Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Публикация отрывков из книги «Гадоль из Минска» — жизнеописание Рава Йерухам Йеуда Лейб Перельмана (1835-1896). Книга вышла в издательстве Швут Ами.

Благодаря свидетельствам величайших гаонов и старейших раввинов Йерухам приобретал все большую известность — его знали под именем «Илуй из Бриска», — и теперь из многих городов и местечек обращались к нему с предложением занять место раввина.

В те дни оказалась без раввина община местечка Сельцы. Этот небольшой городок издавна пользовался известностью — в прежние времена там даже собирался «Совет четырех земель»[1]. В Сельцах в разные периоды жили многие великие мудрецы, и жители умели ценить мудрецов и почитать Тору. Даже самый бедный из бедных стремился найти для своей дочери мужа, посвятившего себя изучению Торы. Поэтому о Сельцах говорили, что это город, изготовляющий «священную утварь» и поставляющий ее для всей округи — отсюда вышли многие меламеды, главы ешив, шойхеты и раввины[2]. И как прекрасен бывал городок в весенние и осенние праздничные дни, когда все уроженцы Сельцов, в том числе и преподаватели, и раввины из многих городов и местечек, возвращались, чтобы навестить родных. Тогда в Сельцах собиралась значительная община — выдающиеся мудрецы, ученые, знатоки Торы, и согласно их указаниям решались все дела в городке, потому что они составляли в общине очень влиятельное большинство. В остальное же время года в городке было малолюдно.

В Бриске тоже жили знаменитые мудрецы и главы ешив из Сельцов; из них наибольшей известностью пользовались рав Давид бен Бецалель и рав Ханания. Они-то и побудили жителей Сельцов пригласить Йерухама на вакантное место главного раввина их городка. Когда ему впервые предложили занять раввинскую должность, Йерухам отказался, объяснив:

— Ведь об этом сказали мудрецы: «Многих повергла она умерщвленными» — таков ученик, который еще не дорос до того, чтобы быть законоучителем, но уже учит закону»[3]. А я наверняка «не дорос», потому что никогда в жизни не учился этому у мудрецов Торы. Как я сумею различить менструальную кровь, делающую женщину запрещенной для мужа, от других, похожих на нее, выделений? Как я сумею отличить трефное животное от кашерного, если я никогда не видел всех этих вещей в реальности?! Все мои знания основаны только на изучении книг — но разве может быть раввин, не знакомый с реальностью? Разве я подобен нашему учителю Моше, да пребудет на нем мир, который сразу же спустился с горы Синай к народу, чтобы учить закону? Я не в состоянии немедленно перейти от книг к реальной жизни.

Но когда тесть и все домашние начали уговаривать его, и особенное давление оказали ученые из Сельцов, он в конце концов согласился, но предупредил:

— Прежде я должен проверить себя.

И поскольку тогда в Бриске не было главного раввина, он пришел к старому мудрецу, который был законоучителем в городе еще в дни главного раввина гаона Лейба Кацнельбогена, а затем и в дни р. Я.-М. Падве. Йерухам попросил:

— Разреши мне, наставник, приходить к тебе и понаблюдать, как ты учишь закону, чтобы научиться от тебя на практике определять алаху.

Старый законоучитель, хорошо знал силу Йерухама, вгонявшего в пот и дрожь столпов Торы, вначале отнекивался: «Кто я такой, что ты будешь учиться у меня?». Но когда Йерухам продолжал настаивать, приводя в подкрепление своей просьбы изречения из Талмуда, например : «Учиться у мудрецов их поступкам, даже важнее, чем изучать у них Тору»[4] и т. п., старик согласился.

Йерухам ежедневно посещал дом старого наставника в те часы, когда горожане чаще всего приходили к нему с вопросами; он внимательно наблюдал и вдумывался в каждый разбираемый случай. Вместе со старым наставником он выслушивал каждого посетителя, а затем смотрел, как наставник поведет себя и в какой манере ответит. Все увиденное он быстро впитывал, опираясь на свой опыт изучения книг. Иногда он не соглашался с ответом старца и, дождавшись пока посетитель выйдет, излагал свои возражения. И порой он ставил старца в затруднительное положение, и тот, чувствуя, что не в силах далее отстаивать свое мнение, говорил:

— Возможно, ты прав, и доказательства, приведенные тобой из Талмуда и древних комментаторов, выглядят верными, и мне не по силам дискутировать с тобой в алахических вопросах. Однако, что касается практического применения закона, я ни на шаг не сдвинусь со своей позиции, потому что такую интерпретацию этого закона я перенял от своих учителей и так же, я видел, понимают этот закон старейшие законоучители нашего поколения. Вот, посмотри, в этом и в этом кодексе закон толкуется в соответствии с моим мнением. А что касается твоих сомнений и доводов, то вполне возможно, что когда ты более глубоко во все вникнешь, то отыщешь убедительные доказательства, подтверждающие верность моего решения. Но, вероятно, ты и в самом деле обнаружишь, что решения приведенных мною кодексов не соответствуют истине. В таком случае, когда ты станешь законоучителем в народе Израиля, то будешь наставлять иначе, чем я. Но право на это у тебя будет только тогда, когда ты станешь визирем талмудического царства и твоего авторитета будет достаточно для определения закона. Но подобный мне человек не подходит для этого, и я должен придерживаться того, чему меня научили и следовать указаниям алахических кодексов. С меня достаточно, если я нахожу страницу, на которой есть готовый ответ.

Через несколько недель старый законоучитель сказал Йерухаму:

— По-моему, ты уже учился достаточно и перенял от меня все, что возможно от меня перенять. Дальше — жалко твоего времени.

— Если так, — ответил Йерухам, — разрешите мне задать вам алахический вопрос, касающийся меня, а вы, пожалуйста, ответьте мне так же ясно и прямо, как вы отвечаете каждому посетителю. Так вот, жители Сельцов приглашают меня быть их раввином, а я сомневаюсь, как поступить, потому что у меня нет опыта в вынесении алахических решений. Теперь, когда вы можете судить, насколько я готов к такой работе, скажите мне, в силах ли я справиться с этим и разрешено ли мне, согласно закону, принять на себя эту должность.

Старый законоучитель подивился его словам и сказал:

— Ты боишься быть среди «многих», а вот я беспокоюсь, как бы ты ни оказался среди «многочисленных»[5]. Если такой человек, как ты боится стать законоучителем, кто же будет учить закону народ?! Дай Б-г, чтобы было больше таких раввинов, как ты. Но не подумай, что твои достижения в Торе затмили мне глаза и я стану тебе льстить. Я считаю своим долгом, поскольку уж ты обратился ко мне с вопросом, предупредить тебя о той огромной ответственности, которую ты на себя берешь. Остерегись в двух вещах. Во-первых, не спеши при вынесении алахических решений. А во-вторых, не заносись в своей новой роли законоучителя. Такие люди, как я, не так уж нуждаются в подобных предостережениях. Ведь нам не от чего особенно заноситься, а выносить быстрые решения мы просто не в состоянии. Но ты и подобные тебе, наделенные удивительными способностями, гениальным умом и исключительной памятью, — вы можете, полагаясь полностью на свой ум и свои силы, вынести скороспелое решение и обрушить гром и молнии на того, кто не поддержал ваше мнение. Вы нуждаетесь в подобных предостережениях, чтобы ваша Тора вас не спалила[6] и чтобы вы не согрешили и не оказались виновными, ведь порой бывает так — «чем больше ума, тем грубее ошибки»[7]. И еще я предостерегаю тебя, чтобы ты не пренебрегал мнением людей, уступающих тебе в знаниях. И всегда помни, что «мудрец — это тот, кто учится у каждого человека»[8]. Талмуд рассказывает, что рав Аши[9], когда его спрашивали, кашерно ли некое мясо, «созывал всех резников города», чтобы они вместе с ним участвовали в решении вопроса и «в случае ошибки ответственность легла бы на всех поровну, а не на него одного»[10]. И помни что сказал Раби[11]: «Больше всего я учился у своих учеников»[12]. И бывают «ученики, без которых наставник не в состоянии обойтись», а рав Уна упрекнул рава Хисду за его вопрос только потому, что ему показалось, будто вопрос задан из-за гордыни, а не по существу дела[13]. Однако уже из самого факта, что ты сомневаешься в себе и спрашиваешь у меня, как тебе поступить, я ясно вижу, что ты не оступишься. Иди и принимай свою должность со спокойным сердцем, ведь «она тебе подобает»[14]. Да умножатся подобные тебе среди народа Израиля!

Гадоль всегда с благодарностью вспоминал этого старого законоучителя и говорил: «Он был большим специалистом и знатоком закона, каких немного. Такого праведного, цельного и простого человека я больше не встречал».

Положившись на слова своего старого наставника, Йерухам принял предложение из Сельцов, и в 5623 году (1863 г.) он был принят там с великим почетом. Напутствуя его перед отъездом из Бриска, знаменитый бриский праведник р. Шолом-Менаше, да благословится память о нем, несколько раз повторил Йерухаму стих из книги Мелахим: «Отныне ты будешь этому народу рабом»[15], намекая ему на известное изречение, приведенное в трактате Орайот (10аб) . Там повествуется, что рабан Гамлиэль сказал двум мудрецам, которых поставил во главе общины: «Вам кажется, что я даю вам власть? Нет, я вас обращаю в рабство, как сказано: “Отныне ты будешь этому народу рабом”.» И комментирует Раши: «Руководство общиной подобно рабству, ведь на плечи главы общины ложится ярмо всех ее забот».


[1] «Совет четырех земель» (Ваад арба арацот) — выборный орган самоуправления еврейских общин Польши, Литвы, Галиции и Волыни.

[2] Стоит упомянуть, что и Виленский Гаон родился в Сельцах.

[3] См. Авода зара (19б): «Сказал раби Абба со слов рава Уны…: “Многих повергла она умерщвленными” (Ср. Мишлей 7:26) — таков ученик, который еще не дорос… и т.д.». Стих из Мишлей говорит о блуднице, умерщвляющей души, а мудрецы Талмуда сравнивают с ней скороспелого «законоучителя», — ведь ошибочно трактуя закон, он калечит души людей.

[4] Ср. Брахот 7б.

[5] Имеется в виду упомянутое выше изречение из трактата Авода зара (19б): «Многих повергла она умерщвленными» — таков ученик, который еще не дорос до того, чтобы быть законоучителем, но уже учит закону». Далее в трактате комментируется продолжение приведенного стиха из Мишлей: «Многочисленны убитые ею» (Мишлей, там же) — таков ученик, который дорос до того, чтобы быть законоучителем, но не учит народ закону (т.е., из-за того, что он не наставляет людей, они совершают неверные поступки и губят свои души)».

[6] Намек на изречение из трактата Танит (4а): «Горячность молодого ученого — из-за Торы, которая в нем пылает».

[7] См. Бава меция 96б.

[8] Ср. Авот (4:1): «Бен Зома говорил: “Кто мудр? Тот, кто учится у каждого человека”.»

[9] Рав Аши (Вавилон, V в.) — один из составителей Вавилонского Талмуда.

[10] См. Санхедрин 7б.

[11] Йеуда Анаси, прозванный Раби («Учитель»; жил в Земле Израиля, 135—225 гг.) — составитель Мишны.

[12] Ср. Макот 10а: «Сказал Раби: “Многому в Торе я научился у своих учителей, но еще больше я учился у своих друзей. А больше всего я учился у своих учеников”.

[13] Ср. Бава меция 33а: “Если человек нашел две вещи: одна принадлежит его отцу, а вторая — его наставнику, то он должен прежде возвратить вещь наставнику, а затем — отцу, потому что отец привел его в этот мир, а наставник, обучающий его мудрости, приведет его в Будущий мир… Спросил рав Хисда у рава Уны: “А каков закон по отношению к ученику, без которого его наставник не в состоянии обойтись (потому что остроумные замечания и неожиданные вопросы этого ученика заставляют наставника совершенствоваться)?”. Рав Уна, посчитав, что рав Хисда имеет в виду себя, упрекнул его и сказал: «Хисда, Хисда, не нужны мне ни твои “остроумные замечания”, ни твои «неожиданные вопросы” (См. комм. Рабену Хананеля).

[14] См. Ирмия 10:7.

[15] Ср. 1 Мелахим 12:7.

с разрешения издательства Швут Ами


Люди отличаются друг от друга своим душевным складом. Один человек склонен гневаться и всегда сердит; а другой человек всегда спокоен и не сердится никогда, или сердится один раз за много лет. Читать дальше

Пути праведников. Стыд

Орхот Цадиким,
из цикла «Орхот цадиким»

Глава из классической книги по мусару (этике) — «Орхот цадиким». «Стыд — это великая препона и железная стена, установленная перед всеми преступлениями».

Пути праведников. Любовь

Орхот Цадиким,
из цикла «Орхот цадиким»

Когда человек направляет свою любовь к добру, она выше всех иных свойств

Как одолеть гнев 1. Молчание и тихая речь

Рав Авраам Елин,
из цикла «Как одолеть гнев»

Как противостоять гневу и оскорблениям? Гнев лишает человека чистоты видения, лишает рассудка. Кривые пути становятся прямыми, запрещенное — разрешенным...

«Совершенная мера» 1. Общее описание путей преодоления плохих качеств

Раби Элияу миВильна Виленский Гаон,
из цикла ««Совершенная Мера» (Эвен Шлема)»

Желающий покинуть свой дурной путь должен взвесить свои качества на весах справедливости. Ибо сначала необходимо поразмыслить о своих плохих качествах и хорошенько их узнать.