Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Избранные главы из книги

Угроза нашему образу жизни исходит из каждого мыслимого места. В пустыне, когда Моше вывел сынов Израиля из Египта, Амалек атаковал старых и слабых с тыла движущихся колонн. Сегодня миссионеры атакуют больных и несведущих, но наши люди обладают удивительной силой. Мы должны быть начеку и помогать нашим братьям и сестрам, попавшим в различные трудные ситуации.

Следующая история показывает, как наши дети помогают нам в подобных случаях. По моему мнению, наилучший способ укреплять волю и силу наших детей — это осведомлять их о том, что у них есть обязанности перед обществом. Мы живем в обществе, в котором принято требовать услуг и выражать недовольство, если их не нам не оказывают. Но это неправильный взгляд на жизнь. Нам никто ничего не должен. Мы находимся в неоплатном долгу перед Создателем за то, что Он даровал нам жизнь и все необходимое для ее поддержания. Мы также в долгу перед теми, кто нам помогал в том или ином случае. Даже если мы непрестанно отдаем те или «долги», мы не в состоянии «расплатиться» полностью. Очень важно объяснять это нашим детям, иначе они будут считать, что Б-г или какой-нибудь человек что-то им должен. Когда наши дети помогали Малке бат Ривка (на иврите бат — дочь), они приобрели гораздо больше, чем давали, хотя они «давали» очень много.

В 1980 г. Ребецин позвонили обезумевшие от горя родители: их сына поразила страшная болезнь — церебральный паралич. В частной больнице, где он лежал, миссионеры решили воспользоваться угнетенным состоянием его еврейских родителей и стали убеждать их отречься от своего наследия. Ребецин попросила Лею и меня проследить за этой ситуацией; результаты оказались значительно лучше, чем мы ожидали.

Однажды утром я зарегистрировался у администратора больницы и затем поднялся к нему в кабинет. Я сказал ему, что хочу организовать здесь класс по изучению Торы. Он отнесся к этому очень враждебно. Но я настаивал. Через некоторое время я получил сведения об именах других евреев, находившихся в этой больнице. На следующей неделе у нас образовался «костяк» из пяти человек. Среди них была девочка, которую мы стали называть Малка бат Ривка. Ее комната находилась недалеко от небольшого зала, где мы намеревались проводить занятия. Она обрадовалась моему предложению.

Тело Малки было искривлено. Она не могла вставать — ни с постели, ни с коляски. Временами мы затруднялись понять ее речь. Когда мы познакомились, выяснилось, что ей немного больше тридцати лет и что она — жертва церебрального паралича. Болезнь проявилась у нее сразу после рождения.

Но какой душой обладала она! Ей не хватало только знания Торы, чтобы вдохновиться на что-то важное, значительное. И Малка бат Ривка стала человеком, до глубины души верящим в Б-га; этому способствовал самый редкий дар, которым только может обладать человек — она была удовлетворена участью, выпавшей на ее долю. Она никогда не жаловалась; она всегда улыбалась.

Бен Зома говорит: « … Кто богат? Тот, кто доволен своей участью …»[1]

Малка, которая могла жаловаться почти на все на свете, никогда не жаловалась. Она, которая не имела почти никаких причин улыбаться, всегда улыбалась. Она обладала свойством оторваться от своего скрученного тела и подняться высоко-высоко вверх.

Когда я впервые обратился к ней, ее лицо просветлело. Она предложила свою комнату в качестве помещения для планируемого класса. Я прикрепил мезузу к двери этой комнаты, и у нас сразу появилась «аудитория» для занятий.

Незадолго до нашей встречи любимая «мамочка» Малки скончалась. Пораженная недугом Малка потеряла своего единственного друга на этом свете. Однако Малка не «сломалась», она каким-то образом преодолела это душевное потрясение. Я сказал Малке, что ее мамочка, несомненно, молит Властелина всей Вселенной придать силы ее дочери с тем, чтобы она сумела устоять перед выпавшими на ее долю испытаниями. Ее мольбы были услышаны, когда Ребецин услышала тот телефонный звонок, о котором я говорил выше.

В предоставленной нам Малкой «аудитории» мы начали занятия класса по изучению недельных глав Торы. Занятия продолжались несколько лет, и я радуюсь тому, что нам удалось укрепить душевные и физические силы этой группы страдающих от своих болезней евреев. Многих удалось спасти от давления, оказывавшегося миссионерами. Но никто из них не мог сравниться с Малкой в ее усердии в учебе, и никто не обладал такой фантастической памятью.

В трактате Авот раби Элиэзера бен Гиркана сравнивали с «оштукатуренным колодцем, не теряющим ни капли воды»[2]. Физические возможности Малки были очень ограничены, но ее мозг действительно можно было сравнить с совершенным хранилищем: ни один урок не был ею забыт.

Однако Малке нелегко было ориентироваться в последовательности событий. Если я рассказывал ей о том, как Авраам со своими людьми двинулся в Египет, и что так поступили и его потомки сотни лет спустя, ей было трудно разобраться в том, что произошло и когда, и она очень расстраивалась из-за этого. «Я фермишт (на идиш — запуталась)», — кричала она. — «Я не ферштейн (не понимаю)». Тогда я старался помочь ей преодолеть возникшие трудности.

Каждую неделю (до тех пор, пока она не покинула этот мир) мы проводили немного времени в каких-нибудь играх. В конце каждой игры Малка обычно говорила: «Я хочу, чтобы Вы закрыли глаза рукой и повторяли за мной “Шма Исраэль…”.» Каждую неделю Малка «учила» меня молитве, которую евреи читают два раза в день. Я представляю себе, как она проходит через врата Небесного Суда, предстает перед Б-жественным троном и с гордостью, закрыв руками глаза, произносит эти слова, свой паспорт в Царство Вечности; ее глаза полны слез счастья, и рядом с ней — ее любимая мамочка.

Усердие Малки никогда не ослабевало. Кроме того, она была истинным воплощением заботы о других. Каждую неделю она интересовалась здоровьем ребецин Юнграйс и ее родителей. Она всегда молилась о них, молилась страстно, и — я верю — совершенно искренне.

Наши беседы с Малкой подвели ее к усвоению многих важнейших понятий, относящихся к духовной сфере жизни. Мы, в частности, знакомились с тем, что такое Мир Грядущий, где все достойные души вечно пребывают в присутствии Б-га. Мы также знакомились с учением о приходе Машиаха, после которого все покинувшие этот мир будут воскрешены, и их тела воссоединятся с их душами.

Когда Малка услышала о воскрешении мертвых в Мире Грядущем, ее глаза загорелись. Она выглядела так, как будто именно ее только что воскресили.

«Вы хотите сказать, что я опять увижу свою мамочку?» — радостно закричала она.

«Конечно», — ответил я, — «и ты будешь даже танцевать с ней. Ты будешь на сто процентов здоровой, безо всяких физических недостатков. Я надеюсь, мы там встретимся, так что, пожалуйста, не забудь представить меня своей маме».

Она посмотрела на меня с улыбкой, которая потом долгое время не сходила с ее лица.

«Я всегда думала, что после этого мира нет ничего. Знаете, как говорят — прощайте, значит прощайте. Я не могу в это поверить. Я не могу в это поверить».

С этой минуты она стала другим человеком: она была полна надежд, страстно и непрестанно молилась о скорейшем приходе Машиаха. Эти молитвы возвышали ее душу, облагораживали ее. Я уверен, что они уже ускорили приход Машиаха, да придет он скорее, в наши дни.

Малке посчастливилось иметь преданного, любящего отца и мачеху, которая стала ее второй матерью. Б-г помог Малке, человеку с особенной, очень хорошей, душой — она получила дополнительную поддержку для того, чтобы справиться с непрекращающимися испытаниями.

По прошествии нескольких лет Малка переехала из одной больницы в другую, расположенную относительно недалеко от нас. По мере того как круг взятых нами на себя обязанностей расширялся, учить Малку стали наши дети. Каждый старался пополнять ее знания законов Торы и обычаев еврейской жизни.

Весной 1994 г. Малка сломала бедро. Ее душевное состояние было по-прежнему бодрым, и она никогда не жаловалась, несмотря на появление новых болей. Но хирурги пришли к выводу, что этот перелом — не результат обычного несчастного случая. Выяснилось, что причиной перелома является рак, уменьшивший прочность ее костей.

Родители не рассказали Малке об этом, и мы продолжали посещать ее, как всегда. Наш сын, Аарон Яаков, часто приходил к ней в больницу по пятницам, во второй половине дня. Он приходил из ешивы, находившейся недалеко от больницы, на Лонг Бич. Он обычно проводил с ней немногим более часа, после чего возвращался домой на празднование Шабата.

Проходили месяцы. Малка чувствовала себя все хуже; рак распространялся. Ее перевели в другую больницу.

В 1995 г., девятого ава по еврейскому календарю, мы посетили ее в последний раз. Девятое ава (на иврите Тиша беав) — самая тяжелая, полная горестных событий дата еврейского года. Только девятого ава (помимо Йом кипура) пост соблюдается в течение всего дня. Это день глубочайшей печали, связанной с разрушением обоих Храмов в Иерусалиме и с множеством других трагедий, обрушившихся на наш народ именно в этот день в различные периоды его истории.

Малка болезненно худела, но ее дух был силен, как никогда. Мы обсуждали значение этого дня, вспоминали ее маму, и она, как всегда, «учила» меня молитве Шма Исраэль.

Через десять дней раздался телефонный звонок. Малку вызвали на Небеса для вручения награды.

Меня попросили выступить на похоронах Малки. Там я обратил внимание на ее брата — преуспевающего бизнесмена с приятной внешностью. Я подумал, какой красивой была бы Малка, если бы имела обычное, нормальное тело.

Но она обладала более чем нормальной душой — необыкновенной, очень незаурядной.

Наиболее важным в жизни является не то, что с нами случается, а то, как мы реагируем на случившееся. И несчастье, и счастье, и удача — все бросает нам вызов, ставит перед нами сложные задачи.

Малка довольствовалась тем, что выпало на ее долю; она не жаловалась и не возмущалась. Она представляла собой пример того, каким должен быть еврей; она улыбалась, столкнувшись с несчастьем — а это было действительно несчастье. Малка достойно переносила болезнь, угрожавшую ее жизни, и перенесла потрясение, вызванное смертью любимой матери, поддерживая свое существование с помощью Торы, полностью овладевшей ее вниманием.

Сейчас она находится на Небесах, рядом со своей мамочкой. Ей больше не надо беспокоиться о своем скрученном теле; оно теперь прямое, как стрела.



[1] Авот 4:1.

[2] Авот 2:11.



с разрешения издательства Швут Ами


Они являются наиболее уважаемыми личностями еврейской истории, «столпами» как еврейского мировоззрения, так и других «авраамических» религий. Читать дальше