Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Грешник оскверняет Имя Всевышнего. Тем более, когда этим грешником является мудрец.

4:5

Раби Йоханан, сын Броки, говорит: «Если человек оскверняет Имя Небес втайне, с него взыскивают публично. (И) нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га».

Понятие «осквернения Имени Небес» разъясняется в Талмуде (Йома 86а). Там сказано, что это происходит, когда мудрец Торы совершает грех: таким поступком он непременно оскверняет Имя Небес. Ведь мудрец наверняка (многое) знает о Б-ге, и (увидев его нарушающим Б-жественные заповеди) люди скажут, что нет ни наказания за это, ни Того, Кто наказывает, Б-же упаси. Ведь если не так, разве стал бы мудрец грешить, зная о неизбежном наказании?! Однако это объяснение делает слова мишны непонятными. Как же можно осквернить Имя Небес втайне — ведь тогда никто не увидит этого и не скажет (того, о чем говорит Талмуд)? На это можно ответить так: речь идет о ситуации, когда в одной комнате собрались десять мудрецов Торы и в ней пропала ценная вещь. Нет сомнения, что один из них ее взял, но неизвестно, кто именно. Или, возможно, имеется в виду, что один из десяти мудрецов вошел в дом разврата, и тоже неизвестно, кто из десятерых это был. Такой человек называется осквернившим Имя Небес втайне: ведь неизвестно, кто именно согрешил!

Или, возможно, мишна вообще не имеет в виду, что грех был совершен в полном смысле этого слова втайне, а хочет лишь сказать, что знают об этом немногие. А взыскивают с него публично, то есть, Б-г сделает его грех общеизвестным. Таким образом, оказывается, что выражение втайне выбрано как противоположность слову публично, то есть, «известно всем».

Мы уже разъясняли тебе, что мишна расположила рядом слова тех мудрецов, которые жили в одно или почти в одно время, и это верно. Если же ты захочешь связать это высказывание с предыдущим по смыслу, тебе нужно будет сказать вот что. Бен Азай научил нас, что не следует относиться с презрением ни к кому, а раби Левитас объяснил, что для себя самого не нужно требовать почитания ни в малейшей степени — необходимо же вести себя смиренно перед всеми. Поэтому сейчас мишна добавляет, что о почете Б-га следует, напротив, постоянно заботиться и не допускать, чтобы он был осквернен, Б-же упаси. Ведь это преступление тяжелее всех других: оскверняющий Имя Небес посягает на почет Самого Б-га! И если даже человека, сотворенного Б-гом, запрещено оскорблять и позорить, тем более нельзя поступать так по отношению к Б-гу, славой Которого исполнена вся земля!

Эта мишна вызывает вопрос. Почему все-таки за грех тайного осквернения Имени Небес, в отличие от всех прочих грехов, Б-г взыскивает публично?

И еще вопрос. Почему нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га? Ведь во всех остальных случаях Б-г проводит различие между сознательным преступлением и грехом, совершенным по ошибке!

Мы уже разъясняли, что осквернение Имени Небес состоит в том, что преступник посягает на почет Самого Б-га. (Обычно) если человек согрешит и нарушит волю Б-га, он все равно не сможет навредить Ему, однако осквернение Имени в этом отношении хуже всех прочих грехов, включая даже отрицание бытия Б-га. Даже в этом последнем случае мы скажем, что преступник, согрешивший сознательно, заслуживает наказания полной мерой, но ошибившемуся мера наказания должна быть смягчена просто потому, что он согрешил не нарочно и его поступок не был вызван дурным намерением. Такой человек не будет считаться невиновным — напротив, он, несомненно, согрешил, поскольку должен был оберечь себя (даже) от (возможности) согрешить; однако все же он согрешил по ошибке, и Тора не отмерила ему полного наказания. Единственный случай, когда за ошибку Тора наказывает полной мерой, это убийство: убийца совершил великое преступление, и чем бы ни был вызван его поступок, жертва его погибла. Поэтому Тора определила такому убийце кару — изгнание. И вообще, если один человек нанес другому ущерб по ошибке, Тора наказала его так же, как за сознательное преступление, согласно сказанному (Бава кама 26а): «Человек всегда отвечает за нанесенный ущерб, совершил ли он его по ошибке или сознательно, будучи вынужденным или по собственному желанию». Причина в том, что он ведь все-таки навредил другому человеку! И с осквернением Имени Небес дело обстоит так же: слава Б-га наполняет всю землю, и посягнувший на него, как по ошибке, так и сознательно, осквернил его, то есть, его преступление принесло плоды. Если человек навредил другому, его преступление тоже принесло плоды, и именно поэтому Тора не облегчила наказания за ошибку. Так же и здесь: дурной поступок принес плоды, и потому Тора относится к нему не так, как к прочим ошибкам. В случае любой другой ошибки, даже если человек был с запрещенной ему женщиной, он может затем раскаяться и тем самым исправить свое преступление, так что оно никакого следа не оставит. Поэтому, если человек совершил преступление сознательно, он «злодей, который должен погибнуть» (Бемидбар 35:21) (и раскаяние здесь не поможет освободиться от наказания). Но если преступление совершено по ошибке, у грешника есть возможность исправить содеянное, (раскаявшись и) принеся жертву. Однако если человек по ошибке убил другого человека или нанес ему ущерб, исправить ничего уже невозможно, — поэтому Тора в этих случаях и относится к неумышленному преступлению так же строго, как к умышленному. И к осквернению Имени Небес следует относиться так же — ведь, так или иначе, ущерб Б-жественному почету нанесен!

При этом вовсе не следует понимать мишну так, что при осквернении Имени Небес сознательное и случайное нарушения одинаковы. Этого не может быть: Б-жественная справедливость этого не допускает! Эти слова мишны относятся, на самом деле, к предыдущей фразе: Если человек оскверняет Имя Небес втайне, взыскивают с него публично.

(Теперь мишна объясняет), что Б-г поступает так для возмещения урона, нанесенного Его почету: ведь когда Б-г совершает отмщение грешникам, почет Его возрастает. Так сказано в Мехильте (Бешалах): Сказал раби Шимон, сын Йохая: «Имя (то есть, почет) Б-га возрастает в этом мире, только когда Он творит суд над грешниками». И мы знаем множество стихов, говорящих об этом. «И Я осужу его мором и кровью» (Йехезкель 38:22), а затем: «И Я освящусь и возвышусь» (там же, стих 23). «Там сокрушил Он стрелы лука» (Теилим 76:4) — и поэтому «Известен в Иудее Г-сподь, в Израиле велико Его Имя» (там же, стих 2). «И Я прославлюсь через фараона и через все его войско, и узнают египтяне, что Я — Б-г» (Шмот 14:4). «Так сказал Б-г: “Труды египтян… к тебе перейдут” (Йешая 45:14) — (а затем): “Истинно, Ты, Б-г сокровенный” (там же, стих 15). “И станет рука Б-га известна Его рабам, и разгневается Он на Своих врагов” (там же, 66:14). “Поэтому Я дам им знать в этот раз…” (Йирмия 16:21). “И возвысится Б-г воинств, осудив…” (Йешая 5:16)». Таким образом, ты видишь, что, когда Б-г судит грешников, Его почет возрастает. И если некто посягнул на почет благословенного Б-га, должно быть так, чтобы Б-г осудил его, и из-за этого Его почет снова возрос бы.

Именно поэтому, если человек оскверняет Имя Небес втайне, взыскивают с него публично. Ведь все должны знать, как Б-г наказал грешника, осквернившего Его почет. И когда Б-г взыскивает с него, Он сначала устраивает так, что всем становится известно, как этот человек согрешил и посягнул на почет Б-га, и лишь затем наказывает его. И тогда Б-жественный почет возрастает в той же степени, в какой вначале умалился. Мишна говорит именно об этом. Поэтому она добавляет: И нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га, — подразумевая, что и с того, и с другого Б-г взыщет публично.

Однако получается, что вся эта фраза — Нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га — не нужна! Достаточно было просто сказать: «Если человек оскверняет Имя Небес втайне, взыскивают с него публично, преступил ли он по ошибке или сознательно». (Поэтому) мишна, по-видимому, имеет в виду вот что. Нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га — другими словами, особая тяжесть этого преступления в сравнении с другими в обоих случаях одинакова. И если бы мишна сказала только (как мы предложили) о том, что между преступившими по ошибке и сознательно нет различия, можно было бы подумать, что речь идет только об одной особенности наказания, а именно, о том, что оно совершается публично. Поэтому мишна поясняет, что во всех отношениях, в которых это преступление отличается в худшую сторону от других, это отличие сохраняется в обоих случаях.

Доказать это можно, основываясь на отрывке из трактата Кидушин (40а). Там утверждается, что расплата за осквернение Имени Б-га никогда не откладывается. Талмуд формулирует это такими словами: «В Мишне сказано: Не откладывают расплаты за осквернение Имени Б-га».

Сказал Мар Зутра: «Это означает, что не поступают так, как поступает лавочник, открывающий кредит». Сказал Мар, сын Равины: «Это означает, что если заслуг и грехов поровну, это преступление склоняет чашу весов к обвинению». Объясняя этот отрывок, рабейну Хананель пишет, что мишна, которую упоминает этот отрывок, — это как раз и есть та мишна из трактата Авот, которую мы сейчас обсуждаем. Тосафот же высказывает это как предположение: «И, возможно, имеется в виду мишна, в которой сказано: Если человек оскверняет Имя Небес втайне, взыскивают с него публично; однако тогда остается непонятным, почему Талмуд говорит о том, что расплаты не откладывают». На самом деле, предположение Тосафот и рабейну Хананеля нуждается в объяснении согласно обеим версиям, которые предлагает Талмуд. Будем ли мы следовать мнению Мар Зутры, согласно которому речь идет об отсрочке наказания, или мнению Мара, сына Равины, по которому это преступление склоняет чашу весов к обвинению, — все равно остается непонятным, как можно сделать эти выводы из нашей мишны?! Она ведь, на первый взгляд, говорит только одно: за осквернение Имени Б-га взыскивают публично!

(Приходится признать, что) Талмуд понимает утверждение мишны о том, что нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га, именно так, как мы сказали. Во всех отношениях, в которых это преступление тяжелее других, это относится и к сознательному преступлению, и к совершенному ненамеренно. Таким образом, мишна утверждает, что осквернение Имени Б-га не похоже на другие преступления (не только в отношении публичности взыскания, но и) еще в некоторых смыслах. А слова Талмуда о ней, которые мы поняли как «откладывание расплаты», означают, на самом деле, совершенно другое. Талмуд использовал слово макифин, которое (обычно означает открытие кредита, но) в данном случае должно быть понято так, как в трактате Хулин (46б): «Не макифин, то есть, не приближают друг к другу куски легкого» (чтобы сравнить их цвет); или как в трактате Бейца (32б): «Не макифин, не ставят друг рядом с другом две бочки». То есть, Талмуд говорит, что осквернение Имени Б-га не ставят рядом, не приравнивают к другим преступлениям. И затем амораим обсуждают, в каких именно отношениях это преступление отличается от других. Мар Зутра говорит, что «не поступают так, как поступает лавочник, открывающий кредит», то есть, ждущий, пока покупатель задолжает существенную сумму, и тогда взыскивающий все разом. Осквернение Имени не присоединяется к другим преступлениям, чтобы взыскать за все разом: за него Б-г взыскивает сразу же, и этим оно отличается от других грехов. А по мнению Мара, сына Равины, если заслуг и грехов поровну, это преступление склоняет чашу весов к обвинению. Это тоже означает, что осквернение Имени Б-га рассматривается отдельно от других преступлений: ведь на чашах весов грехов и заслуг поровну, и все же оно склоняет весы в сторону грехов!

Почему же при осквернении Его Имени Б-г не поступает, «как лавочник, открывающий кредит»?

Причину мы уже разъяснили выше: Б-г (сразу же) наказывает за это преступление, чтобы восстановить почет Своего оскверненного Имени. Поэтому наказание нельзя отложить, допустив, чтобы Б-жественное Имя пребывало оскверненным. И причина того, что этот грех склоняет чашу весов к обвинению, тоже состоит в коренном отличии его от всех остальных. Суть любого греха — в том, что человек поступил неверно, и больше ни в чем — ведь никто не может своим поступком навредить Б-гу! А когда человек оскверняет Имя Б-га, его грех — нечто гораздо большее: ведь не только совершено запрещенное действие, но и почет Б-га уменьшился. Поэтому, если среди грехов человека есть и этот, он склоняет в свою сторону чашу весов. Хотя мы и сказали, что такие грехи, как убийство, тоже имеют объективные последствия — человек все-таки убит! — они не похожи на осквернение Имени. Человек ведь, так или иначе, смертен и рано или поздно умрет, почет же Б-га вечен. Поэтому посягательство на Б-жественный почет сильнее всех остальных грехов влияет на мир, и поэтому оно склоняет чашу весов в сторону обвинения. Так следует объяснить эту мишну, и это — разумное объяснение.

При этом тебе следует обратить внимание, что, говоря о грехе осквернения Имени Б-га, мы упомянули важнейшие принципы, а именно: сказали о том, что за это взыскивают немедленно, и о том, что в этом случае нет различия между ненамеренным и сознательным преступлением. Дело в том, что имя есть проявление того, кто это имя носит. Имя делает его носителя известным в мире: «Велико Мое имя среди народов» (Малахи 11:1). Поэтому если человек оскверняет Имя Небес втайне, взыскивают с него публично: ведь осквернению подверглось Имя, всем известное и открытое, согласно сказанному (Йирмия 16): «И узнают, что Мое Имя — Б-г». Поэтому и взыскивают с грешника публично, чтобы наказание стало всем известно, так же, как всем было известно Имя, подвергшееся осквернению. И даже если человек совершил свой грех втайне, он все же преступил против Имени Б-га, известного и открытого всему миру, — поэтому и взыскание должно быть открытым и известным всем.

Когда же мишна говорит, что нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га, она переходит к другому отличию греха осквернения Б-жественного имени от всех прочих грехов. Имя указывает на суть, на то самое, чем его носитель отличается от всех других. Поэтому, если человек посягает на Имя Б-га, и не должно быть различия между случайным и сознательным грехом. Дело в том, что «случайно совершенный грех» — это действие тела, лишившегося (в какой-то момент) управления разума. Разум не может совершить ошибки, ошибиться можно только тогда, когда разум перестает влиять на поступки. Поэтому случайно совершенный грех не так страшен, как совершенный сознательно, то есть, в котором участвовал разум. Ведь случайный грех человек совершает не в качестве разумного творения, а в качестве телесного существа. Однако Имя Б-га и есть Его нематериальная сущность, поэтому и преступить против него можно только на духовном уровне.

Поэтому, если речь идет об осквернении Имени Б-га, случайный грех поднимается на ту же ступень, что и сознательный. Вина согрешившего сознательно очень велика, так как его грех вызван разумом — духовным и свободным от материальности. Но согрешивший осквернением Имени даже по ошибке совершил свой поступок на том же духовном и нематериальном уровне, так как Имя Б-га означает Его духовную и нематериальную суть. То есть, хотя действует человек по ошибке, то есть, на более низком, телесном уровне, его грех направлен против духовной сущности, а потому не может быть назван «ошибкой». Ошибка возможна лишь на низшем, телесном и материальном уровне, а в этот грех вовлечен высший, духовный уровень Б-жественного Имени, и потому нет различия между преступившим по ошибке и преступившим сознательно, если дело идет об осквернении Имени Б-га. И сказанное нами — это ясное объяснение, истинность которого никаких сомнений не вызывает. И мы привели его и в другом месте, говоря о стихе (Шмот 20:7) «Не произноси Имени Б-га… напрасно». Там мы объяснили все это полностью, здесь же не место говорить об этом более подробно.

И уже одно это поможет тебе понять ту особую строгость, с которой Б-г относится к греху осквернения Имени. Один из аспектов этой особой строгости сформулировал Мар Зутра: «Не откладывают расплаты за осквернение Имени, как поступают лавочники». То же самое сказано и в трактате Швуот (39а) в отрывке о бессмысленной клятве: «Расплата за все прочие грехи откладывается для человека, обладающего заслугами, но за бессмысленную клятву взыскивают сразу же, не откладывая». Причина в том и состоит, что все прочие грехи не поднимаются на полностью духовный уровень, а все (не полностью духовное) подчинено времени. Поэтому и наказание за грех не следует немедленно, а является по прошествии некоторого времени. Но преступление против Имени Б-га — это преступление против Его духовной, нематериальной сути, неподвластной времени. Поэтому и наказание за это преступление не откладывается, но воплощается немедленно, вне связи со временем; и мы уже объясняли это. И по этой же причине Мар, сын Равины, говорит, что это преступление склоняет чашу весов в сторону обвинения. Оно ведь не похоже на все прочие преступления тем, что связано с уровнем совершенной духовности, свободной от материи. И ясно, что осквернение Имени Б-га должно склонять чашу весов из равновесия к осуждению: ведь преступление против Б-жественного Имени, то есть, Его духовной сущности, (в чем-то) подобно другим преступлениям, однако содержит в себе и нечто особенное, а именно — способность достичь высшей духовной ступени. Эта добавка и склоняет чашу весов, даже если на другой чаше лежат исполненные человеком заповеди. И Мар, сын Равины, говорит именно о склонении уравновешенных чаш, поскольку эта добавка не является еще одним преступлением, могущим уравновесить совершенное доброе дело: она только лишь склоняет чашу весов, если та оказалась уравновешенной. Равновесие зависит от количества грехов и количества исполненных заповедей, добавка же эта количества преступлений не увеличивает, а может только склонить чашу. Все это — глубочайшие тайны, которые нельзя осветить более подробно. И все, что мы сказали, — это ясные и драгоценные мысли, которые тебе следует осознать; и в другом месте мы тоже разъяснили их.

Мы так подробно разъяснили все это потому, что грех этот чрезвычайно велик, как разъясняется в трактате Йома. И согласно закону, выведенному в этом трактате (глава Йом акипурим), осквернение Имени — это преступление, которое может совершить только мудрец Торы. Там говорится: «Что такое осквернение Имени? Сказал Рав: Это, например, если бы я купил мясо в мясной лавке и не заплатил сразу же». Но это относится только к такому месту, в котором не принято, чтобы мясники взыскивали долги (в определенное время). Раби Йоханан сказал: «Это, например, если бы я прошел 4 амы (несколько шагов) без Торы и без тфилин». Раби Ицхак, сын Авдими, сказал: «Это, например, если товарищи (согрешившего) стыдятся, услышав о нем». «Услышав»? Что именно?! Сказал рав Нахман, сын Ицхака: «Услышав, что люди говорят: Пусть простит Г-сподь такому-то…» Абайе сказал: «Об этом говорится в Барайте: “И люби Б-га, твоего Г-спода” (Дварим 6:5) — старайся своими поступками увеличить любовь людей к Б-гу», — так все это изложено в первой главе трактата. Первые двое амораев считают, что осквернение Имени Б-га происходит, когда мудрец Торы проявляет даже малейшую неосторожность. Поэтому Рав сказал: «Это, например, если бы я…», — несмотря на то, что он не собирается совершать греха, Б-же упаси, и несмотря на то, что речь идет о весьма незначительном проступке, то есть, о пробуждении подозрения в том, что Рав не собирается платить мяснику, — все же подобный его поступок будет назван осквернением Имени Б-га. Раби Йоханан не согласен с тем, что пробуждение беспочвенных подозрений будет называться осквернением Имени, поскольку на самом деле преступления не было. Он приводит пример несущественного отступления от заповедей, например, несколько шагов без Торы и тфилин, показывая тем самым, до какой степени мудрец должен опасаться осквернить своим поведением Имя Б-га. А раби Ицхак, сын Авдими, считает, что осквернение Имени происходит тогда, когда мудрец совершает нечто такое, чего другие мудрецы станут стыдиться. Само то, что мудрецам Торы пришлось испытать стыд, уменьшает почитание Б-га в мире. Поэтому он приводит в качестве примера ситуацию, когда товарищи согрешившего стыдятся, услышав о его проступке, — но тот небольшой грех, о котором говорил раби Йоханан, для раби Ицхака не служит примером осквернения Имени. В свою очередь, Абайе полагает, что осквернение Имени Б-га происходит тогда, когда мудрец ведет себя с другими людьми неподобающе, разговаривает с ними невежливо и ненадежен в торговых делах. Тогда люди начинают говорить: «Горе такому-то, который изучал Тору, горе его отцу и учителю, которые обучали его Торе! Счастливы те, кто не изучал Торы!» Именно это называется осквернением Имени Б-га, а не преступления: ведь преступления совершаются не по отношению к людям, а осквернение Имени состоит именно во впечатлении, которое поступок производит на людей! Поэтому, когда (мудрец) Торы поступает недостойно по отношению к окружающим, это и называется осквернением Имени Б-га.

Вкратце можно сформулировать все это так. Перед мудрецом Торы открыт путь жизни и путь смерти. Путь жизни — это такие поступки, благодаря которым окружающие его люди начинают относиться к Б-гу с большей любовью. А другой путь, путь смерти, — это великий грех осквернения Имени Б-га. Царь Давид (Теилим 19:13—14) сказал: «Свои ошибки кто поймет? (И) от скрытых грехов очисти меня. И от сознательных грехов искупи раба Твоего, пусть не властвуют они надо мной — тогда я стану непорочным и буду чист от великого преступления». Под «ошибками» царь Давид имеет в виду неумышленные преступления, а под «скрытыми грехами» — поступки, которые кажутся человеку разрешенными, то есть, случаи, когда запрет скрыт от глаз его разума. Ведь не вызывает никакого сомнения, что человек, совершивший некое действие, будучи уверенным в его разрешенности, не может быть назван преступившим по ошибке. Ведь такой человек виновен в том, что не изучил и не узнал всех запретов! Затем царь Давид просит Б-га искупить его грехи, совершенные сознательно. При этом речь идет только о нарушении запрещающих заповедей, поскольку именно они требуют искупления. Затем он просит, чтобы они «не властвовали» над ним, — и тогда он «станет непорочным». Эти слова подразумевают самые тяжкие преступления, за которые предусмотрена смертная казнь или карет, духовная смерть. Фраза «пусть не властвуют они надо мной» означает, что эти грехи получают над телом власть, навлекая на него страдания, — об этом рассказывается в той же главе Йом акипурим, в отрывке о четырех вариантах искупления. И завершает царь Давид словами: «И я буду чист от великого преступления», — имея ввиду страшный грех осквернения Имени Б-га. А слово «великий» использовано здесь для того, чтобы сказать, что речь идет о таком преступлении, которое может совершить только «великий» человек. (И в других местах мы видим, как слово «великий» или «много» понимается как обозначение великого человека, мудреца Торы). Так, в главе Ароэ (Брахот 62б) говорится: И сказал Он ангелу, уничтожающему народ: «Много для тебя…» Сказал раби Элазар: «Б-г сказал ангелу вот что: “Возьми великого человека из (среды евреев), поскольку он должен заплатить многочисленные долги”. В этот момент умер Авишай, сын Цруи, который значил столько же, сколько большая часть членов Санхедрина». И вот, Давид перечислил все возможные грехи в порядке, соответствующем четырем вариантам искупления, как их понимает раби Ишмаэль (в трактате Йома). Первый — это предписывающие заповеди, второй — запрещающие заповеди, третий — запреты, за нарушение которых определена смертная казнь или карет, и четвертый — осквернение Имени Б-га. Давид только не упомянул здесь предписывающие заповеди, поскольку, если человек нарушает такую заповедь, раскаяние сразу же ведет к искуплению, согласно сказанному (там же): «Если человек нарушил требующую заповедь и раскаялся — он тут же, на месте, получает прощение». А об остальных грехах, для которых раскаяние — лишь необходимое, но не достаточное условие, Давид молится и просит простить их.

Начинает он с наиболее легких грехов, а заканчивает самым тяжелым: «И буду чист от великого преступления», — то есть, от осквернения Имени, великого преступления человека, который сам достоин именоваться «великим». И нет необходимости более подробно останавливаться на этом здесь, поскольку все это будет разъяснено, с Б-жьей помощью, в книге Нетивот олам.

По этой причине подобало бы присваивать титул «раввина», учителя, только тому, чьи поступки способствуют усилению любви к Б-гу, а не ведут к уменьшению Его славы. И это даже важнее, чем требование не награждать почетным званием того, кто его не достоин. В МидрашеТанхума (Ялкут Мишлей 25) говорится: «Раби Мани сказал от имени раби Йоси, сына Звиды: Прелюбодействующий с женщиной — лишен сердца» (Мишлей 6:32). Тот, кто принимает власть, чтобы пользоваться ею, — самый настоящий прелюбодей, который наслаждается телом женщины и уничтожает свою душу. Пусть поступает, как Моше, сказавший (Шмот 32:32): «И теперь прости их грех, а если нет — сотри меня из книги, которую Ты написал», — или как Йеошуа, сказавший (Йеошуа 7:7): «Во мне, Б-же…» — во мне вина, а не в народе! Или пусть поступает, как Давид, сказавший (II Шмуэль 24:17): «Пусть будет рука Твоя на мне и на доме моего отца», — лишь бы народ не пострадал! Раби Танхума, сын Яакова, выводит это из следующего стиха (Мишлей 25:9): «Не начинай ссору быстро». В этом стихе слово «ссора» написано без буквы йуд, что позволяет прочесть его так: «Не принимай поспешно пост раввина», — то есть, никогда не гонись за властью. А продолжается стих так: «Ибо что ты сделаешь завтра, когда станет поносить тебя твой ближний?» Завтра придут к тебе люди и станут задавать вопросы — что ты им ответишь? А раби Зеира выводит это вот из какого стиха (Шмот 20:6): «Не возноси ( имени Б-га… напрасно)». Если предположить, что стих говорит о напрасной клятве — так о ней уже сказано в другом месте (Ваикра 19:12): «И не клянитесь Моим именем ложно». Как же понимать требование стиха «не возноси»? (Не возноси самого себя), то есть, не принимай на себя власти, если ты ее недостоин. Сказал раби Авау: «Я назван “святым”, и ты назван “святым”. И если ты не обладаешь всеми теми качествами, которыми обладаю Я, — не принимай на себя власти».

Вот что это значит. Никакую власть не подобает использовать для собственного удовольствия, и это правило подобно тому, что сказано в мишне (Авот 1:13): «Тот, кто пользуется венцом (Торы), пропадает». Человек, использующий Тору в личных целях, повинен смерти, и мы объяснили, что причина в том, что он воспользовался святыней ради будничного. А «венцом» святыня названа в этой мишне, чтобы мы поняли, что любая корона обладает святостью. Поэтому помазание (еврейского) царя на царство состояло в том, что ему на голову наносили священным маслом рисунок короны; и все это мы выше разъяснили. И всякая власть на земле тоже обладает определенной святостью, так как отделяет человека от народа. Поэтому пользующийся властью для собственной пользы подобен прелюбодею, пользующемуся женским телом без освящения брака, ради разврата и телесного наслаждения. Так и человек, использующий власть, не называется настоящим властителем, поскольку власть — это святость, как мы уже объяснили.

Мидраш объясняет, что Моше не использовал власть в своих личных целях — наоборот, он жертвовал собой ради народа, над которым властвовал. Это и есть власть в ее полной святости, когда властитель пренебрегает самим собой, совершая самопожертвование ради Израиля. Такая власть не подразумевает никакой телесной пользы — только абсолютная святость, к которой ничто телесное не примешано. Раби Танхума выводит это правило из стиха «Не начинай ссоры быстро», подменяя слово «ссора» (рив) словом «властитель» (рав). По-видимому, он имеет в виду, что когда власть получает неподходящий человек, это ведет к ссоре. Ведь этот человек захочет, чтобы все почитали его как властителя, а никто этого делать не будет: все скажут, что он недостоин власти, и потому начнутся ссоры. И мы своими глазами видим, что все так и происходит. Раби Зейра делает свой вывод из стиха «Не возноси Имени Б-га… напрасно» и понимает его так: «Не принимай на себя без оснований Имени Б-га». Ведь слово «вознести» на Святом языке имеет и другое значение, означающее «принятие», а всякая власть имеет своим источником благословенного Б-га: именно Он уделяет человеку часть Своего величия. Наши мудрецы сказали об этом в главе Ароэ (Брахот 58а): «Тот, кто видит царей Израиля, произносит благословение: Благословен Тот, Кто уделил от Своей славы трепещущим перед Ним». Видя же царей других народов, следует говорить: «Благословен Тот, Кто дал от своей славы созданиям из плоти и крови». Различие состоит в том, что Израилю Б-г уделяет часть от Своей собственной славы, другим же народам только «дает» славу, как человек, который делает подарок другому, но не разделяет с ним нечто свое. Поэтому (кстати) народ Израиля называется «святым», так же, как Б-г называется «святым»: ведь Он уделил Израилю часть своей славы! И тот, кто захватывает власть, не будучи ее достойным, облачается в Имя Б-га, не имея на это права, — и какой еще поступок с большим основанием подходит под определение «не возноси Имени Б-га… напрасно»?! И Сам благословенный Б-г тоже называется «великим» (то есть, «властителем», согласно тому, как понимает это слово раби Танхума) в стихе (Теилим 25) «И прости мой грех, ибо он велик». Этот стих понимают так (Шохар тов 19): «Подобает великому Б-гу простить великий грех». И если человек примет на себя титул «великого», не будучи его достойным, получится, что он в полном смысле этого слова принимает на себя Имя Б-га не по праву! И (ясно, что) речь идет о любых определениях, означающих величие. Такой человек, несомненно, нарушает запрет «возносить Имя Б-га напрасно». Поэтому мудрецы отмечают, что Б-г назван «святым»: они хотят сказать, что Б-гу приличествует власть из-за Его святости. И если ты не обладаешь всеми теми качествами, которые необходимы для святости, не принимай на себя власти, ибо тем самым ты нарушишь запрет: «Не возноси Имени Б-га, твоего Г-спода, напрасно».

Ныне же, из-за многих наших грехов, те люди, которые называются раввинами, не только сами виновны в осквернении Имени Б-га, но и продолжают раздавать титулы «раввинов» и «мудрецов» людям, которые никогда не видели света Торы и которым никогда не светила свеча заповеди, — всяким «мелким лисам».

Всякий, кто хочет обрести почетное имя, может это сделать, и корона Торы предлагается всем без исключения! А из-за этого уважение к Торе повергнуто на землю, а осквернение Б-жественного Имени все ширится. И в нашем поколении подобало бы, ради славы благословенного Б-га и Его Торы, жаловать раввинским титулом только выдающихся мудрецов и старцев, чтобы меньше было осквернения Имени Б-га и чтобы люди не говорили (о разнообразных дурных поступках): «Но ведь сам раввин поступает так!» У нас же принято называть раввином любого, кто только начал произносить слова Талмуда. И более того: из-за многих наших грехов это привело к тому, что Тора начала забываться, поскольку не все, кто ее изучают, делают это во имя Небес, в особенности, молодежь, и очень мало надежды на то, что «учеба не во имя заповеди превратится в учебу во имя заповеди». И когда такой человек удостаивается почетного звания, он начинает думать: «В чем же тогда преимущество мудреца перед глупцом? И зачем мне трудиться над Торой, лишая себя сна, если отношение людей ко мне зависит только от звания?» Так люди начинают думать, что, назвавшись мудрецом, человек на самом деле обретает Тору. Все это я, несчастный, вижу своими глазами и считаю самой важной причиной, по которой забывается Тора в Израиле. И даже старцев, истинных знатоков Торы, начали критиковать за необоснованное присвоение раввинских званий — это можно обнаружить во множестве респонсов. Нет сомнения, что изначально этот обычай (присваивать выдающимся мудрецам Торы особые почетные звания) был введен для того, чтобы те мудрецы Торы, которых подобает почитать, на самом деле были бы уважаемы. Но сегодня этот же обычай ведет к тому, что уважение к Торе ослабло и ее великолепие смешано с грязью. Поэтому (люди, которые так поступают) должны задуматься о славе их Творца и о величии Торы, огонь которой из-за наших грехов почти угас. И Он, благословенный, уберет тогда с нашего пути все препятствия и направит нас на путь верный и истинный.

с разрешения издательства Швут Ами


Он родился еще в черте оседлости, учился в известных ешивах у великих наставников. Но из-за давления советской власти, в разгар сталинских репрессий, рав Моше Файнштейн был вынужден уехать в США. Уже там он и стал известен на весь еврейский мир благодаря своей преданности Торе, Б-гу и еврейскому народу. Читать дальше