брокер строго определенные акции, которые требовал заказчик, или, напротив, этот брокер нанят, чтобы приобретать акции на свое усмотрение в обоих случаях получается, что его гонорар определяется первоначальным соглашением, а плату свою он получает за сделанную в соответствии с желанием клиента работу. А значит, нет в этом случае никакой причины платить добавочные премиальные, даже с точки зрения «лифним мишурат а-дин»8.

    1 таромет это алахическое понятие, дословно означающее «недовольство», «негодование». по мнению «Тиферет Исраэль» («Бава Меция», глава 6, мишна 1), под «таромет» подразумевается просто факт обиды, т.е. обидчик не обязан платить деньги не только с точки зрения земного суда, но и с точки зрения Небес. рав Ицхак Блейзер в книге «Нетивот Ор» («пути Света», стр.58) пишет, что таромет — это фактически «дин», т.е. судебное решение, согласно которому можно человеку негодовать, быть недовольным поступком ближнего, несмотря на то, что есть запрет на «акпаду», т.е. предъявление человеку претензий (тема, требующая отдельной статьи, а то и нескольких), когда это не связано с восстановлением справедливости через суд, а значит, и на таромет. рав Блейзер снимает это противоречие, объясняя, что в случае, когда человеку нанесена серьезная обида, у него появляются законные основания для таромет, а запрет действует лишь в случае, когда обида не столь серьезна. «Нафка мина» (практическая польза) от разрешения на таромет состоит в том, что обидчик испугается, что кто-то «держит на него зло» и предпочтет умиротворить обиженного. Однако раши (Вавилонский Талмуд, «Бава Меция», лист 52 стр.2) объясняет, что обидчику лучше заплатить, потому что обиженный пойдет и расскажет всем, что обидчик — недобросовестный партнер. Возможно, слова раши означают, что таромет — это еще более строгая вещь, потому что таромет фактически «отодвигает» запрет злословия. — прим. ред.

    2 «Сефер Меират Эйнаим», «сма» (Книга, освещающая взор) — самый первый комментарий к «Хошен Мишпат» четвертой части кодекса «Шулхан Арух». Написана Йеошуа Фальком (1555 1614), который был учеником рамо и Мааршаля. Обычно его мнение считается решающим в вопросах еврейского судебного права. раби Фальк также известен как автор комментария на «Арбаа Турим», состоящего из двух частей: «дриша» («Исследование») и «приша» («Комментарий»). р. Йеошуа Фальк был равом многих общин, преподавал в ешиве во Львове, основанной специально для него. Там он воспитал учеников, которые «рано вставали, поздно ложились и презирали блага этого мира».

    3 Раби Давид бар Шмуэль Леви (Таз, 1586–1667) выдающийся законоучитель Западной Украины, Западной Белоруссии и Великой польши, один из духовных лидеров своего поколения; автор комментария на «ритуальный» раздел «Йоре деа» кодекса «Шулхан Арух» («Наставляющий мудрости»), получивший название «Турей Заав» («Золотые ряды»), или сокращенно «ТАЗ», по этой аббревиатуре начали называть и самого автора. Зять Баха. Занимал раввинские должности в ряде местечек и городов, после чудесного спасения от казаков Хмельницкого вернулся в польшу и стал главным «бодеком» (проверяющим кошерность забоя скота) в Лемберге (Львове), а потом и раввином всей округи этого города. Написал комментарии на все части «Шулхан Арух», но особую славу заслужили его комментарии на разделы «Йоре деа» и «Орах Хаим», которые печатаются рядом с основным текстом кодекса. Эти комментарии приобрели статус одного из самых авторитетных источников алахи.

    4 «Магид мишнэ» комментарий на «Мишнэ Тора» рамбама, который написал раби Видаль Йом-Тов ди Толедо (1283—1360), которого с тех пор называют рав а-Магид. Печатается в каждом издании «Мишнэ Тора»

    5 Раби Йоэль бар Шмуэль Яфе известный также как раби Йоэль Сиркис (Бах, 1561–1640) — выдающийся законоучитель. по утверждению каббалистов, его душа не претерпела цепи предшествующих воплощений — это была новая душа, впервые посетившая этот мир («праким бетолдот Исраэль», ч.2). Учился в люблинской ешиве, а затем в Бриске у рава Цви Гирша Шора, одного из учеников рамо. Был раввином в целом ряде общин: в местечках пружанах под Слонимом и Ловомиле под Хелмом, а затем в Меджибоже, где р. Йоэль основал большую ешиву. Нуждающихся учеников он обеспечивал на средства собственной семьи. Значительную материальную помощь ему оказывала мать жены, ребецин Сирка (отсюда и его фамильное прозвище — Сиркис, т.е. зять Сирки). Возглавлял общину в галицийском городе Белзе, впоследствии был приглашен на пост главного раввина в Бриск, а потом в Краков, где возглавил ешиву. В период руководства краковской ешивой сместил упор в программе на изучение практической алахи. Уроки, данные им в ешиве, легли в основу его книги «Байт Хадаш» («Новый дом») комментария на кодекс «Арбаа Турим», который «конкурирует» с книгой «Бейт Йосеф» р.Йосефа Каро. Комментарий р. Йоэля Сиркиса стал одним из основных источников для установления законодательных норм. Он широко изучается, в большинстве изданий кодекса «Арбаа Турим» комментарий «Байт Хадаш» печатается рядом с основным текстом. Автор вошел в традицию как Бах, по сокращенному названию его главной книги. На протяжении всей своей жизни Бах занимался редактированием Талмуда и книг величайших мудрецов прошлых поколений. Сличая старинные рукописи и свитки, он старался устранить из печатных книг все ошибки переписчиков и типографские опечатки, вкравшиеся на протяжении веков.

    6 Раби Шабтай бар меир а-коэн (Шах, 1622—1663) выдающийся законоучитель. Учился у раби Йеошуа Харифа (автора «Магиней Шломо») и у раби Йеошуа Эшиля из Кракова. Стал даяном в суд, который возглавлял виленский раввин Моше Лима, еще не достигнув 20 лет. В 18 лет раби Шабтай начал писать комментарий «Сифтей Коэн» («Уста коэна») на раздел «Йоре деа» кодекса «Шулхан Арух», где объяснял причину, по которой раби Йосеф Каро, составивший «Шулхан Арух», приходит к тем или иным законодательным выводам. А в тех многочисленных случаях, когда мнения р. Йосефа Каро и рамо, представлявшего ашкеназскую традицию в алахе, не совпадали, р. Шабтай, кратко поясняя суть разногласий, склонял чашу весов в ту или иную сторону. рассказывается, что когда р. Шабтай обдумывал особо сложные вопросы, он прогуливался по крышам домов, где никто не мог отвлечь его или помешать разговором.

    7 Свара Таза неприменима, поскольку в эпизоде с издольщиком снижение качества земли было запланировано хозяином участка как неизбежное при посадке кунжута, в то время как в нашем случае клиент брокера, отдавая поручение вложить деньги в конкретные акции, не планировал потерять деньги на этих инвестициях, но, как мы уже знаем, он их потерял бы. — прим. ред.

    8 Дословно — «между строк Закона». Имеются в виду особые праведники, превышающие требования закона. Рамбам называет таких людей «хасидами», т.е. «благочестивыми». — прим. ред.

    Рав Цви Шпиц, глава раввинского суда по имущественным спорам. Рамот, Йерушалаим

    С любезного разрешения редакции журнала «Мир Торы»


    Даже тот факт, что обрезание крайней плоти полезно с медицинской точки зрения, не делает этот акт более понятным, ведь наши отцы делали обрезание не из-за этого. Читать дальше