Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Приложенные усилия есть сама награда. Потому что они не только помогают выдержать испытание, но и формируют личность. Сам человек и есть главное достижение успешно преодоленных испытаний. В этом его истинная суть.»Рав Акива Татц, книга «Живи и выбирай»
Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух

1. Человеку, соблюдающему первый день траура, запрещено устраивать свою первую трапезу из принадлежащей ему еды. И заповедь требует от его соседей прислать ему еды на первую трапезу, которая называется сеудатавраа. Начинать эту трапезу следует с яиц или чечевицы, так как они круглые и «не имеют рта», как и соблюдающий траур, ук которого тоже нет рта (то есть он не должен ни с кем разговаривать — перев.). после этого соблюдающему траур разрешается есть все, что угодно, даже мясо. И во время трапезы ему разрешается выпить немного вина, чтобы пища лучше переваривалась, но не для утоления жажды. (Некоторые говорят, что весь первый день траура соблюдающему траур запрещено есть собственную еду, даже если он будет есть сегодня несколько раз).

2. Если он не хочет есть днем, то, когда кончился день и наступила ночь, ему стало можно есть собственную еду. И поэтому если человек живет в отдаленном поселении один и некому послать ему сеудатавраа, правильно было бы ему поститься до ночи. Однако если он не в состоянии поститься, он не обязан морить себя голодом, и ему разрешается есть собственную еду.

3. Замужняя женщина, которая соблюдает траур, не имеет права есть в первую трапезу еду, принадлежащую ее мужу, поскольку она считается ее собственной, раз он обязан ее кормить. И также если у хозяина дома работает наемный рабочий, который в качестве платы за работу имеет права питаться вместе с хозяином, и этот рабочий начинает соблюдать траур, он не имеет права есть в первую трапезу еду, принадлежащую его нанимателю. Если же человек кормит сироту или собственного сына или дочь, не обязавшись это делать, им они начинают соблюдать траур, они могут есть еду, принадлежащую ему, поскольку она не считается принадлежащей им (раз он не обязан по закону снабжать их едой — перев.).

4. Не следует мужчинам посылать сеудатавраа женщине — это должны делать женщины.

5. Если мертвый был похоронен ночью, то, если соблюдающий траур хочет поесть ночью, ему запрещено есть собственную еду, а соседи должны послать ему сеудатавраа; если же он не хочет есть ночью, то на следующий день ему запрещено есть в первую трапезу собственную еду, поскольку день считается продолжением ночи, и поэтому у него все еще продолжается первый день.

6. Если мертвый был похоронен в пятницу в последнюю четверть дня, то есть начиная с девяти часов и далее, когда запрещено устраивать трапезу, соблюдающему траур не посылают сеудатавраа из-за наступающего Шаббата. И ему не следует до ночи ничего есть.

7. Сеудатавраа посылают тому, кто получил «недавнее известие», и не посылают тому, кто получил «далекое известие» (см. следующую главу). Если человек получил недавнее известие в Шаббат, ему не посылают сеудатавраа, и он имеет право есть собственную еду. И также в воскресенье после этого Шаббата нет необходимости посылать ему сеудатавраа, так как первый день траура для него уже прошел.

8. И также если у человека родственник умер и был похоронен в Йом-Тов, ему не посылают сеудатавраа. И также после Йом-Това нет необходимости посылать ему сеудатавраа, так как первый день траура уже прошел. Однако если похороны произошли в Холь а-Моэд, ему посылают сеудатавраа, но он имеет право есть, сидя на скамье за столом, как делает обычно, поскольку в Холь а-Моэд не проявляют признаков траура.

9. В день смерти мудреца, знатока Торы, принято было поститься1.


1 Хорошо бы человеку поститься вдень, когда умер его личный раввин, поскольку человек обязан почитать его больше, чем почитать отца.


Согласно объяснению многих еврейских мудрецов, поскольку человек состоит из двух противоположных «компонентов» — тела и духа, ему даны были два пути использования материальных вещей — материальный и духовный. Но, как известно, иудаизм строго регламентирует, какие способы воздействия возможны, а какие строго запрещены. Читать дальше

Кицур Шульхан Арух 166. Запрет гадания, астрологии и колдовства

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Кицур Шульхан Арух»

Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух

Мидраш рассказывает. Недельная глава Ваэра

Рав Моше Вейсман,
из цикла «Мидраш рассказывает»

Сборник мидрашей о недельной главе Торы.

Ваэра. Зачем создавать трудности, чтобы их преодолевать?

Рав Бенцион Зильбер

Всевышний снова посылает Моше и Аарона к фараону с требованием отпустить еврейский народ, чтобы он служил Б-гу. В доказательство, что Моше действительно послан Б-гом, Всевышний велит ему явить фараону чудо: превратить свой посох в змея. Фараон отказывается выполнить требование Всевышнего. За этим следуют десять ударов по Египту, которые должны заставить фараона подчиниться требованию Б-га. О каждом из них Моше заранее предупреждает фараона. Каждый из них представляет собой чудо, совершаемое Моше и Аароном. В нашей главе говорится о семи из этих десяти ударов. Сначала вода во всем Египте превращена в кровь — это первая «египетская казнь». Затем землю Египта и жилища египтян заполняют лягушки. Третьей казнью стало нашествие вшей на людей и скот. После этого удара египетские маги признали в действиях Моше перст Б-га, но фараон остался непреклонен. Четвертой казнью было нашествие на Египет хищных зверей, пятой — мор среди домашнего скота, шестой — воспаление кожи, переходящее в язвы, у людей и у скота, седьмой — град, уничтоживший растительность, скот, не угнанный с пастбищ, и египтян, которые после предупреждения не сочли нужным укрыться в доме. Сказано, что после шестой казни Всевышний «ожесточил» сердце фараона, т.е. придал ему упорство. При всех семи казнях евреи находились в особом положении: для них вода осталась водой, лягушки, вши, мор скота и язвы их не беспокоили. Особо оговорено, что две казни: нашествие хищных зверей и град — не коснулись земли Гошен, где жила основная часть евреев, как будто между Гошеном и остальным Египтом стояла невидимая стена.