Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Перед своей смертью Моше должен был передать народу Израиля много важных постановлений. В каждом из них выражена безграничная любовь Б-га к нам.

Глава 1

1. ВОТ СЛОВА. Эти вступительные слова относятся ко всей пятой книге Писания. Последняя глава четвертой книги зафиксировала распоряжения и порядки, переданные Б-гом Моше по поводу предстоящего захвата Израилем Земли. В пятой книге записано все, о чем Моше должен был рассказать своему народу, перед тем как покинуть его, чтобы не оставить его без наставления об исполнении своей миссии в земле, которой ему вскоре предстояло овладеть. Возникает впечатление, что приводимые сейчас описания мест предназначались для того, чтобы определить точное географическое положение тех мест, где Моше провел свои последние недели на земле среди народа, где люди в последний раз видели своего вождя, где они в последний раз слышали, как Моше живой говорил с ними. Каждое слово этих последних речей нашего лидера, посланного Самим Б-гом, передает его глубокую привязанность к своему народу и заботу о его будущем благополучии; не остается сомнений в его страстном желании передать народу свою душу и свой дух, чтобы поддержать людей в ожидающих их испытаниях. Обратите также внимание, что эту часть пустыни нельзя идентифицировать по какому-либо типу ландшафта или по другой характерной особенности. Таким образом, можно легко понять желание, чтобы этот регион сохранился в народной памяти через точные определения его географического положения и границ. В конце концов, Моше вот-вот покинет нас, и у нас не останется никакого памятника, никакого мемориала, никакого визуального напоминания о его жизни. Не будет даже могилы, которая служила бы конкретным памятником для будущих поколений. Вместе со смертью Моше нас покинет вся его физическая личность. Лишь сделанное с предельной точностью описание места, где люди слышали его последние исполненные веры слова, будет вручено потомству, чтобы, если когда-нибудь дальний потомок сынов Израиля придет в это место, оно смогло, быть может, повторить ему эти слова и вдохновить его на верное следование им вместе со своим народом и на благо народа.

3. И ВОТ… ГОВОРИЛ МОШЕ. ככל [обо всем, как (Б-г повелел ему)…]. В тексте сказано не כל אשר, аככל אשר צוה ה (См. комментарии к Бемидбар 30:1). Моше не просто повторил все, что повелел Б-г, но пересказал именно как, каким образом Б-г повелел это. Моше еще раз провозгласил в точных, выразительных предложениях основные нормы Закона и в то же время, пояснил во всех деталях, как эти законы необходимо соблюдать. То, что Моше в этот момент сообщает своему народу, описывается в стихе 5 как באר, «разъяснение» Закона.

Однако эти повторы и разъяснения, которые Моше дает устно, не записаны в этой пятой книге. Не составляют ее существенного содержания и повторы и разъяснения законов, уже зафиксированных в предыдущих книгах. Из более чем ста статей закона, содержащихся в данной книге, более семидесяти являются совершенно новыми; они не появляются в предыдущих книгах. Они охватывают следующие темы: «Слушай, Израиль» (Дварим 6:4 и далее); запрет браков с коренными жителями Ханаана (Дварим 7:3); запрет извлекать выгоду из идолопоклонства или мест поклонения идолам (Дварим 7:26); заповедь благодарить Б-га после трапезы (Дварим 8:10); принятие ярма заповедей (Дварим 11:13); благословения и проклятия, произнесенные на горе Геризим и на горе Эйвал (Дварим 11:26 и далее); запрет уничтожать места и предметы, посвященные Б-гу (Дварим 12:4 и далее); законы, касающиеся принесения жертв в Храме (Дварим 12:11); запрет жертвоприношений на «высотах» и запрет поклонения на таких возвышенностях на манер язычников (Дварим 12:8,9); запрет употребления определенных десятин или первых плодов в иных местах, нежели те, которые выбраны Б-гом (Дварим 12:17 и далее); способ зарезания животных (Дварим 12:23); законы о мясе и крови животных жертвоприношений (Дварим 12:27); запрет добавлять что бы то ни было к Б-жественному Закону (Дварим 13:1); запрет исключать любую часть Закона (Дварим 13:1); законы о лжепророке (Дварим 13:24 и далее); законы об искушении пойти служить чужим богам (Дварим 13:7 и далее); законы относительно города, впавшего в идолопоклонство (Дварим 13:13 и далее); десятина бедняка (Дварим 14:22 и далее); закон об освобождении от долгов в конце седьмого года (Дварим 15:1 и далее); законы цедаки (благотворительности) (Дварим 15:8); институт Санхедрина (Дварим 16:18 и далее); запрет ашерот (священных рощ) (Дварим 16:21); закон о еврее-идолопоклоннике (Дварим 17:3 и далее); показания свидетелей (Дварим 17:6 и далее); царствование (Дварим 17:14 и далее); законы о «мятежном старейшине» (Дварим 17:12); первинки овечьей шерсти, которые отдаются коэнам (Дварим 18:4); обязанности коэнов при совершении служения (Дварим 18:5 и далее); запрет передвигать в ханаанской земле чужой межевой знак (Дварим 19:14); относительно свидетелей-злоумышленников (Дварим 19:15 и далее); по поводу военной службы (Дварим 20:1 и далее); по поводу предложений о мире, которые следует сделать до того, как взять город в осаду (Дварим 20:10 и далее); запрет на бессмысленное уничтожение деревьев вокруг осажденного города (Дварим 20:19); процедура, которой нужно следовать в случае обнаружения тела человека, убитого неизвестным (Дварим 21:1 и далее); законы обращения с пленницей (Дварим 21:11 и далее); о правах первенцев (Дварим 21:15 и далее); как поступить с непокорным сыном (Дварим 21:18 и далее); запрет на то, чтобы тело повешенного преступника оставалось непогребенным (Дварим 21:22—23); запрет на ношение женской одежды мужчинами и мужской одежды женщинами (Дварим 22:5); отсылание наседки с гнезда (Дварим 22:6—7); о строительстве ограждения на крыше во избежание несчастных случаев (Дварим 22:8); запрет запрягать вместе быка и осла при пахоте (Дварим 22:10); неоправданное очернение невесты (Дварим 22:13 и далее); наказание за адюльтер, то есть сексуальные отношения замужней женщины с кем-то помимо мужа (Дварим 22:22); наказание за сексуальные отношения между помолвленной девушкой и чужым мужчиной (Дварим 22:23 и далее); законы об изнасиловании (Дварим 22:25); запрет на сексуальные отношения с женой отца (Дварим 23:1); о мужчине с поврежденными гениталиями (Дварим 23:2); ограничения, применяемые к мамзерам (Дварим 23:3); ограничения в отношениях с аммонитянами и моавитянами (Дварим 23:4); отношение к эдомитам (Дварим 23:8); отношение к египтянам (Дварим 23:8); «святость стана» (Дварим 23:10 и далее); невыдача сбежавшего раба (Дварим 23:16—17); «священный» разврат (Дварим 23:18—19); запрет на использование наемной платы блудницы или цены собаки для выкупа заклада (Дварим 23:19); право наемного рабочего есть виноград из виноградника, в котором он работает (Дварим 23:25); разводное письмо (Дварим 24:1 и далее); запрет жениться вторично на бывшей жене, после того как она разошлась со своим вторым мужем (Дварим 24:4); льготы, положенные новобрачному (Дварим 24:5); о займе под залог (Дварим 24:10-13); отцы не должны расплачиваться жизнью за грехи своих детей и наоборот (Дварим 24:16); наказание плетью (Дварим 25:2—3); запрет надевать намордник на быка, когда он молотит зерно (Дварим 25:4); левиратный брак (Дварим 25:5 и далее); заповедь помнить о неспровоцированном нападении амалекитян на евреев в пустыне (Дварим 25:17 и далее); о подношении первых плодов в Храм (Дварим 26:1 и далее); заявление, которое произносится при приношении десятины (Дварим 26:5 и далее); заповедь начертать Закон на камнях (Дварим 27:2 и далее); публичное чтение Закона (Дварим 31:1 и далее); указание, чтобы каждый еврей имел кашерный свиток Торы (Дварим 31:19).

В отличие от законов, перечисленных выше, следующие законы данной книги являются повторением законов, которые уже упомянуты в предыдущих книгах: назначение судей (Дварим 16:18); запрет создавать рельефные изображения (Дварим 4:16); Десять Речений (Дварим 5:6—18); разрушение идолов (Дварим 7:5, 25; 12:2,3); заповедь бояться и любить Б-га (Дварим 6:2,5); идолопоклонство (Дварим 6:14; 7:4); разрешение есть мясо без обязательного приношения животного в жертву (Дварим 12:20,21); запрет употреблять в пищу кровь (Дварим 12:23); запрет есть части живого животного (Дварим 12:23); запрет наносить порезы на теле в знак скорби (Дварим 14:1); животные, не употребляемые в пищу (Дварим 14:3 и далее); запрет выбривать лысину на голове в знак траура (Дварим 14:1); вторая десятина (Дварим 14:28 и далее); освящение первенцев (Дварим 15:19 и далее); Песах (Дварим 16:1—8); Шавуот (Дварим 16:9—12); Суккот (Дварим 16:13—15); запрет устанавливать «мемориальный камень» (Дварим 16:22); запрет приносить в жертву Б-гу животное с пороком (Дварим 17:1); запрет приносить в жертву людей (Дварим 18:10); запрет на различные виды прорицаний и колдовства (Дварим 18:10 и далее); заповедь быть искренним в своей преданности Б-гу (Дварим 18:13); по поводу непреднамеренного убийства (Дварим 19:3 и далее); возвращение утраченной собственности (Дварим 22:1—3); запрещение смеси шерсти со льном (Дварим 22:11); цицит (Дварим 22:12); запрет давать взаймы под проценты (Дварим 23:30 и далее); обеты (Дварим 23:22—24); наказание за похищение детей (Дварим 24:7); о признаках проказы (Дварим 24:8); по поводу возврата залога (Дварим 24:10 и далее); обращение с поденщиком (Дварим 24:14—15); несправедливость (Дварим 24:17); запрет брать одеяние вдовы в качестве залога (Дварим 24:17); «забытый сноп» (Дварим 24:19); верные гири и меры (Дварим 25:13—15).

Чтобы по достоинству оценить содержание этой пятой книги, следует попытаться найти ответ на вопрос, почему перечисленные выше новые законы не были записаны в предыдущих книгах и почему, с другой стороны, из всех уже упомянутых в предыдущих книгах законов Моше выбрал для устного повторения определенную ограниченную группу.

Более подробное рассмотрение законов, которые впервые появились в предыдущих книгах и частично повторены здесь, может снабдить нас ключом к ответу. Законы о праздниках, которые впервые упомянуты в главе 23 книги Ваикра, повторяются в главе 16, стихах 1—17, книги Дварим. Но немедленно обращает на себя внимание то обстоятельство, что в это повторение включены лишь праздники Песах, Шавуот и Суккот. В свою очередь шабат, Рош ашана, Йом кипур и Шмини ацерет, о которых также говорилось в Ваикра гл. 23, не упоминаются в этой главе Дварим. Эти последние четыре праздника имеют некую общую черту: их основное значение проистекает исключительно из нашего отношения к Б-гу; или, точнее, в первую очередь из отношения человека к Б-гу. Поэтому основная цель их празднования могла быть достигнута и в пустыне; и обустройство Израиля на собственной земле вряд ли внесло бы какие-то изменения в их соблюдении. С Песахом, Шавуот и Суккот дело обстоит иначе. Один аспект значения этих трех праздников, а именно, их связь с почвой и ее сезонными циклами, обретет смысл лишь теперь (когда Израиль поселится на своей земле). Действительно, праздник Суккот, как историческое напоминание о жизни Израиля в шалашах во время странствий по пустыне, обретет свое полное значение лишь после того, как Израиль перейдет от своих кочевых стоянок к оседлой жизни в городе и деревне. Безусловно, заповедь вознесения лулава, например, вряд ли могла быть соблюдена в пустыне. Более того, в случае всех трех праздников, всей нации заповедано совершать паломничество к Святилищу Закона, чтобы сплотиться вокруг этого Святилища, являющегося фокусом национального бытия. Очевидно, что эта заповедь может соблюдаться лишь после того, как народ рассеется по своей земле, так как в пустыне Израиль постоянно группировался вокруг Святилища.

Напрашивается, поэтому, следующее предположение: когда в течение последних недель, предшествовавших вступлению Израиля в свою землю, был повторен и истолкован весь Закон, то не шабат, Рош ашана, Йом кипур и Шмини ацерет (на соблюдение которых не повлияло бы изменение в положении Израиля), а лишь Песах, Шавуот и Суккот обсуждались вновь также и в письменном тексте, так как лишь на соблюдение этих трех праздников непосредственно повлияли бы обстоятельства, возникшие в результате обоснования Израиля в его собственной земле. Это предположение подкрепляется двумя факторами, которые подчеркнуты в письменном повторе законов о соблюдении Песаха, Шавуот и Суккот: во-первых, каждый из этих праздников связан с определенным временем года (на деле, весь еврейский календарь установлен для согласования этой связи): «Соблюдай месяц колосьев» (16:1); «со времени, когда заносят серп на колосья» (16:9); «…когда уберешь урожай со своего гумна и из своей винодельни» (16:13). Во-вторых, соблюдение всех этих трех праздников должно быть сконцентрировано в одной обозначенной Б-гом центральной точке: «И приноси пасхальную жертву… на месте, которое изберет Б-г» (16:2); «Не можешь ты совершать пасхальную жертву в любых из своих ворот…» (16:5); «но лишь на том месте, которое изберет Б-г…» (16:6); «Ты приготовишь ее и съешь на месте, которое изберет Б-г…» (16:7); «И радуйся перед Б-гом, своим Б-гом… в месте, которое изберет Б-г, твой Б-г» (16:11); «Семь дней празднуй Б-гу, своему Б-гу, на месте, которое изберет Б-г…» (16:15); «Три раза в году пусть все ваши мужчины предстанут перед Б-гом, твоим Б-гом, на месте, которое Он изберет…» (16:16).

Если сейчас мы рассмотрим с этой же точки зрения все прочие законы, содержащиеся в этой книге, нам прежде всего бросится в глаза явная причина данных здесь повторных предупреждений против идолопоклонства и всех с ними связанных грехов и заблуждений. Такие предупреждения необходимы при данных обстоятельствах, так как лишь только народ вступит в землю, ему не избежать контакта с мерзостями ханаанского многобожия. Следовательно, законы относительно города, впавшего в идолопоклонство (Дварим 13:13 и далее); об искушении пойти служить чужим богам (Дварим 13:7 и далее); о запрете извлекать выгоду из идолопоклонства или мест поклонения идолам (Дварим 7:26); о запрете браков с коренными жителями Ханаана (Дварим 7:3); о запрете ашерот (священных рощ) (Дварим 16:21 и далее); о еврее-идолопоклоннике (Дварим 17:3 и далее); о запрете на различные виды прорицаний и колдовства (Дварим 18:10 и далее); о запрете приносить в жертву людей (Дварим 18:10); о запрете на нанесение порезов на теле в знак скорби (Дварим 14:1); о разрушении идолов (Дварим 7:5,25; 12:2,3); о запрете создавать рельефные изображения (Дварим 4:16) и о запрете установления «мемориального камня» (Дварим 16:22). Та же логика (а именно, близость вступления Израиля в его собственную землю) применима к созданию национального руководства, которое должно возглавить народ после кончины Моше, и к созданию судебной системы, которую необходимо организовать по всей стране, подчинив одной высшей судебной власти. Отсюда существование законов о Санхедрине (Дварим 16:18 и далее); царстве (Дварим 17:14 и далее); верных гирях (Дварим 25:13—15); наказании плетьми (Дварим 25:2—3); лжепророках (Дварим 13:2 и далее); истинных пророках (Дварим 18:15 и далее); злоумышляющих свидетелях (Дварим 19:16 и далее); «мятежном старейшине» (Дварим 17:12); назначении судей (Дварим 16:18 и далее); распутстве (Дварим 23:18—19).

Очевидно, также, что здесь уместно повторить в письменной форме и законы, касающиеся войны: мирные предложения, которые должны быть сделаны до того, как взять город в осаду (Дварим 20:10 и далее); запрет на бессмысленное уничтожение деревьев вокруг осажденного города (Дварим 20:19); обращение с пленницами (Дварим 21:11 и далее); «святость стана» (Дварим 23:10 и далее); льготы, положенные новобрачному (Дварим 24:5); законы о высечении Закона на камнях (Дварим 27:2 и далее); благословения и проклятия, произнесенные на горе Гризим и горе Эйвал (Дварим 11:26 и далее); то есть законы, которые подлежат исполнению, как только народ вступит в свою землю. Будет логично сказать здесь также о мясе животного, зарезанного исключительно для еды, что становится разрешенным после расселения народа по своей земле. По этому закону ответственность за шхиту и соблюдение кашрута возлагается на каждого представителя народа. Таким образом, тот факт, что мясо животного, зарезанного для еды, становится разрешенным, как только народ войдет в свою землю, является достаточным объяснением изложения закона здесь в тексте в первый раз или повторно, соответственно: закон шхиты (Дварим 12:21); запрет на употребление в пищу крови (Дварим 12:23); запрет на употребление в пищу частей живого животного (Дварим 12:23); и тех частей животного, которые нельзя употреблять в пищу (Дварим 14:3 и далее); а также законы о второй десятине (Дварим 14:28 и далее); приношение первых плодов в Храм (Дварим 26:1 и далее); запрет на употребление определенных десятин или первых плодов за пределами выбранного Б-гом места (Дварим 12:17 и далее); законы о принесении жертв в Храме (Дварим 12:11); запрет жертвоприношений на «высотах» и поклонения на таких возвышенностях на манер язычников (Дварим 12:8,9) и исповедь над первинками и десятинами (Дварим 26:5 и далее). Все эти законы сохраняют и развивают подчинение Израиля центральному Святилищу Закона.

Однако переход от непосредственного Б-жественного руководства и провидения к обычным условиям национальной жизни в качестве человеческого сообщества на собственной земле должен был привести к обширным переменам и в социальной жизни народа. Это обстоятельство само по себе является достаточным объяснением записи здесь целой серии общественных законов как в первый раз, так и повторно. Такое объяснение применимо ко всем подробным законам цедаки (Дварим 15:8); десятины бедняка (Дварим 14:22 и далее); закону об освобождении от долгов в конце седьмого года (Дварим 15:1 и далее); о праве наемного работника есть виноград хозяина во время сбора (Дварим 23:25) — все они записаны впервые в книге Дварим. Оно применимо и к законам, которые в Дварим повторяются: «забытый» сноп (Дварим 24:19); запрет брать в долг под процент (Дварим 23:20 и далее); запрет брать платье вдовы в качестве залога (Дварим 24:17); обращение с поденщиком (Дварим 24:14,15) и возврат залогов (Дварим 24:10 и далее). Пока сыны Израиля двигались через пустыню, Сам Б-г снабжал их кровом, одеждой и всем необходимым для жизни. В то время среди сынов Израиля не было ни бедняков ни, по всей видимости, поденных рабочих. Лишь когда народ Израиля обрел нормальные жизненные условия, при которых существование человека зависит от его собственного созидательного труда и торговой деятельности, впервые возникает различие в экономическом статусе, включая и различные степени бедности, при которой люди стали зависеть от помощи своих собратьев. В пустыне, где каждый имел все, что ему было нужно, но не более того, не было ни необходимости в цедаке, ни возможности ее практиковать. Таким образом, лишь после того как народ Израиля перешел из-под непосредственного Б-жественного провидения к обычным общественным и экономическим условиям, мужчина действительно стал кормильцем для жены и семьи. Пока Израиль скитался в пустыне, этот существенный аспект супружеских отношений отсутствовал. Лишь после того как Израиль вступил на свою землю, брак обрел полную общественную и юридическую основу.

В предыдущих книгах уже записаны законы, регулирующие те физиологические и нравственные аспекты половых отношений, которые были применимы даже к жизни в пустыне: нормы, регулирующие заключение и расторжение браков; закон о мужчине с поврежденными гениталиями (Дварим 23:2); ограничения, касающиеся мамзеров (Дварим 23:3); ограничения в отношениях с аммонитянами и моавитянами (Дварим 23:4); отношение к эдомитянам (Дварим 23:8) и египтянам (Дварим 23:8). Но закон левиратного брака и закон о правах первенца (Дварим 21:15 и далее), которые тесно связаны с юридическими и гражданскими аспектами семейной жизни в оседлом обществе, не были зафиксированы письменно до тех пор, пока Израиль не был готов к вступлению в свою землю и пока весь Закон не был повторен. И, таким образом, причина, побудившая к записи этих законов в пятой книге, кажется совершенно ясной и простой, и поскольку законы, отобранные для общего обсуждения, здесь столь определенно составляют большую часть всех законов, мы считаем, что не ошибемся, если предположим, что такая же логика определяет и включение всех прочих законов, которые появляются в книге Дварим.

Однако вступление, с которого Моше, «толкуя Закон …», начал повторное разъяснение Закона, записано целиком. Так как именно эти речи, которые составляют первые одиннадцать глав Дварим, должны определить основные черты отношения к Б-гу и Его Закону, которое ожидается от Израиля, и основные обязанности, которые, как ожидается, Израиль должен исполнять в результате этого отношения. Эти речи подкрепляются в устах Моше обзором прошлого, насыщенного переживаниями раскрытия Б-жественности, эпохи, ныне подошедшей к своему завершению, но которая должна навечно остаться в сердцах и умах евреев, вдохновляя их на то, чтобы быть верными сынами Завета с Б-гом. Желаемые отношения — это страх перед Б-гом, любовь к Б-гу и преданность Б-гу; все три основываются на теоретическом и практическом осознании единства Б-га. Ожидается, что каждый представитель народа примет на себя обязательство изучать Закон. Каждый еврейский отец обязан по отношению к своему ребенку исполнять заповедь «и повторяй их (слова Торы) своим сынам», пока они не отпечатаются четко в детском сознании. Более того, каждый еврей связан заповедью «не прибавляй к этому (повелениям Б-га) ничего и ничего не убавляй от этого» (Дварим 13:1), то есть предпосылкой, что данный нам Закон — нерушим и неизменен. В то же время, эти преамбулы Моше к Закону, которые на самом деле представляют собой его завещание народу, включают заповеди, которые должны сопровождать каждого еврея даже в изоляции и которые и по сей день служат для постоянного приготовления нас для Б-га и наших обязанностей, например, чтение Шма (Дварим 6:4—10), упоминание о вознаграждении того, кто слушает заповеди Б-га и подчиняется им (Дварим 11:13); тфилин (Дварим 6:8); мезуза (Дварим 6:9); благодарность Б-гу после трапезы (Дварим 8:10). Кроме того, заповедь каждый день помнить об Исходе из Египта, заповеди о цицит и запрещенных смесях шерсти и льна (Дварим 22:11) вновь повторяются в письменном виде. Ибо сейчас народ готов совершить переход от постоянного влияния центральной руководящей силы к обособленной жизни, в которой более, чем когда-либо, еврею нужно постоянно напоминать о его призвании. Даже его одежды должны служить наставниками в деле обязанностей еврея и в нравственном облагораживании человеческого существа.

Резюмируя, мы полагаем, что не ошибаемся, когда считаем эту пятую книгу компендиумом тех законов, на которые было необходимо обратить особое внимание как авторитетам в области Закона, так и каждому представителю народа ныне, когда народ готовился перейти из пустыни в свою Землю. Некоторые из этих законов намеренно не были записаны до тех пор; другие, которые уже упоминались до этого, ныне повторялись, так как это было важно для достижения желаемой цели. Если, поэтому, эту книгу обычно называют משנה תורה и, отсюда, толкуют как «повторение Закона», это не должно означать, что записанный здесь материал является лишь повторением законов, уже упомянутых в предыдущих книгах Закона. Мы видели, что гораздо большая часть законов, приведенных в Дварим, никогда до этого не была записана. Следовательно, термин «повторение» в этом случае можно толковать как «повторение» лишь в том смысле, что книга Дварим повествует об устном толковании и повторении всего Закона, которым Моше закончил свои земные труды для своего народа. Именно из этого устного повторения были извлечены содержащиеся в этой книге законы: некоторые провозглашены впервые, другие уже были записаны в предыдущих книгах.

5. …Главная цель первой части этих преамбул (от 1:6 до 3:22) — это использовать исторический национальный опыт в качестве средства внушения народу следующей основополагающей мысли: чтобы подчинить другие народы и овладеть Землей, Израилю требуется не умение воевать и не вооружение, но преданность Б-гу в исполнении Его воли; такое послушание Б-гу, которое является нашей единственной задачей в мирное время, будет и во времена войны достаточным для преодоления всех противостоящих нам сил. С покорностью Б-гу мы можем совершить все, без нее — ничего. Израиль должен вступить на свой путь в истории народов не как могущественная нация, умелая в военном искусстве, а как народ нравственного Б-жественного Закона. Триумфы и поражения Израиля в его истории являются достаточным доказательством того положения, что развитие Израиля отличается от развития всех других народов.

9. В ТО ВРЕМЯ. В то время, когда вам предстояло выступить, чтобы овладеть землей, населенной опытными в военном деле могучими мужами, Я не обучал вас пользоваться оружием. Я не заставлял вас изучать военные планы и военную стратегию. Я не заставлял вас пополнять ваше вооружение и другое военное снаряжение. Я не назначал вам офицеров или генералов. Даже в ту минуту, когда вам предстояло подчинять себе народы и завоевывать страны, вас должно заботить лишь одно: как осуществить Б-жественный Закон в своей среде с максимально возможными преданностью и тщанием. Соблюдения нравственного Б-жественного Закона достаточно для завоевания мира. Пусть только Израиль достигнет того уровня, который определен идеалом указанной Б-гом цели, и предоставит Б-гу защищать его (Израиля) положение в мире…

10. КАК ЗВЕЗДЫ НЕБЕСНЫЕ. Когда вы смотрите на звездное небо, вас охватывает впечатление необъятности; вам не придет на ум пересчитывать звезды одну за другой. Ты, (Израиль) производишь точно такое же впечатление, когда рассматриваешься в своей всеобщности. В конце концов, история человечества дает не много возможностей видеть всю нацию, шестьсот тысяч мужчин, (минимум) три с половиной миллиона душ, собравшихся в одном месте. В то же время кажется, что это сравнение бесчисленного множества людей с неисчислимым множеством звезд призвано заранее опровергнуть ошибочное представление о том, что из-за своего огромного количества этот народ следует рассматривать как неисчислимую массу, в которой отдельная личность не имеет значения. Как и в случае с бесчисленным множеством звезд, каждый отдельный представитель этого народа сохраняет свое значение как независимая сущность; он является «миром в себе». Б-г назначил ему личную миссию и направляет его как личность, обладающую собственной персональной значимостью…

Глава 2

4. ОНИ БУДУТ БОЯТЬСЯ ВАС. Они не нападут на вас.

НО ВЫ ОЧЕНЬ ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ. Будьте очень осторожны и не позволяйте себе даже малейших вольностей с сыновьями Эсава. Или скорее: они боятся, что жестоко пострадают от ваших рук. Они думают, что после такого длительного странствия по пустыне, вы будете голодать и лишитесь всего своего имущества, и что поэтому, как только вы вступите в населенный, цивилизованный регион, вы захватите все, на что сможете наложить руку. Поэтому сдержите себя и покажите им, что вы не такие.

5. …Относительно народов вообще, текст Писания гласит: «Когда Всевышний давал уделы народам» (Дварим 32:8), то есть многие человеческие племена не нашли своего постоянного места на земле без Б-жественного руководства. Но по поводу потомков Эсава и Лота, народов, произошедших из семьи Авраама, нам говорят со всей определенностью: «Я дал Эсаву … в наследие». То же самое нам говорят о Моаве и Аммоне (Дварим 2:9 и 19). Тот факт, что Израилю напоминают об этом, когда он готовится получить землю из рук Б-га, должен иметь, как кажется, далеко идущие последствия. Ибо он дает понять еврейскому народу, что Б-жественное провидение управляет и судьбами других народов, а не только еврейского, и что Израиль должен занять свое место среди народов с Б-гобоязненным уважением к их собственности. Израиль не должен рассматривать себя как народ завоевателей, перед которым ни одна нация на земле не может отныне чувствовать себя в безопасности. Напротив, Израиль должен ограничить свои военные действия и доблесть задачей овладения той единственной землей, которую Б-г предназначил и обещал ему с самого начала его истории. Подобным образом, фраза «Я дал Эсаву… в наследие» приведена в Талмуде (Назир 61а) как доказательство того, что законы о наследстве, являющиеся одним из основных факторов всякого общественного развития, санкционированы Б-гом и в отношении остального человечества, которое связано (лишь) законом Ноаха.


Перед приходом Машиаха

Рав Эльхонон-Буним Вассерман,
из цикла «Перед приходом Машиаха»

Очерк "Перед приходом Машиаха", излагающий мнение Торы по политическим и социальным процессам современности. Был написан на идише в 1937 году и опубликован в начале 1939 года. Он был сразу же переведен на иврит, а впоследствии - и на многие другие языки

Об антисемитизме

Рав Моше Пантелят

Поколения приходят, поколения уходят, а антисемитизм остается, явление почти столь же древнее, как и сам еврейский народ, явление столь же любопытное и столь же удивительное, как и само существование еврейского народа. В древности и в средние века антисемитизм выступал, в основном, как проявление религиозной нетерпимости, в особенности это бросалось в глаза в европейских христианских странах.

«Эль-Аль» и святость шаббата

Йегуда Авнер

Выборы в Израиле и Хафец Хаим

Хафец Хаим

Как известно, Толдот Йешурун и наш сайт не занимаются политикой, но мы не можем остаться в стороне от выборов, которые состоятся в Израиле через несколько дней. В связи с этим публикуем письмо крупнейшего раввина последнего века, создателя алахического кодекса законов «Мишна Брура», принятого всеми религиозными евреями, — раби Исраэля-Меира аКоэна из Радина. Дай Б-г, чтобы выборы в Израиле приблизили наш народ к избавлению. Нам представляется, что голосование — это личное дело каждого, а те, у кого есть вопросы, пусть спрашивают у своих раввинов.