Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Известно, что Тора не рассказывает ничего просто так. Любые события, о которых повествуется в ней, призваны помочь нам научиться жить праведно и правильно, сделать наше служение Творцу совершеннее

Известно, что Тора не рассказывает ничего просто так. Любые события, о которых повествуется в ней, призваны помочь нам научиться жить праведно и правильно, сделать наше служение Творцу совершеннее.

Грех первого человека — одно из самых грандиозных событий в истории человечества, суть которого далека от нашего понимания. Однако попробуем понять объяснения мудрецов Торы, посвященные этому поступку первого человека.

Уровень Адама до греха и после него

Бессмертие. «И повелел Господь Б-г человеку так: “От всякого дерева в саду можешь есть; от Древа познания Добра и Зла, не ешь от него; ибо в день, когда станешь есть от него, смерти предан будешь”.

Но, отведав запретный плод, Адам умер не в тот же день, а только через девятьсот тридцать лет. Как надо понимать такое наказание? Одно из объяснений говорит, что первые семь дней творения описывают в сжатой форме всю историю нашего мира, когда каждый день соответствует одному тысячелетию. Считая в этой системе, видим, что Адам, действительно, умер в день греха, поскольку его жизнь завершилась в первом тысячелетии.

Другое объяснение говорит, что до греха человек был бессмертен, а наказание сделало его подвластным смерти, в результате чего он и умер через 930 лет. Однако эта точка зрения не отвечает на вопрос, почему жизнь Адама всё-таки не прервалась в день совершения греха, как сказано в Торе.

Чтобы ответить на этот вопрос рассмотрим высказывание из книги “Коэлет”:

— Лучше … день смерти, чем день рождения.

Мудрецы так комментируют эту фразу:

— Рождается человек — все радуются, умирает — все плачут. Но должно быть наоборот. Все должны плакать при рождении человека, поскольку не знают, что будет с ним. А в день смерти все должны радоваться, поскольку известно, что он благополучно вышел из мира.

Из двух кораблей в море люди радостно приветствуют тот, что причаливает к пристани, потому что знают, что он вышел с миром и вернулся с миром. А уходящий в море провожают грустными тревожными взглядами, так как не знают, что ожидает его. То же самое человек». («Ялкут Шимони»)

Но отчего же тогда, действительно, люди радуются, когда человек рождается, и плачут, когда он умирает? Обычно говорят, что все рады видеть нового человека в мире, но расставаться с ним очень грустно. При этом последнем прощании все плачут и печалятся, но не об ушедшем, ведь он попадает в лучший мир, а о себе, поскольку сожалеют о неизбежном расставании.

Любое наказание, посланное Творцом человеку, не является местью. Наоборот, это искупление греха или, другими словами, исправление того нарушения в структуре мироздания, которое произвёл тот самый поступок. Значит, в результате наказания человек должен быть исправлен и возвращён в своё первоначальное состояние. Что же тогда означает смерть Адама через 930 лет?

Как говорят еврейские мудрецы, Творец создал Адама и поместил его в Ган Эден (рай), который находился вне нашего материального мира. Это означает, что Адам до греха находился в духовном мире. В результате греха он «спустился» в материальный мир, а вместе с ним здесь оказались также все последующие поколения. Этот мир временный, и дан человеку для исправления, выходя из него, человек возвращается обратно в своё первоначальное состояние.

В Ган Эдене нет смерти, поскольку смертью мы называем выход из мира природы, и Адам, находясь там, был бессмертен. Поэтому смерть его через 930 лет трудно назвать наказанием. В конце концов он возвращается в своё первоначальное состояние. По всей видимости, наказанием была необходимость находиться в мире природе, для выхода из которого необходимо пройти процесс смерти. Смертью для Адама было войти в наш мир, а выход из него это в некотором смысле «рождение».

Тогда понятно, что Адам получил наказание в день греха, поскольку в тот же день оказался в материальном мире — мире смерти.

А так же понятен пример с кораблями. В нашем мире человек сначала рождается, а потом умирает. Но с точки зрения Ган Эдена он сначала «умирает», то есть входит в мир природы, а потом как бы «рождается» — возвращается обратно. И когда человек рождается, все должны плакать, поскольку не знают, что будет с ним в этом мире. Рождение, с точки зрения Ган Эдена, похоже на корабль, который уходит в море. Когда же человек умирает, все должны радоваться, поскольку он благополучно вышел из нашего мира. Это, с точки зрения Ган Эдена, похоже на корабль, который причаливает к пристани.

Уровень постижения. «А змей был хитрее всех животных полевых, которых создал Господь Б-г. И сказал он жене: Верно сказал Б-г: “Не ешьте ни от какого садового дерева…?” И сказала жена змею: “От плодов садового дерева можем есть. Но от плодов дерева, которое среди сада, Б-г сказал не есть и не касаться его, а не то умрем”.» И сказал змей жене: «Преданы смерти не будете. Но знает Б-г, что в день, когда станете есть от него, откроются ваши глаза, и будете вы как Б-г (и) ведающими добро и зло». (Берейшит 3:1—5)

До греха Адам не знал добра и зла, а узнал только после греха. Об этом говорит Раши: «… И хотя (Адам) обладал способностью давать имена, (т. е. постигать природу всякого живого существа), дурное побуждение не было присуще ему, пока он не вкусил от древа (познания добра и зла), и (тогда) проникло в него дурное побуждение, и познал он различие между добром и злом». (Брейшит 2:25)

Имена, которые давал Адам животным, не были условными. Каждое имя с позиции святого языка несёт в себе всю информацию о животном и его сути. Как уже было сказано, язык Торы является не условным, а существенным. То есть в каждом слове понятие им обозначенное строится из понятий, о которых говорят составляющие его буквы. По словам мудрецов, двадцатью двумя буквами Торы был создан мир. ( см. «Предназначение и цель в языке Торы») Для владеющих секретами святого языка открыто всё знание мира. Тора свидетельствует, что Адам обладал этим знанием, что само по себе говорит о его величии. Первый человек, будучи созданием рук Творца, был величайшим из людей. Сказано, что даже после смерти две его ступни были похожи на два солнца (тр. Баба Батра 58). То есть самая низкая часть его мёртвого тела светилась святостью настолько, что затмевала свет солнца. Эта метафора позволяет нам хотя бы приблизительно представить, как велика была святость и мудрость Адама. И хотя нам не совсем понятно, что значит «светиться святостью», речь идёт о высоких, не постижимых для нас духовных уровнях, когда сознание и разум проникает в глубины мироздания, а телесная действительность является чем-то вроде лёгкой «перегородки» перед ними. За всю историю человечества никто не приблизился к этому уровню. Талмуд так характеризует величие первого человека:

— Первый человек был от земли до неба, и от конца мира и до конца его. (тр. Хагига 12).

Адам а-ришон включал в себе всё содержание мироздания. Когда он был создан, ангелы по ошибке приняли его за самого Творца. Так было до греха.

Грех изменил состояние Адама и его уровень. Как сказал Раши, до греха первому человеку не было присуще дурное побуждение. Но после того, как он попробовал плод древа познания добра и зла, оно проникло в него. В результате Адам а-ришон постиг различие между добром и злом. Непонятно однако, что означает проникновение дурного побуждения внутрь человека? Куда внутрь?

Кроме того, из всего сказанного следует, что до греха Адам знал несравненно больше, чем все люди впоследствии, тогда почему он не мог различить между добром и злом? Ведь даже в наше время человек понимает это хоть в какой-то мере.

Все мы хорошо знаем, что такое дурное побуждение. Каждый ощущает внутри себя некий диалог между двумя внутренними силами. Одно требует от человека сделать то, что приятно, легко и нравится. Другое советует делать то, что правильно и соответствует существующим у него моральным принципам. Часто человек понимает, что ведёт себя плохо, старается скрыть свой поступок от других и даже стыдится перед собой. И, тем не менее, продолжает вести себя так же. Иногда он старается бороться, но не может себя преодолеть. Это удивительный и странный феномен противоречивости внутренней сути человека. Если ему хорошо так, почему восстаёт против, а если он считает что так не полагается себя вести, то почему все-таки уступает порыву желания? Кто его заставляет? И что значит бороться с самим собой? Ведь борьба может происходить только между двумя сторонами, но каждый из нас — только один человек.

На самом деле, как объясняют еврейские мудрецы, человек построен таким образом, что внутри него действительно находятся два фактора. Это доброе и злое побуждения. Одно из них является внутренней сутью человека, а другое пришло к нему извне, и в этом заключается причина противоречивости внутри человека. Доброе побуждение называется йецер а-тов и является сутью человека, а дурное побуждение называется йецер а-ра и не относится к сути человека, а приходит к нему извне. Однако, когда человек пытается взглянуть внутрь себя, он обнаруживает, что дурное побуждение обращается к нему в первом лице — «я хочу», «мне нравится», а доброе побуждение обращается к нему во втором лице — «ты должен», «так надо». Не смотря на то, что дурное побуждение, по сути своей, относится к действительности вне человека, сам человек ощущает его как самого себя, отождествляя дурное побуждение со своим «Я». И наоборот. То, что в действительности он сам — доброе побуждение — он ощущает как что-то внешнее. Это и имеет в виду Раши, когда говорит что дурное побуждение (йецер а-ра) проникло в него, то есть вошло внутрь его личного «Я». Как говорят мидрашим, змей, совративший Хаву, сам вошёл внутрь человека. Это означает, что слова человека «Я хочу» произносит, по сути, его йецер а-ра или тот самый змей, который живет в каждом из нас со времен греха первого человека.

Таково состояние Адама после греха. Он передал его по наследству всем последующим поколениям. Но до греха внутренняя структура человека была принципиально иной. Внутри него не было противоречивости и раздвоенности. Вся его действительность была сосредоточена и объединена в едином стремлении к истине. То есть, как говорит Раши, до греха дурное побуждение не было присуще Адаму. То есть внутри него жило только доброе побуждение (йецер а-тов), которое и являлось его сутью. Всё его внутреннее стремление направлялось только к добру и выполнению мицвот. Он чувствовал в себе единственное желание — освятить (прославить) имя Творца в мире, этим жил и к этому стремились все его внутренние силы, не противоречащие друг другу. Так он ощущал своё личное «Я». Его «Я хочу» включало в себя только добрые побуждения. Человек в наше время не способен представить себе такое состояние, поскольку имеет другую природу.

При этом, йецер а-ра и зло всё-таки имели место, но находились не внутри человека, а вне него. Поэтому, когда йецер а-ра хотел соблазнить человека, не мог прийти к нему в виде его личного желания — «Я хочу», а обращался к нему извне, во втором лице — «ты обязан», «так надо». В его личном «Я» не могло быть дурных побуждений. Наоборот, совершить дурной поступок было ему противно, это означало пойти против своей внутренней природы. В принципе, у него было такая возможность, только сделать это было все равно что броситься в огонь. Сегодня у каждого есть возможность прыгнуть в огонь, но надо быть сумасшедшим, чтобы сделать это.

Получается, что, не смотря на отсутствие внутри Адама противоположных сил, он всё-таки обладал свободой выбора. Только суть свободы выбора первого человека до греха также принципиально отличалась от его свободы выбора после греха. Его выбор заключался в том, чтобы сделать шаг в полном противоречии со своей сутью и природой, быть полностью хорошим или полностью плохим, войти в мир зла или не входить в него. Как всё-таки йецер а-ра смог соблазнить его на такой шаг будет рассмотрено в следующей главе.

Сказано в книге «Нефеш А-хаим», что после вкушения первым человеком плода от древа познания добра и зла, силы зла перемешались внутри него и внутри всех миров. В принципе, это соответствует более глубокому смыслу слова «знание», которое обозначает «соединение» или «объединение». Человек при изучении чего бы то ни было, как бы соединяется со знанием. Этот смысл слова «знание» часто находим в Торе. Например, фраза «И человек познал Хаву» говорит о соединении и объединении.

В этом идея понятия древа познания добра и зла — суть человека добро, зло входит в него и смешивается с добром. Теперь внутри человеческой сущности появляются два противоположных фактора — добро и зло. А сам человек испытывает добрые и дурные побуждения попеременно.

Плод дерева познания добра и зла приводит к объединению со злом. Зло входит внутрь человека, то есть внутрь его «Я», так что человек отождествляет себя с ним. Оно вызывает у него дурные побуждения и делает их его личными желаниями. Это и имел ввиду Раши, когда сказал, что Адам познал различие между добром и злом. То есть он и до греха лучше всех знал, что такое добро и зло. Но он не ощущал зла в своих стремлениях. А после греха соединился со злом и стал различать в своих стремлениях хорошее и плохое, как все после него. Более того, зло стало его личным стремлением, а добро стало ощущаться навязываемым извне.

Кроме этого, поступок первого человека повлиял на все мироздание. Поскольку всё было создано, чтобы быть орудием в руках человека для выполнения его роли, в момент, когда изменилось его внутреннее состояние, изменилось также внутреннее состояние миров, которые должны были соответствовать новому уровню человека. В этот момент добро и зло перемешалось также во всех мирах. Так возник настоящий мир природы, и первый человек оказался в нём. Это и называется нисхождением человека в материальный мир.

Таким же путём можно понять то, что пишет Рамбам в книге «Морэ Нэвухим». Первый человек не знал добра и зла, поскольку был совершенен и обладал чётким видением действительности. Когда человек в наше время говорит о добре и зле, он считает что и то и другое — действительность в мире, только зло — нечто плохое, а добро — нечто хорошее. Когда человек получает запретное удовольствие, он ощущает его как удовольствие настоящее, хотя и запрещенное в его понимании.

У Адама до греха было другое понимание добра и зла. В его представлении не было понятий хорошо и плохо. Он оперировал понятиями: истина и ложь. Добро — это желание Творца, поэтому оно истина и действительность. Зло — всё, что противоречит желанию Творца, а значит, является ложью и не может называться действительностью, так как Творец постоянно создаёт мир по своему желанию, и нет в мире чего-либо вне этого желания. Теперь понятно, что человек, желающий что-либо противоречащее желанию Творца, стремится ко лжи, обману и как бы уходит от реальности. Он словно выбирает самоубийство. Такой уровень восприятия мира был у Адама до греха.

Позже человек потерял это видение мира. У него создалось ошибочное представление, будто зло — это тоже действительность, хотя и плохая. Добро же не выглядит в его глазах как неоспоримая истина, а только как нечто хорошее.

На что это похоже. Когда человек смотрит в чистое и прозрачное окно, он отчётливо видит, что находится за ним. Но когда окно загрязнённое или матовое, он всё равно видит что-то, но не видит ясно, что это. Иногда он видит в окне некоторый образ и думает, что там находится какой то предмет или животное, но на самом деле за окном находится что-то другое. Чем больше загрязнение, тем больше пищи для воображения и фантазии.

Адам до греха обладал отчётливым и ясным взглядом на мир, поэтому видел его в понятиях истины и лжи, понятиях ясных и отчетливых. Но после того как отведал от плода познания добра и зла он спустился в мир природы и потерял возможность отчётливого видения и в результате стал ощущать истину и ложь как добро и зло.

И действительно, в этом заключается глубокая идея в понимании сути природы. Когда человек смотрит на стенку, он видит сплошную поверхность. С другой стороны все знают, что стенка состоит из атомов, а в середине атома находится маленькое ядро, вне которого движутся ничтожно маленькие электроны. Получается, что глядя на стену, мы должны были бы видеть пустоту. Почему же мы видим сплошную поверхность? Дело в том, что наш глаз ограничен или недостаточно совершенен. Он воспринимает только ограниченный диапазон спектра электромагнитных волн, так называемый видимый свет, длина волны лучей которого соизмерима с размерами атома. Такие лучи не проходят сквозь атомы, а отражаются им и воспринимаются глазом. Другие лучи, например рентгеновские, с меньшей длиной волны проходят сквозь атомы. Однако глаз построен так, что не воспринимает их. Если бы восприятие глаза было построено на этих лучах, то человек видел бы более точную картину, то есть вместо стены видел бы пустоту.

Напрашивается вывод, мы видим природу, потому что плохо видим (наши ощущения не достаточно совершенны), но если бы мы видели хорошо, то ничего бы не увидели! Те же рассуждения справедливы по отношению ко всем сторонам окружающей нас природы. Наше восприятие природы результат нашей ограниченности.

Ясно, что Творец не случайно дал нам именно такие ощущения. Он хотел, чтобы мы видели мир природы, в котором может проявляться наша свобода выбора. Но на самом деле вся материальная действительность возникает в воображении человека в результате его «плохого» и неотчётливого видения. Как будто он смотрит в загрязнённое окно.

Суть свободы выбора первого человека была иная и не требовала «загрязнённого» окна, поэтому он обладал ясным и отчётливым видением, то есть вообще не видел природы, которая для него и не существовала. Но после греха суть его свободы выбора изменилась. Теперь для него стала необходима идея «загрязнённого» окна, и Адам а-ришон получил ограничение в своих ощущениях, потерял ясность видения и стал ощущать материальный мир, что и означает «спустится» в мир природы.

из журнала «Мир Торы», Москва