Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Одним из главных достоинств человека является незамутненный разум. Благодаря ему еврей отдалится от греха и приблизится к Творцу. Именно такое качество имел в виду царь Давид.

Он сказал им: «Пойдите и выясните, каков дурной путь, которого следует избегать человеку?» Раби Элиэзер говорит: «Дурной глаз». Раби Йеошуа говорит: «Дурной товарищ». Раби Йоси говорит: «Дурной сосед». Раби Шимон говорит: «Тот, кто берет взаймы и не отдает, — как берущий взаймы у человека, так и берущий взаймы у благословенного Вездесущего, согласно сказанному (Теилим 37:21): “Берет взаймы злодей и не выплачивает, а праведник милует и дает”. Раби Элазар говорит: “Дурное сердце”. Он сказал им: “Я принимаю слова раби Элазара, сына Араха, поскольку в его словах содержатся и ваши”.

Он сказал им: “Пойдите и выясните, каков дурной путь, которого следует избегать человеку?” В ответ каждый из учеников назвал качество, противоположное тому, которое он счел самым лучшим для человека, — кроме раби Шимона, сына Натанэля, который определил дурного человека как того, кто берет в долг и не отдает. Однако он и не мог ответить так же, как остальные ученики, то есть, сказать, что путь, от которого следует отдаляться, — это неспособность видеть нарождающееся. Дело в том, что дурные качества, отмеченные четырьмя первыми учениками, являются противоположностью добрым. Дурной глаз — это зло, противоположность доброму глазу, то есть, добру, и так далее. А неспособность видеть нарождающееся — это всего лишь отсутствие добра, но не зло. (Это — своего рода нейтральное положение, но не дурной путь, противоположный) соответствующему доброму качеству. Ведь и раби Элиэзер, (например), в ответ на вопрос о дурном пути не мог бы сказать: “Это человек, лишенный доброго глаза”! Ведь такой человек, хотя добра определенного вида у него и нет, не является и злым, а мишна говорит именно о дурном качестве, от которого следует отдаляться. Поэтому (раби Шимон должен был определить именно) дурной путь, противоположный способности видеть нарождающееся.

Благо, которое заключено в этой способности, — ясный и незамутненный разум. Именно он дает человеку эту способность, как мы уже сказали. Это, несомненно, высочайший уровень, поскольку разум тем самым уподобляется обитателям высших миров, также ясным, незамутненным и самодостаточным. Поэтому его внешнее проявление — боязнь греха: чем ближе к высшим мирам, тем эта боязнь сильнее, как уже разъяснялось. А от низшего мира, все творения которого имеют смешанную природу, такой разум далек. Поэтому его противоположность — крайняя степень смешения, то есть, склонность получать от других. Ведь природа вещи становится смешанной и замутненной именно тогда, когда к ней примешивается, в нее входит нечто такое, что изначально к ней не относилось и ей не принадлежало. Поэтому должник, отказывающийся выплатить долг, именно таков. Он удерживает у себя нечто, никоим образом ему не принадлежащее, поэтому его природа замутнена. Не будь она такой, он и не стал бы брать в долг чужих денег и уж, во всяком случае, не отказался бы вернуть их. Сам по себе заем, несмотря на то, что человек получает чужие деньги, не может быть назван “смешением”: ведь все творения этого мира нуждаются друг в друге и зависят друг от друга. Поэтому, если человек хранит свою природу незамутненной, он (не отказывается просить в долг, но) непременно выплачивает, так что денег товарища у него в руках не остается.

То есть, в конечном итоге, тот, кто хранит себя незамутненным, хранит у себя свое имущество и не владеет ничем, что принадлежит другому.

Наши мудрецы неявно упоминают это в мидраше (раздел Цав): “Вот учение о жертве Всесожжения” (Ваикра 6:2). А что написано в Торе перед этим? “И будет, когда согрешит и провинится, и вернет награбленное, которое награбил” (Ваикра 5:23) — и лишь потом наступает очередь жертвы Всесожжения. Тора говорит тебе: “Если ты желаешь принести жертву Всесожжения, ничего не кради у других”. А почему? Потому, что “Я Б-г, любящий суд, ненавидящий воровство в жертве” (Йешая 61:8). Когда же ты можешь принести жертву Всесожжения, а Я приму ее? Когда твои руки будут чисты от награбленного. Давид сказал (Теилим 24): “Кто поднимется на гору Б-га и кто будет стоять в месте святости Его? (Тот, у кого) чисты руки и чисто сердце”. И ты можешь узнать это из самого начала рассказа о жертвоприношениях (Ваикра 1:2): “Тот из вас, кто принесет жертву свою…” Б-г желает, чтобы жертвы Ему приносили так, как это делал Первый Человек: тот ведь никак не мог принести в жертву украденное, ибо был единственным обитателем мира, и ему принадлежало все».

Этот отрывок вызывает вот какой вопрос. Почему из всех преступлений, которые могут быть связаны с жертвоприношением, Тора особое внимание уделяет именно воровству? Ответ состоит в том, что приносящий жертву должен быть чист от награбленного. Именно поэтому отрывок о жертве Всесожжения поставлен рядом с отрывком о запрете грабежа. Жертва приближает человека к Б-гу, а тот, кто крадет у других, не имеет права на близость к Б-гу. Ведь Б-г самодостаточен и неразделен, а обокравший другого человека удерживает у себя нечто, что предназначено не для него. Его природа, таким образом, оказывается смешанной и замутненной: ведь самодостаточность состоит именно в способности существовать независимо от других и ничего от них не получать. В особенности же все это относится к жертве Всесожжения, о которой особо сказано, что Б-г ненавидит воровство в жертве. Эта жертва сжигается на жертвеннике целиком, то есть, вся целиком приближается к Б-гу. А если эта жертва не принадлежит полностью жертвователю, а украдена им у другого, то ее природа характеризуется самым большим смешением, какое только возможно, поэтому она не может предстать перед Б-гом в качестве жертвы Всесожжения, святой из святых. Это и имел в виду царь Давид, когда сказал: «Кто поднимется на гору Б-га и кто будет стоять в месте святости Его? (Тот, у кого) чисты руки и чисто сердце». Кто сможет подняться на высшую ступень святости? Тот, чьи руки чисты. Ведь в противном случае сама его жертва будет не чистой, а смешанной. Только если его руки чисты от грабежа, может проявиться чистота его сердца, то есть, сама его благая природа, о которой стих говорит дальше. Ведь «чистое сердце» — это и есть ясный и незамутненный разум, который мы уже обсуждали. Таким образом, Писание само говорит об этом благом свойстве человека — о способности видеть нарождающееся. Это ведь и есть «чистое сердце», то есть, незамутненный разум — именно он позволяет размышлять о будущем и постигать его.

Мы уже несколько раз говорили об этом, разъясняя, кто такой злодей. И человек, который потерял свою цельность, то есть, перестал быть равным самому себе, с полным правом может быть назван злодеем — и это совершенно ясно.

И если ты вдумаешься в это объяснение, тебе станет очевидно, что оно отражает истинный смысл мишны. Ведь наши слова порождены не мнением и не рассуждениями — это истинные и ясные слова. Нам пришлось лишь кое-где пересказать мысли, заключенные в этой мишне, более подробно, чтобы человек смог воспринять их. Мудрец же добавит к этому новую мудрость и новое понимание, в особенности, в том, что касается пяти возвышенных качеств человека, и найдет в них основу тайну святых (творений). И мы уже говорили, что слова мудрецов ни в коем случае не следует понимать как порожденные рассуждениями; они рождены одной только мудростью. А слова (этой мишны), вне всякого сомнения, суть слова мудрецов, хоть мы и не можем разъяснить всю глубину, которая в них сокрыта.

с разрешения издательства Швут Ами


В еврейской истории город Шхем часто становился местом расколов и конфликтов: здесь произошло несчастье с дочерью Яакова Диной, здесь, у Шхема, был продан в рабство Йосеф. В Шхеме же было закреплено разделение единого еврейского государства на два, Северное Израильское и Южное Иудейское царства. Конфликты вокруг Шхема (по-арабски — Наблуса) продолжаются и сегодня. Читать дальше