Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
«Так будет испытан богач при помощи богатства его: ожесточится ли он на ближнего, который нуждается в нем, или пожалеет его? И так будет испытан бедняк: сумеет ли довольствоваться малым или нет?»Рамхаль, Дерех Ашем, глава 8
Избранные главы из книги

Наши родители приехали на встречу с Ребецин в Бруклин, что само по себе уже было шагом вперед. Их приятно удивило радушие, с которым Ребецин их встретила. В то время общество еще отличалось викторианской сдержанностью: не было принято обнимать друг друга на людях. А в среде религиозных евреев женщины тепло приветствовали женщин, а мужчины — мужчин, и в этом не было ничего необычного.

Позже, когда родители стали часто встречаться с Ребецин, их уважительное отношение к ней лишь окрепло. Ребецин всегда подчеркивала значимость заповеди почитания родителей и демонстрировала это на собственном примере. Постепенно родители поняли, что выбранный нами образ жизни стабилен и надежен. Они также не могли не видеть, какие замечательные черты характера вырабатываются у наших детей с годами. Это стало почти наглядным доказательством правильности принятого нами решения. К тому же нам очень помогал муж Ребецин. Душевное тепло, которое излучал этот человек, очаровывало каждого, кто с ним встречался. Он всегда заглядывал к нам, когда родители гостили у нас, и они полюбили его.

Раби был дитя другого мира. Его разлучили с родителями, когда ему было пятнадцать, и несколько лет он провел в гитлеровском аду. Почти все члены его семьи погибли в страшные годы Катастрофы. Ему одному, практически не владевшему английским, удалось добраться в Америку. Несмотря на пережитое, Раби никогда не жаловался — напротив, он улыбался. Казалось, что улыбка помогала этому человеку преодолевать встречавшиеся на пути препятствия и с удовольствием общаться с окружающими.

Конечно, когда наша дочь Яффа (в прошлом — Джульетта) вышла замуж за сына Раби и Ребецин — раби Ошера Аншуля, отношения изменились, семьи стали ближе, чем просто представители двух разных миров. Но к этому времени наши родители уже уверились, что нет никаких причин для беспокойства.

* * *

В течение этого беспокойного лета 1974 года нам нужно было привести в порядок целый ряд неотложных дел: продать наш бизнес и найти новую работу, продать дом и найти другой. Мы хотели как можно скорее «впрыгнуть» в новую жизнь. В конце концов, мы не просто меняли место жительства. Мы не просто пробовали носком ботинка воду в реке, называемой Торой — мы собирались погрузиться в эту реку целиком. Нашим детям предстояло поменять не только школу и друзей, но и окружавший их мир. Вы понимаете, что значит перейти из «Приходской школы Бишоп Данн» в «Академию Торы для девочек»?! Это трудно. Еще и поэтому мы хотели все сделать как можно быстрее, чтобы не слишком углубляться в раздумья о пропасти, через которую нам предстояло перешагнуть.

Удивительно, но в течение одного дня мы сумели найти дом всего в одном квартале от синагоги раби Юнграйса, и недалеко от дома Раби и Ребецин. Через друга по колледжу мне удалось получить должность редактора в большой ежедневной вечерней газете Лонг Айленд Пресс. Эта работа существенно отличалась от подготовки и выпуска моей прежней корнуэлльской газеты. Но у меня не было времени на ведение собственного бизнеса. Я должен был учиться быть евреем.

Наш отъезд из Корнуэлла друзья приняли в штыки. Но почти все знакомые неевреи поддержали нас, считая, что мы совершаем лучший поступок в жизни: следуя своему предназначению, возвращаемся к Б-гу. Они не жалели похвал и благословляли нас. Возможно, для этого у них были и другие причины, например, убрать из города этого «еврейского редактора». Все это время меня не беспокоило мое «еврейство», но оно беспокоило «их». Пока мы жили в Корнуэлле, мне несколько раз угрожали, и мы с начальником местной полиции были вынуждены даже обратиться в ФБР. Но каковы бы ни были их мотивы, местные неевреи великодушно благословили нас, когда мы собрались уезжать.

С другой стороны, евреи — за исключением нескольких, таких как Боб Бухман — были напуганы. Их советы в основном сводились к тому, что нам необходимо обратиться за психиатрической помощью. Такова обычная реакция еврея, восставшего против традиций своих отцов. Он считает каждого возвращающегося к вере человеком с отклонением от нормы. Возникает вопрос: а его отец тоже был человеком с отклонением от нормы? А его дед? А его прадед? Если продолжать в таком роде, можно дойти до нашего праотца Авраама. Но, говорит современный еврей, ведь мир изменился. Сейчас двадцать первый век, и он хочет доказать свою свободу от средневековых предубеждений. Если признать нас нормальными людьми, то он — ненормален. В результате наши еврейские соседи навесили на нас ярлык «ненормальных».

Но мнение этих людей не могло остановить нас. Нам предстояло взять на себя ответственность за собственную жизнь и жизнь своих детей. Мы нашли Б-га. Он спас нас от гибели в бурном море жизни, в котором мы тонули. Он прислал своего эмиссара — ребецин Эстер Юнграйс в спасательной лодке в виде учения Торы, и теперь мы плыли домой, к комфорту и безопасности, к новой жизни — стабильной, упорядоченной, полной надежд.

Мы переехали в Норт Вудмер (Лонг-Айленд) за несколько недель до Рош ашана, открывавшего новый 5735 год по еврейскому календарю. Это был действительно новый год, а с ним — новый мир, новая жизнь. Наши дети стали ходить в новые школы, и это были еврейские школы. Можете себе представить: Сюзанна должна была начать изучать алеф бет — еврейский алфавит, который ее одноклассники учили с того момента, как начали ходить. (Несколько лет спустя Сюзанна окончила школу, будучи первой ученицей в классе).

Мы также должны были учить алеф бет. Нам нужно было выбрать еврейские имена. Мне нужно было пройти обряд обрезания (брит мила). (Хотя мне в детстве и сделали обрезание, это не был настоящий брит. На деле меня не ввели в Завет Авраама). Мы с Линдой должны были по-настоящему вступить в брак. Она прошла обряд погружения в микве. Теперь мы могли идти по хупу — пройти настоящую еврейскую брачную церемонию, а я должен был составить и вручить Линде брачный контракт (ктубу). Можно ли было ожидать, что без соблюдения такого принципиально важного ритуала наш брак будет удачным?

Тора, целиком, должна была стать неотъемлемой частью нашей жизни. К этой цели ежедневно устремлен каждый еврей, правда, мало кто начинает свой путь в тридцать один год! С Б-жьей помощью мы все еще работаем над собой, каждый день, каждую минуту, каждую секунду. Это захватывающая история, и Б-г чудесным образом помогает нам. Обо всем этом я намереваюсь рассказать Вам, дорогой читатель, в следующих главах книги.

с разрешения издательства Швут Ами


Заповедь вешать мезузы дана в Торе дважды: «Напишешь их (слова Торы, входящие в текст свитка мезузы) на дверных косяках твоего дома и на твоих воротах». Читать дальше

Кицур Шульхан Арух 11. Законы мезузы

Рав Шломо Ганцфрид,
из цикла «Кицур Шульхан Арух»

Избранные главы из алахического кодекса Кицур Шульхан Арух

Искусство святого письма

Журнал «Мир Торы»

Арье Зильберштейн родился в 1973 году в Днепропетровске. В 1990 году, окончив среднюю школу, приехал в Израиль, поступил учиться в ешиву «Швут Ами». Искусству софрута учился на специальных курсах у рава М. Ханина, организованных при ешиве «Швут Ами». Отслужил в израильской армии в качестве софера. (Арье Зильберштейн был единственным софером срочной службы в истории израильской армии). В 1997 году женился. С 1999 по 2001 преподавал в Минском отделении еврейской религиозной организации «Эш а-Тора». После этого работал в преподавателем в Московском колеле «Тора миЦион». В 2006 году по его инициативе в Москве открылся «Сойфер Центр», который он возглавил. Сейчас Арье Зильберштейн продолжает руководить работой этого центра, а также является координатором религиозных программ в Конгрессе еврейских религиозных организаций и объединений в России.

Мезуза на косяках сердца

Арье Лев,
из цикла «Еврейские притчи»

Каждый день, произнося молитву «Шма, Исраэль…», мы читаем в первой ее части о заповеди установления мезузы на косяках дверей дома

Это Б-г мой 19. Одежда и жилище

Герман Вук,
из цикла «Это Б-г мой»

В разные эпохи и в разных странах у евреев были приняты — и сейчас приняты — различные типы головных уборов.