Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Охранник предлагает арестованному прозелиту содействие Виленского Гаона, который владеет секретами Каббалы. Тот отказывается, поскольку хочет исполнить заповедь Освящения Имени Всевышнего.

Это был кульминационный момент в попытке второй силы спасти его. Амброзиус опять пришел к нему, цепляясь за последнюю из оставшихся возможностей: «Человек может открыто заявлять о своей приверженности к определенной религии, но в глубине души молиться тому Г-споду, которому хочет молиться. Разве не так поступали в Испании? Одним своим словом Вы можете спасти две души, две жизни: Вашу собственную и жизнь Вашей матери. Потому что Ваша позорная смерть на костре будет стоить ей жизни».

Авраам даже не попытался понять эти слова, произнесенные с таким трудом.

* * *

Итак, первая сила, стремившаяся покончить с ним, побеждала. Она безжалостно требовала жертвы. Она желала укрепить свою власть, поскольку сама была в опасности. И Авраам должен был насытить пламя ее изголодавшихся костров.

Каждое утро размеренно звонили колокола. Каждый день мимо тюрьмы, напевая без слов и во весь голос, шествовали звенящие колокольчиками процессии.

Третья сила неустанно трудилась в еврейских сердцах и в еврейских домах, в шулах и батей мидрашах Вильны. Авраам чувствовал это всей душой. За стенами его камеры каждую ночь, когда появлялись звезды, евреи отсчитывали следующий день, а потом еще один, дни и недели, начиная с Исхода из Египта и до дарования Торы. Они произносили молитвы, полные боли и надежды. Каждый шабат между

Шма и Шмонэ Эсрэ звучали печальные молитвенные стихи, наполненные стонами мучеников. Во дни минувшие, когда эти молитвы с их печальными мелодиями были написаны, победу праздновала первая сила, ведь время третьей силы еще на наступило. Авраам вспомнил слова Гаона: «Когда человек судьбой предназначен для великих деяний, а время для них еще не пришло, намерения всей его жизни оказываются несостоятельными, и даже достойнейшие сбиваются с пути. Они и есть мученики».

Аврааму казалось, что лишь ничем не оправданная гордыня позволяет ему отнести эти слова к себе.

Он тоже каждый вечер вел счет дням до Шавуот, когда евреи получили Тору из огня, и именно в этот день будет зажжен огонь для него.

Все мелодии счета Омера, казалось, дрожали в воздухе, и он ощущал их даже в своей камере: еврейский народ, с нетерпением ожидающий празднования дарования Торы; радостные песни крестьян, собравших первые плоды и несущих их в Бейт Амикдаш; победные песни героев Бейтара и затихающие стоны мучеников вдоль берегов Рейна и Майна.

Эти молитвы, выражающие боль, радость и чаяния еврейского народа, давали ему жизнь в те ночи страха и надежды. Каким образом третья сила смогла подкупить когото, чтобы позволить еврею стать охранником, он не знал, но короткая записка достаточно ясно подтверждала, что человеку, принесшему ее, можно доверять. И говорил этот человек откровенно: «Если захотите, Рабейну Элияу может использовать свои познания в Каббале, чтобы освободить Вас».

Аврааму не понадобилось много времени для ответа. «Я не хочу отказываться от мицвы Кидуш Ашем — Освящения Б-жественного Имени».

«Что вы имеете ввиду?» — удивленно спросил охранник.

«Именно то, что сказал».

«Я имею в виду… Вы гер. Как гер мог прийти к столь высокому пониманию святости?»

Авраам ответил: «Дело не в чувстве собственного достоинства и не в гордости. Знаете, почему геры присоединяются к еврейству? Когда Рибоно шель олам предлагал Тору народам мира, то не все неевреи отказывались от нее. Те, кто в каждом из народов не отвергали Тору, как раз и есть геры, претендующие на когда-то предложенную им долю».

В следующий раз охранник сказал: «Какие разные есть люди! Среди гоим встречаются люди, подобные Вам, а среди нас есть такие, как тот доносчик».

Авраам произнес: «В скором времени я предстану перед Троном Всевышнего. Уверяю Вас, что в первую очередь я постараюсь добиться для Лемке доли в олам аба. Ведь только благодаря ему я получил возможность освятить Имя Всевышнего».

Исчисление семи недель до Шавуот подходило к концу. Однажды Авраам почувствовал, что началась седьмая неделя, сфира малхут — царствования. Первый день — хесед шебемалхут: Доброта Ашема, которую Он обнаруживал через Свое Царствование. Еще через шесть дней настанет малхут шебемалхут — царство царствования. Еще шесть дней.

Эти возвышенные мысли не покидали его на протяжении последних дней. Третья сила на Синагогальной улице дивным образом поддерживала его. Какая же из противоборствующих сил одержит победу?

C разрешения издательства Швут Ами


Современный термин «харедим» взят из слов пророка Йешаяу: «Слушайте слово Вс-вышнего, трепещущие пред словом Его!» Словосочетание «харедим лидвар Ашем» («трепещущие перед словом Вс-вышнего») со временем сократилось до слова «харедим» (трепещущие). Читать дальше

Бамбуковая колыбель 14. Гиюр по Галахе

Доктор Авраам Шварцбаум,
из цикла «Бамбуковая колыбель»

Приобрести книгу « Бамбуковая колыбель » в нашем онлайн магазине Приемные родители китаянки понимают, что другого выхода, кроме как пройти ортодоксальную церемонию гиюра, у них нет

Средства для ешив

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Понятия и термины Иудаизма»

Финансирование ешив — камень преткновения в израильском обществе. Чтобы окончательно рассеять домыслы о миллиардах шекелей, которые тратятся на «паразитов», публикуем эту короткую и ёмкую статью.

Место в автобусе

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «Понятия и термины Иудаизма»

В общественном транспорте религиозные мужчины и женщины сидят отдельно. Такой обычай проистекает из еврейских законов скромности, запрещающих общение между чужими людьми разных полов.

Одежда

Рав Реувен Пятигорский,
из цикла «О нашем, еврейском»

По материалам газеты «Истоки»