Поиск
Браха Губерман
Браха Губерман

Блогер-Ша. Между белым и черным

10.11.2016 15:24

Мух Иннокентий прожил у нас четыре дня.

- Почему он Кентий? - спросили дети. - Откуда ты знаешь, что он Кентий?

- Я на триста лет старше вас и в триста раз лучше знаю жизнь. По лицу сразу ясно - Иннокентий.

С именем вообще трудно ошибиться. Скажем, мой кухонный стол – Федор, а газовая плита – Глафира. Тут сомнений быть не может. Стиральная машинка – Василиса. Она просто не может быть ни Цилей, ни Блюмой, хотя из очень приличной семьи с хорошей фамилией Электролюкс. Стоит только назвать что-то собственными руками, как сразу начинаешь любить, холить и лелеять, несмотря ни на что. Я люблю Василису, хотя часто она плохо себя ведет, а вчера затопила служебный балкон.
- Не могу стирать сразу столько, мне бы поменьше, - жаловалась Василиса и убедительно скрипела ржавыми винтиками.
Но космос был глух к ее мольбам, я совала Василисе грязное шмотье, пока все не закончилось. Теперь пойду мыть Василисину пену, ласково протирать ее заржавленные бока и раскаиваться. Старость надо уважать.
Я люблю Василису и за ее приличную фамилию Электролюкс, и за сдержанный северный нрав, и за стойкий скандинавский характер. Она викинг в анамнезе.
Кажется, Василиса вся моя - кроткая и послушная. Я забочусь о ней, чищу нутро, что за специальной дверкой. Она это ценит. Безропотно и самоотверженно стирает для меня, как заведенная. Каждый день тыр-тыр-тыр да тыр-тыр-тыр и больше ни полслова.
Мое доверие и нежность к Василисе безмерны, и она это чувствует. От избытка чувств Василиса заплевывает все вокруг пеной, требует внимания и заботы, как все домочадцы.

Мух Иннокентий был приветливым и не слишком надоедливым. Тихим и любознательным. Молча философствовал и немного скучал на бутылке бордо,  неспешно порхал над столом и садился на миску салата.

- Достойно выпил - достойно закусил, - сказал муж.

Удивленный пониманием Иннокентий уселся ему на верхнюю губу средь усов, похоже, хотел расслышать получше, а после исчез.

Увлеченные бордо и куриной ножкой мы потеряли его из виду.

- Кентий, где Кентий? - заволновались дети и укоризненно уперлись взглядом в усы. - Папа, ты его проглотил.

Муж сглотнул и закашлялся.

- Горьковатый ваш мух, - а потом хихикнул и похлопал себя по груди: - Щекотно же, Иннокентий, прекрати топать лапами.

Оська обхватил обеими руками живот мужа и приник головой.

- Кентий, ты тут? - позвал он.

- Бззззззз, - ответила я, потому что была в ответе за всех, кого приручила.

- Тебе там очень темно? - шептал Оська куда-то в пупок мужа.

- Бзззззззз, - пожаловалась я.

- У папы живот дергается, - Оська тыкнул мужу в живот. - Это Кентий дрожит, он темноты боится.

Муж делал страшные гримасы в попытке сдержать хохот, но контролировать судороги не мог. Я встала, чтобы налить ему апельсиновый сок:

- Папе надо попить.

- Нет, Кентий утонет, - заорал Оська и закрыл ладонями рот мужа.

- Да вот мух, читает тут, - подал голос Аарон. Он сидел в кресле-качалке с книгой в руках. На книжной странице меж строк суетился Иннокентий. Побежит, подпрыгнет, отлетит, снова спикирует вниз.

- Какой впечатлительный мух, - сказал муж.

- И любознательный. Находка, а не мух, - согласилась я.

- Наливай сок, мне уже можно.

На следующее утро мух ждал меня верхом на Василисе. Они спелись сразу. Пока я грузила стирку, Иннокентий взволнованно кружил у самого моего уха и путался под руками. Переживал, чтоб я Василису не перегрузила, едва его Василисиной крышкой не прихлопнула, но он увильнул. А как она завела свое тыр-тыр-тыр, уселся сверху и зажужжал в такт.

- Где Кентий, мама? - дети проснулись и прибежали в гостиную.

- Завтракает, - отозвалась я из кухни. В кастрюльке булькала овсянка. Рядом с плитой на столе копошился в капле пролитого молока Иннокентий и довольно потирал лапки.

Мух стал нашим домочадцем. С любопытством новосела он изучал все вокруг, в первую очередь нас. Неожиданно пикировал с облюбованной люстры, где, кажется, готовился свить гнездо, прямо на нос Аарона и топал вверх к очкам. Аарон замирал, чтоб не спугнуть, косил глазами по траектории, мух топал к уху, а мальчик к зеркалу, чтоб видеть его. Иннокентия это совершенно не смущало, он любопытствовал, что там внутри в странной улитке-раковинке, пока Аарон с хохотом не хлопал по уху, не выдержав щекотки. Мух сердито жужжал и возвращался в будущее гнездо – он любил свет.

- Оська! – позвал Аарон брата и указал на люстру. – Ты слышал, как Иннокентий жужжит?

Оська кивнул.

- Он летит и жужжит. А если мы его на ниточку.

- Летит и жужжит, жужжит и летит! – заверещал Оська. Он был в полном восторге от идеи.

Аарон прижал указательный палец к его губам и поманил за собой.

Спички лежали в навесном шкафу над холодильником. Их было нельзя никогда и насовсем. Но коробок от спичек был, наверное, можно. Такое немного сомнительное почти можно, про которое лучше не спрашивать. Для тех, кто спрашивает, можно часто превращается в нельзя. Чики-брики-трык, и, пожалуйста, всю шкатулку с маминым шитьем сразу нельзя, там иголки, а если тебе нужны только нитки, одна ниточка всего-навсего, то чики-брики-трык – нитку, скорее всего, можно, но лучше не спрашивать.

С пустым спичечным коробком и белой ниткой в руке Аарон стоял у окна. Рядом с ним на спинке большого черного кресла сидел Оська. По стеклу задумчиво ползал Иннокентий.

- Кентий, ты хочешь погулять, правда, иди сюда, - Аарон раскрыл спичечный коробок и показал муху. – Садись в домик, пойдем гулять.  

- Он не хочет гулять в домике, Кентий полетит на поводке, дай мне.

Оська толканул Аарона, выдернул нитку из его рук и показал муху.

- Смотри, Кентий, вот какой беленький поводочек, хорошенький.

Оська потянулся к окну с ниткой в руке и почти прикрыл Иннокентия ладошкой, но тот в ужасе шарахнулся, взмыл к потолку. Охотник на муха потерял равновесие и врезался носом в холодное стекло.

- А-а-а-а-а, - заорал Оська.

- Вззжжжж, - укоризненно отозвался Иннокентий с карниза для штор.

Аарон присел на пол рядом с поверженным братом. Оська остервенело тер ушибленный нос.

-  Что мухи любят, а, Ось? -  заглядывал Аарон в лицо младшего. – Мы покажем это Кентию, и он прилетит.

Мух нервно вышагивал по карнизу для штор под самым потолком. Он был явно не рад затее. Оська растянулся на полу лицом в потолок и следил за ним:

- Мама говорит, что мы летим за конфетами, как мухи на мед.

- Кентий любит мед! Идем на кухню скорее.

Продолжение следует (я надеюсь).

03.11.2016 22:26

Однажды во время прогулки зашла в магазин шитья и увидела там детские наборы для вышивки. В комплекте было все. Ткань-канва с нанесенным рисунком, нити для вышивания и игла с большим ушком. Вышивка выглядела многообещающим конкурентом конструктору лего, резинчкоплетению и лепке из пластилина, наплевав на гендерные предрасудки, я решилась.

Утром в 6 часов (наше излюбленное время) под первые "мама-мама, что мы будем делать?!" я надела лицо Игоря Кио и, вот вам фокус-покус-сюрприз, извлекла комплектики с вышивкой: кораблик и цыпленок.

- Что с этим надо делать? – удивился Оська.
- Это надо вышивать, - сказал ему Аарон и взял цыпленка. Рассмотрел комплект внимательно, поправил очки и прямо в пижаме взялся за дело. Понятия не имею, откуда ему известны тонкие подробности народного ремесла, но он быстро сообразил, что да как, и стал уверенно водить иголкой, серьезный, сосредоточенный и немного смешной.

Оська свой кораблик вытащил, покрутил в руках и отложил, а потом все-таки решился взяться за дело.

День прошел за вышивкой. Она отличный конструктор, куда там лего. То "мама, вдень нитку в иголку", то "мама, развяжи узел», то «ой, снова все запуталось", и мама по команде режет нераспутываемое и бесконечно вдевает его в иголку. Только отойду по хозяйству: к плите, раковине с посудой или к стиральной машине, снова зовут нитку в иголку вдеть или распутать что-нибудь запутавшееся. Присесть некогда, вышивка - это еще и спорт, как неожиданно оказалось, никаких гантелей с велотренажером не надо, рекомендую. Оська так устал, что даже днем лег поспать.
Вечером вернулся домой отдохнувший на работе, полный сил муж и подхватил падающие из моих усталых рук пяльцы, а потом к 11 ночи отобрал их у детей.


А вышито нами всеми за день не больше трети цыпленка и приблизительно четверть кораблика, так что все еще впереди. Вышивка – отличный конструктор, нам его надолго хватит.

27.10.2016 20:55

Не успели оглянуться, как настали трудовые будни с их однообразной и довольно скучной едой. На завтрак - яичница, на ужин – омлет плюс салат и кофе. За окном конец октября, где-то на голые ветви замерзших кустов выпал первый неробкий снежок, и снегири прилетели. А у нас также солнечно, синее-синее небо бездонным шатром, ни заплатки на нем, ни трещинки, ведь сукку уже вынесли: и холст, и дерево, и циновку, и пальмовые ветви. Управились к нулю часов, подоспевшему из Петропавловска-Камчатского, и балкон из сукки превратился обратно в балкон, а не в тыкву, но настроение уже не то. Хочется чего-то негаданного и нежданного, хоть яичницы какой-то другой, например, не жаренной в сковороде, а печеной в духовке, потому что в нашем доме почти вся еда готовится в ней.

Раньше мы что-то такое соображали в микроволновке, но она сломалась давным-давно. Казалось, жизнь наша кончена, нужно срочно бежать за новой, но сразу как-то не получилось решить эту страшную проблему, а у нерешенных сразу проблем есть одно любопытное свойство, они постепенно растворяются в пространстве до полного исчезновения. Так и выяснилось, что микроволновка не очень нужна, ведь есть духовка.   

В ней я решила испечь яичницу ради науки и искусства без капли жира и без грязной посуды в сухом остатке - пекла в одноразовом алюминиевом противне на бумаге для выпечки. Может, у кого жена с посудомойкой, так ему, конечно, плевать на такую мелочь, а мне не конечно, у меня нет жены, одна голодная Сара Абрамовна. На ней я поставила свой непервый гастрономический эксперимент, если не сказать опыт.
- Отличная глазунья, - доложила Сара Абрамовна. - Салатику бы к ней.
- Так встань и нарежь, - порекомендовала я.
- А ты представляешь, сколько глазуний можно одновременно испечь в этом твоем противне А4 без капли масла или даже с каплями, но без грязной посуды? - многозначительно спросила Сара Абрамовна. Ей лишь бы ничего не делать.
Но я представила и сказала:
- Это хорошо.

В следующий раз думаю усложнить рецепт печеной глазуньи колбасой с помидорами и оливками, а можно вместо колбасы взять сыр, грибы и лук, резанный тоненькими кольцами, – у нас есть молочная духовка. Количество глаз яичницы не ограничено.

Еще один отличный вариант – глазунья в хлебе. В ломтях батона вырезаются дыры, в которые заливают яйцо. Если хочется хрустящей корочки, батон нужно смазать маслом.

Самая красивая глазунья носит романтическое осеннее название «Солнце в облаках». Белки отделяются от желтков и взбиваются с щепоткой соли в пышную пену, а затем аккуратно выкладываются на смазанный маслом противень. В центре делается углубление, в которое выливается целый желток. Соль, прованские травы, и всего 5 – 7 минут при 180С.

Миллион вариантов многоглазой яичницы в духовке – это хорошо.

25.10.2016 01:01

Это замечательное время. В холодильнике между кастрюлькой супа и помидорами неожиданно натыкаюсь на какую-то зелень в оригинальной упаковке. Вытаскиваю. Так и есть. Муж заботливо хранит в холоде ветви ивы и мирта. В кресле комфортно расположились лулавы. Сидят, опираясь на мягкие подлокотники, или лежат, но сесть в любом случае некуда. На главном столе в гостиной, это стол-генерал, потому что за ним все собираются в шабат, возлегают этроги.

- Понюхай, нет, вот этот, он мой, понюхай, - говорят мальчики.  

Тонкий, чуть терпкий цитрусовый аромат этрога можно пить вечно.   

Всюду раздаются молотки евреев, которые строят себе шалаши – зыбкие времянки на честном слове, осенние домики с крышами в прорехах, чтоб через них смотреть вверх - на солнце или на звезды.

В Москве, сообщают новости, у одной из центральных синагог построили самую большую в Европе сукку. Сразу тысяча евреев может устроить в ней праздничное застолье.

В Израиле каждый мастерит свой суккотний шалаш лично. В течение суток они возникают по всей округе. Их возводят на балконе, в палисаднике или на крыше и украшают, как пожелают. На суккотних рынках с новогодней мишурой, гирляндами, сверкающими шарами и шишками я теряю волю. Глазею, хватаю, радостно верчу в руках. Ассоциации. Их не отменишь мановением руки. Суккот – праздник ассоциаций.

Крышу огромной московской сукки сделали из пушистых разлапистых еловых веток, которым так к лицу первый робкий осенний снег. В Москве в Суккот всегда идет снег, я помню его и еще цветные мигающие фонарики – яркую гирлянду на пушистых еловых лапах . Сейчас веселые огоньки подмигивают мне под тростниковой крышей нашей крохотной балконной сукки. Вчера здесь поместилось сразу 15 евреев.

Днем октябрьское солнце затмевает фонарики, яркий солнечный свет беспрепятственно льется сквозь прорехи в крыше, а мы бесконечно любуемся им снизу. В сукке всегда хочется смотреть вверх.

Сукка. Взгляд изнутри.

 

В Суккот не только едят, но и спят, и учатся в сукке.

Балконы в Суккот в доме напротив.

13.10.2016 21:23

Мои неверующие родственники звонят раз в год, обычно перед Йом-Кипуром, и просят молиться за них. Я обещаю. Понимаю их прекрасно. А вдруг да, хоть у кого-то в семье там связи. К тому же приятный сервис.

Йом Кипур миновал, и утра по-осеннему смурные стали. Ленивое солнце выползает только к 9. Вот кому обзавидовалась. Дети в недоумении.
- Нам нужны рубашки с длинными рукавами?
- Не думаю, - отвечаю.
- Надо думать, мама, - строго наставляет Аарон.
Надо, конечно. Где же мое блюдечко с голубой каемочкой? Нет, эта мысль из другой статьи. Что же приготовить к праздничному столу, вот о чем я хотела думать. Есть у нас в семье одно традиционное осенне-зимнее блюдо – кисло-сладкое мясо. Его готовила моя бабушка Берта Григорьевна и называла на идиш эсик флейш. Это тушеная говядина в кисло-сладком густом соусе, и если ею угостить самого отъявленного атеиста или даже агностика, то он побежит обрезание делать, а то добавки не дадут.

Я пригласила родственников в гости, нужно удивлять. Давайте вместе стараться.

Чтобы приготовить эсик флейш, нам понадобится пару килограммов хорошей говядины, например, грудинки, но можно и ребрышки, подойдет любая часть, которую можно аппетитно обжарить, а потом с удовольствием тушить. Но не будем торопиться. Получим удовольствие от всех этапов процесса, дадим мясу покрыться симпатичной корочкой со всех сторон, а пока оно будет обжариваться, наполовину приготовится. Когда мы поймем, что мясо стало мягким, добавим к нему порезанный мелкими кубиками лук, лавровый лист, черный и душистый перцы горошком, паприку и продолжим обжаривать все вместе, наполняя дом вкуснейшим ароматом. Когда лук обжарится до прозрачности, уменьшим огонь и накроем посуду крышкой. У нас в семье обычно это блюдо готовили в тяжелой чугунной утятнице, я себе тоже такую завела. Удобная посуда. Чолнт в ней тоже отличный получается. Но о нем в следующий раз.

Вообще удивительно, как атеисты сохранились до наших дней, когда кругом столько ортодоксов своим личным примером доказывают существование Всевышнего и истинность Его Торы. Все знают, что у евреев две Торы. Письменная и устная. Творец мира всем народам предлагал Тору. Очень хотел передать в добрые руки. Но как-то со всеми народами не задалось, только евреи ответили на предложение с готовностью:
- Дайте две.
Вот так и получили обе - Письменную Тору и Устную, которую позже записали. Там строгие предписания и указания, например, с какой ноги утром вставать; запреты: в шабат телевизор не включать, щи не варить, в интернете не сидеть. 613 заповедей у еврея и романтическая причастность к истине. Напротив, в двух шагах, на соседней улице сплошная свобода и разгуляй во все стороны. При разумной конкуренции кто должен триумфально победить? Как же до сих пор существуют ортодоксы с их строгими, но справедливыми раввинами и Талмудом? Как сохранились и дожили до нашего века инноваций и ... ну, ладно, не буду даже поминать? Хороший вопрос, как вы любите отвечать.
Вот так я подвожу вас к той простой и очевидной мысли, что нужно дать атеистам попробовать эсик флейш, обязательно нужно. Тем более, что мясо почти готово, и можно приступать к приготовлению кисло-сладкого соуса. Для него вам потребуются свежие натертые на терку или измельченные в блендере помидоры, лимонный сок, мед и соевый соус. Сначала добавляем в мясо помидоры, даем им покипеть, перемешиваем, вливаем лимонный сок. Никаких пропорций тут указать невозможно, соус вам придется постоянно пробовать. Затем вливаем столовую ложку соевого соуса, а после добавляем мед. Он загустит соус и добавит сладости. Размешивайте ваше жаркое и пробуйте, корректируйте вкус. Можно добавить немного молотой гвоздики и имбирь для аромата.

Во времена моей бабушки соус кисло-сладкого жаркого сгущали, добавляя в него сухой ржаной хлеб без корки, который делал блюдо еще более сытным. Я читала предложения кулинаров натереть в соус несколько медовых пряников. В общем, это блюдо открывает много возможностей для импровизации. Главное, не забывайте помешивать густой соус, не давать ему подгорать, и пробовать. Если сладковат, добавим еще лимонного сока и соевого соуса, если кисловат – меду.

У меня на кухне варианты с хлебом и пряником как-то не прижились, нам нравится более жидкий соус. Правда, за несколько минут до выключения, когда говядина абсолютно готова, я добавляю в эсек флейш чернослив. Перемешиваю, выключаю

 

и приглашаю атеистов пробовать. Надеюсь, мои родственники приедут к нам в гости и в этот Суккот. 

06.10.2016 17:34

Рая собирала чемодан. Ужасная усталость гнала ее из дому. Хотя бы в шабат немного покоя и отдыха, хотя бы в шабат. 
- У меня есть право отдохнуть, сутки не слышать ее, справится сама, еда в холодильнике.
Бордовая блузка не желала ровно складываться - пальцы подрагивали от волнения. Рая решительно смотала ее валиком вокруг руки и сунула в нутро чемодана поверх темной трикотажной юбки. Туфли с каблуками-шпильками, белье, чулки, книга о законах здорового питания с огромным гранатом на обложке, сидур. Рая задумчиво похлопала ладонью по крышке чемодана и поспешила на кухню за шабатними свечами.
Врач такой молодой, тощий, все подтягивал падающие джинсы с прорехами на коленях. Лысина, тату на шее. Оперируйтесь побыстрее, сказал, такими вещами не шутят, через год переродится, будет поздно.
Рая посмотрела на часы, еще четверть часа приблизительно. Природа, воздух, люди и море, а она позвонит, если что. Если что?
- Мам! Курица - в белой коробке, рис – в белой с зеленой крышкой! Мам! Овощи внизу!
Странная у него татушка была, что-то красное, вязью. На 80% гарантирую благополучный исход операции, сказал и потрогал тонкой лепки ноc с горбинкой. Так делают, когда врут, Рая не могла вспомнить где и когда читала об этом, но, в конце концов, в Израиле полно разных врачей, у которых можно проконсультироваться. 
Рая стянула светлый мелированный парик с пластиковой кукольной головы, натянула на собственную и подошла к зеркалу, чтобы собрать длинные чужие локоны в аккуратный хвост. 
- Мам! Я оставила тебе маленькую газовую конфорку под блехом - еду греть! Мам!
В их доме всегда разговаривали ором сквозь стены и анфилады комнат, Рая вроде привыкла, но по-прежнему как в детстве цепенела от яростных маминых призывов. 
- Куда пошла, я тебя спрашиваю! 
- Я уезжаю на шабат, мам. Звони!
Рая схватила ключи от машины, чемодан с телефоном и поспешно выскочила за дверь. Уже на площадке услышала протяжный мамин крик:
- Газ забыла выключить!


Быстро запрыгала по ступенькам вниз к стоянке, на расстоянии мамин крик не так обязывал, а возвращаться ради очередных разъяснений значило опоздать к началу субботы.
Дорога сама бежала под колеса ее крохотного золотистого пежо, что послушно катился к морю мимо полей и виноградников под низким безоблачным глубоким небом такой нестерпимой яркости, что Рая поспешно надела круглые солнцезащитные очки в широкой белой оправой. 
Комнатка ей досталась симпатичная на две довольно широких пустующих кровати. 
- Побуду одна, - она с облегчением перевела дух. Вроде бы вещей всего ничего, а тяжеловато. Лифт не работал, ей пришлось тащить чемодан по ступенькам на третий этаж этого небольшого выбеленного розовым домика, который некто предприимчивый назначил гостиницей и сдавал по вполне доступным не в сезон ценам.
На столе обнаружилось заботливо оставленное организаторами расписание семинара. Рая плюхнулась на кровать, не разуваясь, убедилась, что до начала первой лекции и трапезы еще больше часа и с удовольствием прикрыла глаза, вслушиваясь в тишину, которая, конечно, была относительной и несовершенной, с топотом, приглушенными чужими голосами, шуршаньем шин и птичьим гамом. Все эти звуки не имели никакого отношения к ней, также как и она к ним, так что все вокруг вполне можно было считать абсолютной тишиной и покоем. Даже мама еще ни разу не позвонила. Рая скинула туфли и поправила подушку под головой, хотелось устроиться поосновательней и получить настоящее тихое удовольствие. На пунктуальность будильника в ее мобильном телефоне можно полагаться. Ровно за десять минут до зажигания свечей он всегда напоминает ей о приближении шабата.
Но ее разбудила не трель телефона, а острый внимательный взгляд. На соседней кровати сидела миловидная русоголовая девушка, которой можно было дать с одинаковым успехом и 30, и 40 лет, она с интересом рассматривала свою случайную соседку. Рая кивнула ей и поспешно села под этим изучающим взглядом. 
- Я вот тут у зеркала место устроила для свечей, фольгу постелила, - сказала ей нежданная гостья.
В ответ затрезвонил Раин мобильный будильник, она хлопнула его по кнопке и неловко от стеснения сползла с кровати, скособочившись, достала свечи из чемодана, и с трудом разогнулась, после сна ей всегда побаливала спина. 
- А меня Таня зовут, - услышала Рая.
- Я Рая.
Отозвалась неохотно, рухнули ее надежды на одиночество. Рая пристроила на столик две красные стеариновые розочки рядом с Таниными свечами-таблетки в алюминиевых блестящих формах. Рядом положила зажигалку и сидур.
А может, заказать маме консультацию какого-нибудь опытного профессора, что этот молодой понимает, никакого опыта. Да не поедет ведь снова в больницу, раскричится, снова устроит ссору. Рая щелкнула зажигалкой, вспомнила мамин крик. Что-то орала про газ, неужели опять выключила, как же она поест. После случайной неприятности, когда от непогашенной конфорки занялся тюль на окне, хорошо сразу заметила и плеснула водой, мама панически боялась пожаров, убеждать ее в безопасности шабатнего блеха было бесполезно, пережитый однажды кошмар возвращался при виде любого огня. 
Красные розочки озарились робкими подрагивающими стебельками пламени. Рая закрыла глаза ладонями, она не даст маме испортить ее шабат, есть телефон, всегда есть телефон, если что. Если что? 
Уже на подходе к номеру, они с Таней возвращались после молитвы и первой субботней трапезы, местный повар прекрасно готовит заливную рыбу и кугл, можно будет расспросить на кухне подробности после субботы, Рая услышала трель мобильного. Ее Нокиа могла звонить без умолку целую вечность, и она звонила. На экране призывно светились четыре родных буквы.
- Я не могу не ответить, у меня мама больна, - глуховатым, словно заспанным голосом сказала Рая вслух, будто Таня требовала от нее отчета. 
Нокиа кричала маминым испуганным голосом, что ей очень плохо и становится хуже, что она хочет бульон, а не рис, что ей очень болит живот. Нокиа требовала срочной помощи такими децибелами, что Раю отбросило от трубки, мамин крик по-прежнему останавливал в ней жизнь, она терялась и не могла двинуться с места.
- Что-то случилось? – ровный Танин голос вернул ей ощущение реальности. Она смотрела на Раю внимательными глазами цвета темного гречишного меда.
- Мама ужасно кричит, у нее какие-то боли, она у меня тяжело больна, вдруг что?
- А что? – спросила Таня.
Рая опустилась на стул и тут же вскочила. 

- Чемодан, - напомнила Таня.

Рая посмотрела на нее невидящим взглядом, взяла ключи от машины и выскользнула из комнаты.

30.09.2016 00:17

Мне снилось небо. Набрякшее, немного нервное, сине-серое в розоватых прорехах рассвета и ватной мякоти облаков. Широкоформатный панорамный сон, четырехмерное изображение, незабываемые ощущения утренней прохлады. Капли росы в ладонях, запах ветра, стереошелест листвы, трепет ветвей и сонная безмятежность, которую разрывает мальчишеский дискант:
- Как сделать сюрпризы к Новому году для всего класса?
Лицо зеленоглазого мальчика на все небо. Веснушчатый нос, темный завиток челки над глазами и теплый запах шоколада. Мальчик трясет меня за руку. Небо куда-то исчезает.
Я просыпаюсь в 5D-кино.

Срочно на кухню, к нам мчится новый год, нужно готовиться, в смысле готовить. У вас есть мультиварки? У нас есть одна. Это я.

Вчера в рыбной лавке всем желающим бесплатно давали голову карпа, чтоб евреи были с головой. Мы по традиции взяли две, одна голова хорошо, а две, ну, вы сами знаете. Сейчас наварим ушицы – это традиционный новогодний суп  в нашей семье. Он варится не только с головами карпа, но и с филе лосося, чтоб евреи были многочисленны, как рыбы, а также с морковкой, тыквой и кабачком, чтобы мы удостоились хорошего приговора в дни небесного Суда, а тяжкие приговоры и все напасти были бы отменены. Новогодняя уха полна добрых знаков и счастливых символов, чтобы ее приготовить правильно, нужно знать, что рыба варится очень быстро. Четверть часа варки - для нее достаточно, поэтому сначала уху варят, как обычный овощной суп. Кладем в кастрюлю целую луковицу и пару морковок, наливаем чистую воду и ставим на огонь. Пока все это кипит, почистим другие овощи, необходимые нам для этого новогоднего рыбного супа. Берем несколько картофелин, кабачок, кусок тыквы и чистим, скорбя о своих прегрешениях и лелея надежду на исправление. Кавана в гастрономии и поварском новогоднем искусстве очень важна. Лук с морковкой весело бурлят на среднем огне. Самое время добавить в их компанию очищенные овощи. Режем кубиками картошку, кабачок, тыкву, сельдерей, кладем в кастрюлю и любуемся, как из ничего на наших глазах рождается нечто прекрасное. На кипящую будущую уху я могу любоваться бесконечно, но долго медитировать не удается, потому что Йоси хочет весь класс поздравить с новым годом.

Йоси - человек широкой души, этого у него не отнять, и у меня тоже. Я оставляю суп в покое, пусть варится в свое удовольствие, и бегу к компьютеру. Скоропостижно под девизом "Мама, сейчас-сразу" печатаю Йосе 25 ярко-желтых прямоугольников с пожеланием доброго и сладкого нового года и один золотой побольше - для ребе. Моя идея проста, к этим "открыткам" я решила пристегнуть степлером какие-нибудь конфетки, скажем, ириски, чтобы получился симпатичный сюрприз - яркий солнечный квадратик-поздравление с ириской в уголке. Мило. Минимализм - мой излюбленный стиль.

Йоси отправляется в лавку за конфетками, а я возвращаюсь к плите. Варево в кастрюле выглядит очень живописно, в кухне пахнет вареными овощами. Такой, знаете ли, аромат на любителя.

- Фу, мама, что ты тут варишь?

Это Аарон – человек, который выбирает еду не по вкусу, а по запаху. Для таких, как он, хорошо добавить в бульон сладкий перец, у супа будет приятный свежий запах. Я достаю из холодильника красный болгарский перец, мою, чищу и режу на четвертинки, забрасываю в кастрюльку.

Входная дверь с шумом отворяется и тут же с грохотом захлопывается. Йоси вернулся из лавки. Он принес леденцы на палочке. Вот так рухнула моя идеальная концепция. Что делать?

Я кладу в суп головы карпа и филе лосося, жду, пока суп снова закипит, и грущу – леденцы на палочке невозможно пристегнуть к моей новогодней мини-открытке. Но зато мини-открытку можно привязать к палочке леденца, ура, суп закипел, я одной рукой уменьшаю огонь и закрываю кастрюлю крышкой, пусть четверть часа все вместе варится, а второй ищу золотистые упаковочные ленточки, что остались у нас после Пурима. Мы с Йоси в четыре руки привязываем мини-открытки к леденцам. Он делает дырочки, я быстро вяжу бантики, пальцы у нас заплетаются, спешим.

Через полчаса 25 сюрпризов плюс один с золотистой открыткой для ребе готовы, и уха уже вот-вот. Прежде чем выключить газ, стоит добавить в бульон паприку, немного карри и зелень. Еще пару минут задорного бульканья и готово. Йоси отправляется вручать новогодние мини-сюрпризы, а я сажусь пробовать уху. С новым годом, пусть небо будет к нам милосердно в дни суда.

22.09.2016 23:02

В разговорах русскоязычных израильтян постоянны две фразы:
- Ужасная жара.
- Давай попьем чаю.
Пойду заваривать чай. Какая невыносимая жара.

Мы приехали в Израиль ровно десять лет назад вечным израильским летом, хоть и в канун осенних праздников. Новые израильтяне любят обсуждать самые сложные периоды  эмиграции, которую в Израиле принято называть возвращением на родину. Говорят, что лучше первых трех лет жизни в Святой Земле хуже нет. Я постаралась вспомнить это время. У нас в первые три года жизни в Израиле родилось трое младенцев, так что о трудностях я ничего не могу вспомнить, зато прекрасно помню свой первый парик.

Мне кажется, первый парик запоминается на всю жизнь, как первое кольцо с бриллиантом, полученное от жениха во время помолвки, или первое путешествие в Израиль. Именно после помолвки я впервые приехала сюда ясноглазой задорной туристкой, которую очаровывает все, потому что после московского ноября иерусалимский или бат-ямовский выглядит тропической сказкой о тепле, свете и солнце, которая вдруг стала явью - в тот ноябрь не было ни единого дождя в Израиле, меня же было необходимо очаровывать, и я очаровывалась всей настежь распахнутой душой волоокой московской туристки. Я восхищалась всем вокруг - о, мои ноги ступают по вековым камням, о, мои руки касаются вечной стены, о, мои глаза видят реальные могилы наших праотцев. Я была потрясена, восхищена, ошеломлена, так Израиль готовил меня к встрече с ним – с моим первым париком.
По дороге с могил подруга подробно объяснила мне, что настоящие достопочтенные замужние дамы просто обязаны носить натуральные парики, а не всякие легкомысленные льняные кепочки, козырьком назад, как московские хиппи с панками.
- Тебе надо, - убедительно произнесла подруга. - Ашкеназская еврейка без парика ничто.

Она была израильтянкой с солидным двухлетним стажем, я верила каждому ее слову, как верили мои предки словам Моше-рабейну.
Парик стоил где-то 1000 зеленых американских долларов.
- О-о-о-о-о-о, - привычно закатила глаза я.
- Мы дадим половину, это свадебный подарок! - решительно сказала подруга, и мы отправились в славный город Бней-Брак за париком, чтоб кто была ничем, накрылась париком и стала правильной ашкеназской еврейкой, в конце концов.
Пеанит (париковая рукодельница) встречала нас на пороге типовой бней-браковский квартиры, местами обшитой деревом. Мне на минутку показалось, что мы приехали на дачу. Она проводила нас в будуар, усадила меня у трюмо и стала живенько хлобучить на голову парики один за другим, беспрерывно болтая. Под париками было жарко, тесно и очень непривычно, к тому же у меня с юности фобия - я боюсь чучел и изваяний. Каждый парик неумолимо ассоциировался со свежесодранным скальпом белой сестры, бледный портрет которой моментально рисовало в зеркале мое разболтанное воображение. На лбу выступала испарина, сознание путалось - прерии, Чунгачгук вручает мне очередной скальп, я старательно натягиваю его на уши.
- Вот так, - ловко поправила локоны каштанового парика пеанит и добавила, - но мы поехали в Бней-Брак.
- Зачем? - очнулась я, на минутку оставив прерии Чунгачгуку.
- Сын посмотрел на карту Израиля и сказал: "Смотри, как красиво написано Бней-Брак! Поедем в Бней-Брак".
Она уже полчаса, оказывается, рассказывала мне историю их репатриации.
- Мы прилетели в Бен-Гурион, оттуда нас отвезли в Бней-Брак на такси. В Сохнуте нам предложили ехать в Хайфу, там университет, подходящий для детей, у нас же мальчики-студенты, но сыну так понравился Бней-Брак на карте.
Пока приехали, было уже темно, так что сразу легли спать. А утром я вышла прогуляться, заодно купить что-то на завтрак. Навстречу мне шли мужчины в кипах или черных громоздких шляпах, из-под которых топорщились густые спирали пейсов, вдоль бедер у них болтались какие-то спутанные белые нити, у многих черные штаны были заправлены в тонкие гольфы. Беременные женщины катили младенцев в колясках, окруженных детьми детсадовского возраста.
Мне скоро 45, вдруг меня тоже заставят рожать?! А мужа ходить с пейсами. Мы никого в Израиле не знаем, что делать - спросить не у кого. Иду и боюсь, боюсь и иду, а что делать? Шла-шла и увидела в витрине мои парички. Это же моя профессия. Я в театральном училась грим делать, парики плести. В общем, взяли меня в тот магазинчик. Сначала подметала там, полы мыла, постепенно иврит подучила, стала с клиентами работать. Мои парички нас всех просто спасли. Лет через 15, когда клиентов стало много, свой салон открыла в Бней-Браке. Муж с сыновьями стали ходить в колель, уроки Торы слушать, меня кашруту учили. А я вот с паричками, уже 25-ый год. У меня клиентов много. Парички даже из Тель-Авива привозят, говорят, у меня уход хороший, рука легкая.
Ты что глаза закрыла, смотри, как тебе? Отлично, по-моему. Тебе завить челочку-то?

Я уехала в Москву в новом светло-каштановом парике с завитой челочкой, и все восхищались им. Я вернулась в Израиль через три года на всю жизнь в светло-каштановом паричке. Он и сейчас живет у меня в шкафу этакой стриженой под боб брюнеткой, как свидетель нашего всего в Израиле, он и сам вынес все - стрижки, укладки, покраски, завивки, у Бней-Браковской пеанит была, действительно, легкая рука. Теперь он на заслуженной пенсии. Парику-пенсионеру в новом году стукнет 14 лет.

Новый год уже скоро, на календаре снова сентябрь, и мы прожили в Израиле целое десятилетие, а за окном все то же жаркое лето. Где-то люди коченеют, а я включаю кондиционер, чтоб спастись от летнего зноя. Если судить по погоде, то сейчас в Израиле середина жаркого лета, то есть еще пол-лета впереди - сентябрь, октябрь, ноябрь. С конца ноября начнется новый сезон - холодное лето. Холодное лето у нас в декабре и январе. С февраля начинается следующий сезон - очень холодное лето, местами дожди, возможен снег, как в Питере или в Москве в мае, а в последние годы даже в июне. Очень холодное лето у нас в феврале и марте. Апрель - начало нового сезона. В апреле и мае в Израиле теплое лето. А в июне как зарядит очень жаркого лето, так мы с ним и живем, не зная разлуки, спасибо вентиляторам и кондиционерам. Похоже, не только у нас, но и у лета здесь родина.

15.09.2016 23:00

 

"По вечерам мама Свенсон записывает все, что совершил днем ее мальчик. Ее муж считает это совершенно лишним.
- Что хорошего в том, что ты все это пишешь? Из этого ничего не выйдет. Кроме того, ты испишешь мои карандаши." 

Когда я записываю сценки из жизни детей, всегда вспоминаю книгу Астрид Линдгренд о шалуне Эмиле из Леннеберге и его маме, которая писала о шалостях своего любимого маленького сына. Следую ее примеру.

О чтении

- Ты голодный? - спрашивает Арон Оську.
- Очень.
- Ничего, сейчас сядем читать новые книги, сразу забудешь, что голодный, вот посмотришь. Когда я читаю, мне так хорошо, что я вообще ничего не хочу, как будто сплю или вообще умер.

О глобусе

Йоси интересуется, где он живет вместе с нами со всеми.
- Мы живем внутри глобуса или снаружи? Ну, мама скажи, что ты смеешься. Мы над глобусом или в глобусе?
Лично я живу в глобусе, там тихо и спокойно, приглушенный вечерний полусвет, только золотые рыбки посверкивают и иногда приветственно взмахивают плавниками. Но я не умею этого объяснить Осеньке, который, конечно, живет снаружи.

Об ошибках

Случайный телефонный звонок - кто-то ошибся номером. Я кладу трубку со словами:
- Это ошибка.
Йоси интересуется:
- Кто это, кто это, кто это был?!
- Кто-то случайно нам позвонил. По ошибке. Хотела с кем-то другим поговорить, а попал к нам. Ошибся номером.
Йоси выслушал внимательно и философски заметил:
- А еще можно побить кого-нибудь по ошибке...
- Ты кого-то побил по ошибке?
- Срулика.
- А хотел кого?
- Не помню уже, - и махнул рукой.

О хирургии

- А как же делают операцию? - интересуется Аарон с обеспокоенным лицом. - Когда отрежут что-то - получается дырка?
- Ничего страшного, - говорю, - дают такое специальное лекарство - наркоз, человек спит, ему не больно, и дырку аккуратно специальной медицинской ниткой зашивают, как я диван, помнишь.
- Надо брать бежевую нитку, мы же бежевого цвета, - говорит Аарон.

О вине и кидуше

В субботу Аарон предлагал папе мороженое, а тот предпочел вино, сказал, что оно вкуснее.
- А в детстве ты тоже любил вино? - поразился Ося.
- Нет, - сказал папа, - в детстве я любил вафельные трубочки со сливочным кремом.
Потом папа долго расхваливал те самые трубочки, вкуснее которых нет нигде на всем белом свете. Аарон тем временем доел мороженое, а потом сказал:
- Это так специально сделано. Когда становишься взрослым, то любишь вино, а не мороженое, чтобы очень приятно было делать кидуш и авдолу.

О семье

Оська слепил нашу семью в детстве. В его. На переднем плане сам Осенька. Какие же мы все были невозможно красивые в молодости!
В зеленой зимней (так сказал Йоси) кепке папа, рядом я в белых гольфиках, потом Оська, за ним Хана-Либочка и Аарошка в красной кипе.
Монументальная композиция и шедевр.

 


А позже он сваял нашу семью из одиноких носочков. Я с мужем - пара белых с рюшечками, Хана-Либочка - белый в нежно-розовые цветочки, Йоси - синий в тонкую белую полоску, Аарон - желтый с решительными зелеными пятками. Б-же ж мой, как все похожи на себя!

На фото Йоси с папой-носочком (слева) и мамой-носочком.

 

 

"- Я куплю новые карандаши, - отвечает мама Свенсон мужу.
- Ты всегда была расточительной.
Но мама его не слушает. Она думает в это время, что же выйдет из ее мальчика."

08.09.2016 20:04

Израиль – многонациональная страна еврейского народа. Здесь каждый житель несет особую ментальность страны исхода, по характеру и поведению можно легко определить, откуда еврей приехал сюда, настолько все мы разные. По-моему, Израиль не становится для евреев плавильным котлом, в который превращается для вновь прибывших Америка. Здесь все сохраняют свой колорит, шарм и особенности. Кажется, выходцы из разных стран находятся на противоположных полюсах жизни, у них нет ничего общего, тем не менее, достаточно часто они женятся, живут долго и счастливо, воспитывают детей, хотя иногда сталкиваются, но только из-за сверхсильного, глобального притяжения и взаимной любви. 

***  

Передо мной в лифте семья. Мама, папа и дочка лет 10 в белом платьице. В руках у нее фруктовый коктейль со льдом. Я ей немного завидую – такая жара в наших палестинах.
Мама, строго глядя на дочку:
- Пей аккуратнее!
Папа, строго глядя на маму:
- Что ты ее дергаешь?! Все удовольствие портишь.
Мама:
- Ничего я не порчу. Просто говорю, чтоб не разлила.
Папа:
- Так что?
Мама:
- Мокрая ведь пойдет!
Папа:
- Так что? Такая жара. Не мешай ребенку пить спокойно.
Мама:
- Да пусть пьет на здоровье, просто аккуратнее, платье ведь белое.
Папа:
- Так что? У нее нет больше платьев? Я куплю еще. Пусть пьет, как ей нравится.
Мама:
- Белое платье! Пойдет потом на день рождения в грязном!
Папа:
- Так что? У тебя кончился стиральный порошок? Я куплю много стирального порошка, нечего дергать ребенка, портишь ей все удовольствие!
Русоголовая девочка в белом платье, похожая на маму, пьет ледяной фруктовый коктейль через трубочку, время от времени поднимает голубые глаза на черноглазого очень смуглого папу и улыбается.

Они выходят из лифта, а я еду выше, размышляя:

- За маму или за папу? Почему и насколько "за" по десятибальной шкале?

 

 

А вы? 

 

Страницы:
< предыдущая | следующая >
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
Отчет об отправке
Наши страницы в соцсетях:
Facebook | ВКонтакте | ЖЖ | Twitter
Магазин еврейской книги
Просьба молиться
Еврейский календарь
Радио Толдот — в эфире!
Кадиш и ЙорЦайт
Еврейские знакомства
Вопрос раввину
Семейная консультация
Приложения для iOS Толдот.ру Сидур ТаНаХ
Приложения для Android Толдот.ру Сидур

телефон: (972)-25-400-005
факс: (972)-25-400-946
имейл: info@toldot.ru
Toldos Yeshurun
PO Box 23156
Jerusalem 9123101
Israel
© 5762—5775 «Толдот Йешурун»
Перепечатка материалов приветствуется с обязательной активной гиперссылкой на Toldot.ru после каждого процитированного материала
Статкаунтер:

просмотров
Facebook | ВКонтакте | ЖЖ | Twitter | Google+